Диссертация на соискание ученой степени кандидата искусствоведения Специальность: 17. 00. 04 Изобразительное и декоративно-прикладное искусство и архитектура



страница9/17
Дата23.04.2016
Размер3.4 Mb.
ТипДиссертация
1   ...   5   6   7   8   9   10   11   12   ...   17

3.2. Коллекционирование предметов искусства

как компонент художественной культуры провинции

второй половины XVIII - середины XIX в.
Коллекционирование произведений искусства и предметов антиквариата в рассматриваемый нами период получило широкое распространение в российской провинции, где главной его формой стали собрания в дворянских усадьбах. Усадебные коллекции органично объединяли в себе выполнение функций общественной репрезентации владельцев, организации повседневной жилой среды и удовлетворения эстетических потребностей. Во-первых, тщательно подобранные по составу, нередко включающие произведения высочайших художественных достоинств и эффектно размещенные в дворцовом или усадебном интерьере, собрания предметов изобразительного и прикладного искусства, а также библиотеки, неоспоримо свидетельствовали о положении, занимаемом в обществе их владельцем. Во-вторых, коллекции становятся неотъемлемой частью повседневного быта, создавая художественно богатую жизненную среду. Наконец, благодаря коллекциям произведения старого и современного искусства начинают осознаваться прежде всего в качестве художественно-эстетической ценности, и можно говорить о постепенном формировании представлений о художественном наследии.

По справедливому замечанию Т.П. Каждан, «при всей замкнутости жизни в поместье… ее художественно-культурной стороне во многих случаях была свойственна открытость и общественная направленность» 466. Действительно, собрания меценатов и коллекционеров были доступны для деятелей культуры и любителей искусства, благодаря чему знакомство с представленными в усадебных и дворцовых коллекциях произведениями так или иначе оказывало влияние на творчество современных художников, архитекторов, литераторов. Тем самым коллекционирование выходило за рамки увлечения, «ученой прихоти» дворянства, приобретало характер

важного компонента общественной и частной духовной жизни, текущего художественного процесса.

Коллекционирование распространяется в провинции с 1760-1770-х гг., когда начинается расцвет дворянских усадеб, стимулированный законодательством, освободившим дворян от обязательного несения государственной службы. К этому времени в России уже сложились определенные традиции частного собирательства произведений искусства. Коллекционирование вошло в провинциальную культуру, уже будучи развитой социально-эстетической формой, которая, выйдя за пределы столицы, неизбежно приобретала локальную специфику. Для того, чтобы более точно представить особенности этого процесса, необходимо кратко охарактеризовать ведущие тенденции в развитии российского коллекционирования на протяжении конца XVII-XVIII в.

Предыстория коллекционирования в России относится к XVI-XVII вв, когда частное собирательство достигло значительных размеров, но еще не приобрело целенаправленного характера и специфических форм467. Ценными коллекциями в конце XVII в. располагали просвещенные представители крупного боярства (Б.М. Хитрово, А.С. Матвеев, В.В. Голицын)468, однако подлинная история частного коллекционирования начинается с Петровской эпохи.

Развитие науки и техники в первой четверти XVIII в. обусловило универсальный характер большинства частных собраний, нередко имеющих сходную структуру, включающую библиотеку, собрание естественнонаучных материалов и моделей машин и инструментов, историческую коллекцию. Образцом для коллекционеров в данном случае являлась структура фондов

Кунсткамеры 469. Примером подобного коллекционирования может служить собрание Я.В. Брюса, по его завещанию в 1735 г. переданное Академии наук. Оно состояло из библиотеки количеством 735 томов на русском, английском, латинском, голландском, немецком языках, природных редкостей («натуралий») и различных «куриозных вещей», монет, медалей, научных и механических инструментов, портретов знаменитых людей 470.

В середине – второй половине XVIII в. научно-познавательное по своим целям коллекционирование в первую очередь связано с профессиональной деятельностью ученых, инженеров, промышленников, будучи вытеснено из широкой среды дворянства собиранием художественных коллекций. Роль произведений искусства как элементов оформлений жилого интерьера и средств репрезентации социального статуса владельцев позволили современным исