А. В. Белоглазов Реализация геополитических интересов России в Каспийском регионе в первой половине



Скачать 252.77 Kb.
Дата27.04.2016
Размер252.77 Kb.
А.В. Белоглазов

Реализация геополитических интересов России в Каспийском регионе в первой половине XIX века.
Введение

Каспийский регион – важнейшее геополитическое узловое пространство стыка нескольких этнокультурных плит. Задолго до открытия здесь богатейших месторождений углеводородного сырья Каспий уже был ареной ожесточенного геополитического соперничества трех основных региональных лидеров – России, Персии и Турции, осознававших его стратегическое значение. Кроме того, уже с XVIII века в геополитическое противостояние в регионе вступает Великобритания – крупнейший внешний игрок, передавший с середины XX века эстафетную палочку Соединенным Штатам Америки.

Реализацию российских геополитических интересов в Каспийском регионе можно подразделить на три основных периода. Первый период, самый длительный, ознаменовался продвижением на Каспий и закреплением на северном и северо-западном его побережьях, то есть территориях нынешней Российской Федерации (XV-XVIII вв.). Ему посвящена предыдущая статья цикла [1].

Второй период, наиболее важный, характеризуется присоединением и освоением юго-западного и восточного побережий, то есть прикаспийских территорий Закавказья, Казахстана и Средней Азии (XIX-XX вв.). Он, в свою очередь, может быть подразделен на четыре логических этапа, соответственно берегам Каспия. Первый – западный – ознаменовался продвижением в Закавказье в первой половине XIX века. Второй – восточный – связан с продвижением в Центральную Азию во второй половине XIX века. Третий – южный – характеризуется закреплением России в Иране в конце XIX-начале XX веков. И, наконец, четвертый этап – комплексный – удержание и закрепление в советские годы позиций, достигнутых к этому времени.

Третий период, самый короткий, охватывающий последние 15 лет, определяется процессом отката России на территории, освоенные еще на первом этапе. Каждый из периодов, безусловно, заслуживает самостоятельного исследования.

Настоящая статья, посвященная первому (западному) этапу второго периода, акцентирует внимание на продвижении России в регионе, использовании разнообразного геополитического инструментария для закрепления здесь, на выстраивании опорных точек и геополитических лучей, активном проведении целенаправленной политики с использованием различных геополитических факторов и расширении сферы пространственного контроля.



  1. Продвижение России по западному берегу Каспия.

XIX век в истории России был временем славных побед, территориального расширения и продвижения по основным геополитическим направлениям. Каспийское направление и, соответственно, Каспийский регион в тот период стали ключевыми в российской геополитике. В начале XIX века России принадлежали северное, северо-восточное и северо-западное побережья Каспийского моря. Используя их как оперативную базу, Россия уже с начала XIX века начала неуклонное продвижение на юг по западному побережью.

Император Александр I в этом плане продолжил политику Екатерины II, инициировавшей геополитические лучи через Дагестан в Азербайджан и через Осетию в Грузию. Таким образом, после кратковременного, но чувствительного отката назад в правление Павла I, Россия вновь начала закрепляться на каспийских берегах Северного Кавказа и Закавказья. Активные действия России на Каспийском направлении, с одной стороны, стимулировались усилением внимания западноевропейских держав, особенно Англии, к этому региону, с другой, обуславливались стремлением правительства к освоению юга России и желанием обезопасить южные границы. Кроме того, народы Закавказья подвергались постоянным, опустошительным набегам со стороны Османской империи и Ирана и стремились в лице России получить надежного союзника.

Россия, в свою очередь, нуждалась в Закавказье для прочного закрепления в Каспийском регионе и его контроля. Присоединение Закавказья было осуществлено российским правительством в течение первых лет XIX века., отчасти до, а отчасти во время войн России с Ираном (1804-1813) и с Турцией (1806-1812 гг.).

В начале 1801 года было объявлено о включении в состав Российской империи Картли-Кахетинского царства, еще с 1783 года находившегося под покровительством России. В 1803 году в подданство России вступила Мегрелия, в следующем году – Имеретия и Гурия, в 1804 году к русским владениям были присоединены также Гянджинское ханство и Джаро-Белоканская область, в 1805 году – Карабахское, Шекинское и Ширванское ханства и территория Ширака, в 1806 – ханства Дербентское, Кубинское и Бакинское. Еще раньше под русский протекторат перешло Талышское ханство. В 1810 году была присоединена Абхазия [2]. Таким образом, в течение короткого времени – первого десятилетия XIX века – к Российской империи отошло почти все Закавказье, за исключением Ахалцыхского пашалыка и некоторых причерноморских районов, находившихся в руках Турции, а также Ереванского и Нахичеванского ханств, еще оставшихся под властью Ирана. В западном Прикаспии фактическая российская граница отныне проходила по нижнему течению реки Аракс.

Столь быстрое присоединение Закавказья оказалось возможным потому, что оно произошло при благожелательном отношении к России со стороны самых широких слоев местного населения и без существенного противодействия со стороны политических элит. Для этого российское правительство использовало различные методы, грамотно выстраивая систему геополитических опорных пунктов, прокладывая коммуникации, осуществляя защиту кавказских народов от турецких и персидских угнетателей, а также привлекая для руководства краем выходцев из кавказских народов на российской службе.

Так, в конце 1802 года главнокомандующим на Кавказе был назначен генерал-лейтенант П.Д. Цицианов (Цицишвили), хорошо знакомый с краем [3]. Частью дипломатическим путем, частью силой оружия ему удалось склонить на сторону России разных владетелей Каспийского побережья, Дагестана и Закавказья, несмотря на крайне ограниченное количество русских войск, которыми он мог располагать. Лишь гянджинский хан Джавад, издавна связанный с Ираном, вступил в борьбу с русскими войсками. Некоторые другие ханы, также враждебно настроенные в отношении России – например, кубинский Шейх Али-хан и бакинский Гусейн-Кули-хан, вынуждены были бежать из своих владений, и вступившие туда российские войска не встретили никакого сопротивления [4].

При П.Д. Цицианове к России были присоединены Шекинское, Карабахское и Ширванское ханства и Шурагельский султанат. Присоединению Закавказья к России активно противился Иран, опиравшийся на помощь как Англии, так и Франции, не желавших усиления России на Каспии.

В 1801 году Иран заключил с Англией политический и торговый договоры. Став союзником Англии, иранский шах Фетх-Али в 1804 году решился вступить в войну с Россией. Война началась после отклонения Россией ультиматума Персии о выводе русских войск из Закавказья. При этом с самого начала войны англичане поставляли вооружение Ирану через Ост-индскую компанию и поддерживали Иран политически.

Уже в начале войны российская армия под командованием генерала П.Д. Цицианова с помощью местного населения нанесла персидским войскам тяжелые удары. В январе 1804 г. она заняла город Гянджу. Год спустя, в 1805 г., русский отряд под командованием генерал-майора Петра Даниловича Несветаева, отбросив войска ереванского хана, занял часть Восточной Армении – область Ширак. Таким образом, стратегически важное левобережье реки Арпачай (Ахурян) – притока Аракса – также вошло в состав России. В том же году в результате мирных переговоров русское подданство приняли ханы Карабаха, Шеки и Ширвана.

Летом 1805 года боевые действия развернулись в районе Карабахского хребта. Здесь близ реки Аскерань в июне - июле 1805 г. русский отряд под командованием полковника Карягина численностью всего 500 человек сумел задержать наступление на Грузию двадцатитысячной персидской армии под командованием принца Аббас-Мирзы. Имея лишь 2 пушки, но прекрасно зная местность, егеря Карягина с 24 по 28 июня геройски отражали с помощью умелых маневренных действий натиск огромного персидского войска. Самоотверженным сопротивлением воины Карягина фактически спасли Грузию. Задержка продвижения персидских войск позволила князю П.Д. Цицианову собрать силы для отражения неожиданного вторжения.

Генерал П.Д. Цицианов не только отразил наступление Аббаса-Мирзы, но и завоевал Ширван, а в начале 1806 года овладел городом Баку. Значение Баку для реализации российских геополитических интересов в Каспийском регионе трудно переоценить. Это был стратегически важный опорный пункт, ибо позволял контролировать как сухопутный равнинный путь вдоль Каспийского побережья из Закавказья на Северный Кавказ, так и основные морские коммуникации в центральной части Каспия.

Однако взятие Баку закончилось трагедией лично для П.Д.Цицианова. 8 февраля 1806 года он был изменнически убит местным ханом Хусейном Кули при получении ключей от крепости. В ожидании прибытия его преемника, командование принял генерал Глазенап. В этот период персидский наследный принц Аббас-Мирза перешел с 20-тысячным войском реку Аракс, но был разбит близ Аскерана 25 июня 1806 года.

Новым главнокомандующим войсками в Грузии и Дагестане стал ветеран русско-турецких войн XVIII века граф Иван Васильевич Гудович. В 1806 г. ему удалось окончательно присоединить к России Дербентское, Бакинское и Кубинское ханства, что обеспечило России надежный контроль приморского пути на юг от устья Терека до Апшеронского полуострова. В то же время затруднения в идущей параллельно войне с Турцией обусловили в 1807 году заключение перемирия с Ираном, которое дало возможность послать подкрепление войскам, действующим на турецком фронте. Турки были разбиты при Арпаче, укрепились в Карсе и потеряли Анапу [5].

Надеясь использовать перемирие для укрепления своей армии, в том же 1807 году Иран подписал союзный договор с Францией. К тому времени он оказался в крайне тяжелом положении. В течение трех предыдущих лет были разгромлены две его регулярные армии. Шах был намерен продолжать войну, но ни денег, ни обученных войск, ни оружия не было. Вскоре после заключения Тильзитского мира фельдмаршал И.В. Гудович предъявил Персии ультиматум, который был отклонен. Тогда российские войска разбили Аббас-Мирзу близ Нахичевани 9 ноября 1808 года и овладели этим городом.

Французам не удалось оказать Ирану реальной военной помощи, ибо их преобладание в стране длилось недолго. Уже в 1809 году англичанам удалось заключить новый союзный договор с Ираном и изгнать оттуда французов. Англия начала выплачивать шаху ежегодно военную субсидию в 200 тысяч туманов для ведения войны против России. Также англичане возобновили широкомасштабную поставку вооружений в Иран. Получив от Англии крупные суммы и оружие, шах набрал войска, которые обучали английские инструкторы, и снова бросил их на Кавказ.

Английские офицеры не только обучали иранских солдат, но и принимали непосредственное участие в военных действиях. Английская дипломатия систематически срывала мирные переговоры Ирана с Россией и настаивала на заключении им союза с Турцией. Все эти действия не могли изменить ход и исход войны, но затягивали ее и приводили к новым жертвам.

В 1809 году И.В. Гудовича сменил генерал Александр Петрович Тормасов, нанесший поражения северокавказским горцам, туркам и персам. Приехав к месту назначения, Тормасов убедился в сложности обстановки на Кавказе: Персия и Турция пытались объединиться для совместных действий против России. Абхазия заявила о неповиновении России, Дагестан ждал поддержки Персии, чтобы сделать то же самое. Для удержания в повиновении кавказских народов Тормасов имел всего лишь 42 тысячи войск. Благодаря вражде между горцами, а также противоречиям северокавказских народов с Турцией и Персией, ему удалось избежать объединенных военных действий с их стороны. К тому же под его началом были такие известные генералы, как Котляревский, Лисаневич, Симонович, которые одерживали победы не числом, а умением.

Вероятно, поэтому 29 августа 1809 года персы были вторично разбиты близ Нахичевани. В апреле 1810 года был побежден и взят в плен и союзник персов имеретинский князь Соломон. В июне 1810 войсками под командованием Котляревского была взята неприступная персидская крепость Мигры, которую называли “закавказскими Фермопилами”. В последующий период она была удержана российскими войсками, что не позволило персидским войскам проникать через Армянский хребет. В то же время у Турции был отвоеван Сухум-кале (Сухуми).

Главнокомандующий А.П. Тормасов, будучи великолепным стратегом, ориентировался на поддержку, или, в крайнем случае, на нейтрализацию северокавказских горцев, угрожающих безопасности обеих основных коммуникаций, связывающих Россию с Закавказьем – Военно-грузинской дороги из Владикавказа в Тифлис и древнего пути по побережью через Дербент в Баку. В связи с этим он подал в 1810 году военному министру записку о вреде и ненужности репрессий против горцев, осуждал жестокие методы подавления восстания кабардинцев, советовал прекратить злоупотребления на Линии, налаживать с горцами мирные связи, развивать торговлю.

Победы России заставили в августе 1810 года Турцию и Персию под влиянием Англии и Франции заключить антироссийский военный союз. Возросшее влияние Англии, Франции и Турции на Персию отмечал в этот период главнокомандующий А.П. Тормасов, обращаясь к министру иностранных дел Н.П.Румянцеву с просьбой противодействовать этому влиянию [6]/ Однако это существенно не помогло Ирану в сражениях. 17 сентября 1810 года недалеко от крепости Ахалкалаки генерал-майор Паулуччи рассеял 10-тысячную конную армию союзников, захватил ее лагерь и знамена, а вскоре пала и сама крепость.

В мае 1812 г. после продолжительных переговоров, за месяц до вторжения Наполеона в Россию, был подписан Бухарестский мир, и Турция вышла из коалиции. Под впечатлением капитуляции 12-тысячной-армии турок на Дунае и заключенного мира, Иран тоже был склонен к перемирию. Однако под давлением англичан, обучавших и снабжавших армию шаха, и ободренные вторжением Наполеона персы отклонили предложение России о мире и решили вновь начать на Кавказе военные действия, которые продолжались еще год.

На последнем этапе войны русскими войсками командовал генерал Ртищев. При нем произошли решающие сражения в октябре 1812 г. на берегу реки Аракс, на Асландузской равнине, расположенной в 70-и километрах к юго-востоку от города Шуши. 20 (31) октября 1812 года генерал Петр Котляревский с отрядом, состоящим из 1500 человек регулярного войска и 500 казаков, атаковал 10-тысячную армию Аббаса-Мирзы и обратил ее в бегство. После этого были взяты штурмом Аркеван и Ленкорань и присоединено к России Талышское ханство. Разгром основных сил иранской армии предопределил победный для России исход русско-иранской войны 1804-1813 гг.

Поражение иранской армии у Асландуза имело большое военно-политическое значение. Русские захватили 11 английских орудий, 35 фальконетов, 1200 человек было убито, в плен попало более 500 персов и много военного снаряжения. Сам Аббас Мирза еле спасся от плена. После этого отошли все иранские войска, уже проникшие на Кавказ.

Внушительные победы, одержанные русскими войсками на Кавказе, совпали с поражением Наполеона. Учитывая, что продолжение русско-иранской войны неизбежно могло привести к полному разгрому Ирана, английская дипломатия сделала все, чтобы спасти своего союзника. Однако Ртищев, отвергнув "посреднические" предложения английского посланника, решительно потребовал от Ирана в 50-дневный срок закончить переговоры о подписании мира на предлагаемых ему условиях.

12 (24) октября 1813 года в местечке Гюлистан в Карабахе (ныне с. Гюлюстан Геранбойского района Азербайджана) Персия вынуждена была подписать Гюлистанский мир. По нему шах, во-первых, признавал за Россией обладание Грузией, Дагестаном, Мингрелией, Имеретией, Абхазией, Гурией. Кроме того, Гянджинское, Карабахское, Шекинское, Ширванское, Бакинское, Кубинское, Талышское и Дербентское ханства, а также ряд районов Восточной Армении (Ширак, Лори, Шамшадин, Зангезур) были окончательно признаны владениями Российской империи. Во-вторых, Россия и Иран заключали оборонительный и наступательный союз. В-третьих, Россия получала право свободного плавания по Каспийскому морю. При этом военный флот на Каспийском море могла держать только Россия. Купцы обеих сторон получали право беспрепятственной торговли с уплатой ввозной пошлины не более 5 % от стоимости товара [7].

Гюлистанский мир, несомненно, явился наглядным подтверждением успешной реализации российских геополитических интересов в Каспийском регионе в царствование Александра I. После 1813 года Кавказский сектор Прикаспийского региона, все еще оставаясь ареной острейших международных противоречий, постепенно становится проблемой внутренней политики России. Однако Османская империя и шахский Иран не оставляли реваншистских устремлений к пересмотру Бухарестского и Гюлистанского мирных договоров.



  1. Закрепление России в Западной части Каспийского региона

Спустя 13 лет после заключения Гюлистанского мирного договора Иран, подстрекаемый Англией, начал новую войну против России. В середине июля 1826 г. войска ереванского хана внезапно вторглись в северные районы Восточной Армении, а главная персидская армия под командованием Аббаса-Мирзы – в Карабах.

Для немногочисленных русских войск, расквартированных по разным местам Закавказья, создалось тяжелое положение. Противник вначале добился успеха. Войска ереванского хана, сломив героическое сопротивление русских солдат и местного крестьянства, захватили провинции Ширак и Памбак. Персидская армия под командованием Аббаса-Мирзы заняла Ленкорань и Карабах, пользуясь отсутствием там русских войск, а также осадила Шушу, где вместе с армянскими добровольцами укрепился небольшой русский гарнизон. Превосходящие силы противника заняли Гянджу (Елизаветполь). В течение июля-августа персидские войска заняли значительную часть восточного Закавказья и подошли к Баку. Под угрозой оказался важнейший опорный пункт российской геополитики на Каспии. Опьяненный успехами Аббас-Мирза готовился к походу на Тбилиси.

Однако вскоре ситуация изменилась. Получив подкрепления, войска Отдельного кавказского корпуса под командованием генерала А.П. Ермолова перешли в контрнаступление. 3 сентября 1826 г. русский отряд под командованием генерал-лейтенанта российской армии князя Валериана Григорьевича Мадатова, кстати, армянина по национальности, наголову разбил у Шамхора авангард персидской армии. Десять дней спустя, 13 сентября 1826 года, персы были разгромлены подошедшими российскими войсками под командованием И. Ф. Паскевича при Елисаветполе (Гяндже) [8]. Аббас-Мирза был вынужден перейти Аракс и отступить к Тавризу.

Генерал Мадатов также, как и Цицианов, служит примером привлечения выходцев из местных народов, хорошо знающих особенности края, на ответственные посты. По представлению А.П.Ермолова он был переведен на Кавказ и назначен командующим войсками в Карабахском ханстве и военно-окружным начальником в Шекинском, Ширванском и Карабахском ханствах. Справедливостью, благородством и благоразумными распоряжениями он снискал себе любовь и доверие жителей; этому способствовало также и знание восточных языков.

В 1818 году, когда для окончания оборонительной линии на Сунже необходимо было удержать от измены полуприсоединившийся Дагестан, он временно был послан туда. После окончания кампании Мадатов возвратился в Карабах и приступил к обязанностям окружного начальника. В этот пятилетний период мира, до начала войны с Персией, он проявил себя в качестве незаурядного организатора и хозяйственника. Под его руководством были учреждены суды (диваны), была построена дорога к крепости Шуше, возведены три каменных моста. В 1823 году Мадатов приступил к уточнению границ между Россией и Персией и одновременно участвовал в составлении книги “Описание Ширванской провинции”.

29 марта 1827 года главнокомандующий на Кавказе генерал А.П. Ермолов, заподозренный в вольнодумстве и связях с декабристами, был вынужден подать в отставку. Вместе с ним в отставку подал и Мадатов. На посту главнокомандующего Ермолова сменил генерал-адъютант И.Ф. Паскевич.

В 1827 году русские войска под его руководством заняли Ереванское и Нахичеванское ханства. Вместе с русскими воинскими частями в походе приняло участие армянское ополчение. Развивая успех, российские войска переправились через Аракс и 13 октября овладели Тебризом (Тавризом). Преследуя противника, они заняли провинции Хеш и Салмаст, а зимой – города Марагу, Ардебил и Урмию.

Персидский шах предложил перемирие, которое было принято царским правительством. После этого шахское правительство вступило в переговоры, на которых настаивали и англичане, опасавшиеся, что продолжение войны приведет к еще большему усилению России на Каспии.

Однако после решения шаха 7 января 1828 г. прервать переговоры и аннулировать предварительные соглашения о сумме контрибуции, И.Ф. Паскевич приказал возобновить наступление. Тогда Фетх Али-шах был вынужден поручить Аббас-Мирзе подписать мир. Он был заключен в ночь с 9 на 10 (21-22) февраля 1828 г. в персидской деревне Туркманчай, расположенной на пути из Тавриза в Тегеран. Об этом событии возвестил 101 залп русских орудий.

Туркманчайский мирный договор подвел итоги русско-персидской войны 1826-1828 годов. Он включал 16 статей. Статья 1 договора провозглашала мир между Россией и Персией. Статья 2 аннулировала Гюлистанский договор 1813 года. Статья 3 констатировала присоединение к России Ереванского и Нахичеванского ханств, согласно статье 4 была установлена граница по Араксу, а затем южнее него в Талыше. Объявлялась свобода мореплавания русских торговых судов, а также монопольное право России иметь военный флот на Каспии. Помимо договора был подписан еще трактат о торговле, предоставлявший России льготы и способствовавший дальнейшему развитию торговли. Туркманчайский договор определил размер контрибуции, которую Персия должна была выплатить России. Она составила 10 куруров туманов, или 20 млн. рублей серебром [9]. Одними из главных достижений Туркманчайского договора для России стали завершение присоединения Восточной Армении, значительное укрепление стратегических позиций России в Закавказье, усиление ее влияния на Среднем Востоке.

Такой исход войны наносил еще один удар по английскому геополитическому влиянию на Среднем Востоке, с чем Британия не хотела мириться. Дипломатические переговоры между Петербургом и Лондоном в январе – марте вскрыли всю глубину их разногласий по Восточному вопросу, соперничество за лидерство в ряде азиатских регионов, в частности, в Прикаспийском. Но непростая международная обстановка, сложившаяся после заключения Россией Туркманчайского мирного договора, не могла помешать царскому правительству начать войну против Турции, грубо нарушавшей международные конвенции.

После подписания мира с Персией А.С. Грибоедов направился в Петербург с Туркманчайским договором. Он был обласкан и щедро награжден Николаем 1, знавшим о его значительной роли в подготовке договора. “Государю угодно меня пожаловать 4 тысячи червонцами, Анною с бриллиантами и чином статского советника”, – писал А.С.Грибоедов из столицы И.Ф. Паскевичу. Вскоре он снова был направлен в Персию, но теперь уже в ранге полномочного министра России.

Несмотря на все трудности внутриполитического и международного характера, в которых проходила дипломатическая деятельность Грибоедова, ему удалось в короткий срок достичь известных успехов. В октябре 1828 года в Тавризе он вручил Аббас-Мирзе подписанный Николаем I мирный трактат. В Тегеране Грибоедов должен был урегулировать с шахом отдельные вопросы по Туркманчайскому договору. Ему пришлось приложить немалые дипломатические усилия, чтобы не допустить заключения союза шаха с турецким султаном. Такой союз мог бы привести не только к осложнениям в начавшейся войне России против Турции, но и к фактическому разрыву Персией Туркманчайского мирного договора.

Находясь в Тегеране, А.С. Грибоедов ясно видел усиливавшуюся враждебность шаха и его окружения к России. Существенную роль в этом играла английская дипломатия, встревоженная упрочением геополитического положения России в Закавказье, недовольная ростом русского влияния в Персии, склонностью наследника престола Аббас-Мирзы к ориентации на Россию.

Фетх Али-шах не мог примириться с твердостью позиций российского посланника в отношении выполнения персидской стороной условий Туркманчайского договора, сроков и размеров выплаты контрибуции. Накануне отъезда миссии из Тегерана атмосфера враждебности вокруг Грибоедова еще более накалилась.

30 января 1829 г. огромная фанатически настроенная толпа ворвалась на территорию российского представительства, долгое время там бесчинствовала, в результате чего были злодейски убиты полномочный министр А.С. Грибоедов и почти полностью весь состав миссии. В живых остался только секретарь миссии И. С. Мальцов. Формальная версия непричастности шахского правительства к событиям в Тегеране была принята царем. Фетх Али-шах принес официальные извинения Николаю I за тегеранскую трагедию и даже отправил ему щедрые подарки. Главным среди них был алмаз “Шах” [10].

Успешное завершение войны с Ираном позволило Николаю I начать войну против Турции, не признававшей включения Западного Прикаспия в состав России. Весной 1828 года русские войска перешли турецкую границу. Несмотря на то, что основные боевые действия происходили на Балканском театре военных действий, Кавказский ТВД также играл большую роль. Исход войны на нем был решен после взятия армией Паскевича важнейшего стратегического пункта – Эрзурума (1829). 14 сентября 1829 года в Адрианополе был подписан русско-турецкий мирный договор. По его условиям весь черноморский берег Кавказа от устья Кубани до поста Святого Николая (около Поти) окончательно переходил к России. Турция признавала присоединение к России областей Закавказья, вошедших в состав России в 1801-1813 годах, а также в соответствии с Туркманчайским мирным договором. Так формально и фактически завершилось утверждение России в западной части Каспийского региона.


  1. Основные факторы геополитического контроля над пространством в регионе.

Продвигаться за Аракс военными силами и присоединять южный берег Каспия было бессмысленно и опасно с точки зрения геополитики – далее начиналось эндемическое геополитическое поле Ирана, фактически новая этнокультурная плита. Поэтому проникновение сюда было осуществлено экономическое и политическое, но гораздо позже – когда у России, во-первых, появилась еще одна граница с Ираном на восточном берегу Каспия, а, во-вторых, экономические возможности для экспансии на юг.

Тем не менее, для закрепления присоединенных территорий были предприняты весьма грамотные с точки зрения геополитики шаги. Это, прежде всего, выражалось в строительстве крепостей как стратегических опорных пунктов. Так, в 1835 году на возвышенном Шуральском плато, стратегически господствующим над ущельями, по которым протекает река Арпачай, приток Аракса, вблизи бывшего здесь турецкого укрепления Гумры в присутствии императора Николая I была заложена крепость Александрополь.

Крепостные сооружения с пороховыми погребами, казармами и складами возводились в течение 10 лет. Крепостная ограда состояла из бастионных фронтов; после Крымской войны крепость была усилена отдельным укреплением "Северный форт" и получила полное оборонительное вооружение как для крепости 1-го класса.

До русско-турецкой войны 1877-1878 гг. Александрополь по своему географическому положению и стратегическому значению представлял весьма важный опорный пункт на южной границе Закавказья, запиравший движение на Тифлис и служивший исходной базой для наступления против Карса и Эрзерума. С переходом в российское владение Карса и Батума, указанная роль Александрополя, как передового укрепленного пункта, утратилась, и он был переименован в 1887 году из крепости 2-го класса в крепость-склад [11].

Несмотря на значительное укрепление южной границы новых российских территорий, сами эти территории не были надежно связаны с эндемическим российским пространством севернее Кавказа. Этому препятствовала перманентная война северокавказских горцев, которую использовали для давления на Россию Турция, Англия, Франция и другие силы, заинтересованные в воспрепятствовании проникновения России в регион и закреплению в нем.

Особенно наглядно это проявилось во время Крымской войны (1853-1856 гг.). К моменту, когда вспыхнула война, Россия прочно контролировала только часть Закавказья между Черным и Каспийским морями, а именно долину, отделяющую Армянский горный массив от Кавказского. Севернее Большого Кавказского хребта Россия контролировала лишь важнейшую транспортную артерию Кавказа – Военно-грузинскую (Дарьяльскую) дорогу. К востоку от нее Шамиль и его мюриды были хозяевами Чечни и Дагестана; к западу абхазцы и черкесы, жившие на протяжении трехсот километров вдоль Черного моря, хотя и признавали номинально русское верховенство, однако свободно общались с Турцией, обменивали там рабов на оружие и боеприпасы, преимущественно английские, которыми они большей частью пользовались против пограничных кубанских казаков.

Зачастую оружие горцам доставляли сами англичане напрямую, без турецких посредников. Так, широко известен случай задержания в 1836 году у российских берегов английской шхуны “Виксен”, разгружавшей оружие для антироссийских повстанцев.

Несмотря на то, что война была названа Крымской, достаточно активно боевые действия проходили и на Кавказском ТВД. В Закавказье русские войска летом 1855 года перешли в наступление и продвинулись почти до Эрзурума. Главные силы турецкой армии укрылись в Карсе и отразили предпринятый русскими штурм крепости, но в ноябре 1855 года вынуждены были сложить оружие. Попытка союзников вторгнуться в Грузию со стороны моря потерпела неудачу.

Незадолго до смерти Николай набросал несколько мыслей о предстоявшей в 1855 г. кампании на Кавказе. Эти записки характеризуют его, как правителя, прекрасно разбирающегося в основах стратегии и геополитики, а также показывают всю важность именно каспийского сектора Кавказа и Закавказья. Царь считал, что “самой важной невыгодой” войны на Кавказе является ненадежность путей сообщения, соединяющих Закавказский край с Россией. В самом деле, сообщение с Абхазией и Редут-Кале Черным морем стало невозможным с момента появления на Черном море союзного флота. Военно-Грузинская дорога очень опасна и ненадежна как по природным условиям, так и вследствие войны с горными народами. Почти таков же и третий путь, берегом Каспийского моря: во-первых, он годится лишь для сообщения с Дагестаном, а во-вторых, он тоже под ударами горцев. Наконец, есть четвертый путь, который царь признает наиболее важным (и удобным): Каспийским морем, в Дербент, Баку и к устью Куры. Но чем важнее и незаменимее этот путь, тем внимательнее должно отнестись к обороне города Баку. Пока война идет только с турками, до той поры оборона Закавказья может проводиться успешно, тем более что у России есть близ турецкой границы “единственная крепость за Кавказом, которая заслуживает сего имени, – Александрополь”. Но так как положение очень осложнилось бы, если бы пришлось потерять Тифлис, то Николаю кажется, что лучше всего было бы с “главными силами направиться на Дагестан и Баку” и здесь создать важнейший узел обороны в надежде также и на антипатию, которая существует между населением Дагестана и турками. Все это – в предположении, что Персия не выступит [12].

После Крымской войны нейтрализация Черного моря значительно ухудшила геополитическое положение России, в том числе и в Каспийском регионе. Отсутствие флота и крепостей позволяло иностранным государствам доставлять оружие горцам северного Кавказа по Черному морю. Не случайно именно после заключения Парижского мира Россия активизирует усилия по подчинению северокавказских горцев, а особенно по разгрому имама Шамиля.

Российские войска под командованием нового Кавказского генерал-губернатора князя Барятинского взяли 1 апреля 1859 года укрепленную резиденцию Шамиля Ведено в западном Дагестане. Тем самым был сделан важнейший шаг по недопущению сепаратистов к Каспийскому морю.

После этого русские войска, продвигаясь со всех сторон вперед, проводя дороги, устраивая форты при всех выходах из долин, покоряя одни села за другими, принудили имама запереться в Гунибе, почти недоступном ауле, который был взят приступом после ожесточенной борьбы 25 августа 1859 года. Взятый в плен Шамиль был переселен семьей в Калугу.

Одновременно правительством проводилась целенаправленная демографическая политика. В тех областях Кавказа, которые были присоединены достаточно давно, правительство увеличивало процент русского населения частично путем официальной колонизации и выделения больших владений офицерам, сановникам, членам императорской фамилии, а частично путем свободной колонизации, переселения в эти области русских сектантов, молокан и духоборов. Однако настоящая интеграция Кавказа началась после 1870 года с помощью строительства железных дорог, начала товарного виноградарства и разработки минеральных богатств Кавказа.

Таким образом, можно констатировать, что к началу шестидесятых годов XIX века окончательно завершился первый этап рассматриваемого периода реализации геополитических интересов России в Каспийском регионе.



Заключение.

Подводя итоги, можно сделать выводы о конкретных впечатляющих успехах и результатах российской геополитики в Каспийском регионе в первой половине XIX века.

Во-первых, все западное побережье Каспийского моря отошло к России. Появилась возможность надежно контролировать важнейшую стратегическую наземную транспортную артерию, проходящую из Ирана через Азербайджан и Дагестан в Россию. Здесь особую роль играли крепости Дербент у знаменитых Железных ворот Кавказа и Баку на Апшеронском полуострове.

Во-вторых, акватория Каспийского моря отныне контролировалась исключительно российским военным флотом. Здесь важную роль по-прежнему играла Астрахань, но частично ее функции перешли к новой морской базе каспийского флота – Баку.

В-третьих, России удалось не допустить к Каспийскому морю Турцию и Великобританию, что было не только крупным стратегическим успехом на Кавказе, но и залогом успешного продвижения по восточному берегу Каспия.

В-четвертых, полностью удалось подчинить Северный Кавказ, ликвидировать враждебные политические образования и тем самым обеспечить надежную связь между новыми землями за Кавказским хребтом и основной российской территорией. Важнейшей транспортной артерией, соединяющей докавказские и закавказские земли, стала отныне достаточно безопасная Военно-грузинская дорога.

В-пятых, была создана система геополитических опорных точек (Владикавказ, Тифлис, Александрополь и др.), позволивших не только эффективно контролировать присоединенные территории, но и предотвратить дальнейшие нападения на российские территории со стороны Ирана и Турции, а также создать плацдарм для успешных наступательных военных действий в последующих русско-турецких войнах.

В-шестых, проводилась взвешенная национальная и демографическая политика. Грузинский народ был освобожден от национального гнета, а армянский фактически спасен от уничтожения и консолидирован. Представители местных народов привлекались на государственную службу и занимали высшие государственные посты, в том числе и на Кавказе (Цицианов, Мадаев, Багратион и т.д.). В то же время целенаправленно неуклонно увеличивалось количество русских поселенцев.

Все это подготовило базу для последующих шагов. Не случайно именно в это время – в первой половине шестидесятых годов XIX  века – Россия переходит ко второму этапу реализации геополитических интересов в Каспийском регионе – продвижению в Среднюю Азию.

По нашему мнению, осознанная и целенаправленная стратегия и тактика по реализации российских геополитических интересов в Каспийском регионе в рассматриваемый период чрезвычайно важны и актуальны и для настоящего времени. Основные факторы и методы российской геополитики сохраняют свое значение и по сей день, поэтому их учет и применение необходимы для восстановления Россией утраченных геополитических позиций.



Примечания
1. См.: Белоглазов А.В. Формирование Каспийского направления российской геополитики / Ученые записки Казанского государственного университета. Том 146. Политические науки и международные отношения. Казань, Издательство КГУ, 2005.

2. Акты собранные Кавказской Археографической Комиссиею. Том 1. Тифлис, 1866. С. 432-433.

3. Князь Павел Дмитриевич Цицианов – полный генерал, астраханский военный губернатор- представитель старинного грузинского княжеского рода Цицишвили, восходящего к племяннику супруги царя Вахтанга IV (1459-1462), главнокомандующему грузинских войск Цици. См.: История родов русского дворянства. В 2 кн. Книга первая. М.: 1991. С.417-418.

4. Всемирная история. Том VI. М.: Изд-во социально-экономической литературы, 1959. С.102.

5. История XIX века под редакцией профессоров Лависса и Рамбо. Том 2. М.:ОГИЗ, Государственное социально-экономическое издательство, 1938. С.438.

6. Внешняя политика России XIX и начала XX века. Документы Российского министерства иностранных дел. Серия первая. 1801-1815 гг. Том шестой. 1811-1812 гг. М.: Государственное издательство политической литературы, 1962. С. 86.

7. Полное собрание законов Российской империи. Собрание первое. Том 32.1812-1815. СПб., 1830. С. 641-645.

8. История XIX века под редакцией профессоров Лависса и Рамбо. Том 4. М.:ОГИЗ, Государственное социально-экономическое издательство, 1938. С.370.

9. Полное собрание законов Российской империи. Собрание второе. Том 3. 1828. СПб., 1830. С. 125-130

10. История внешней политики России. Первая половина XIX века. М., Международные отношения, 1999.С.225-227.



11. Перечень крепостей./ http://fortress.vif2.ru/list/aleksandropol/index.htm

12. Собственноручная его императорского величества записка от 10 января 1855 г. Цит. по: Тарле Е.В. Крымская война: в 2-х т. – М.-Л.: 1941-1944. Т.2. С.475.



База данных защищена авторским правом ©ekollog.ru 2017
обратиться к администрации

войти | регистрация
    Главная страница


загрузить материал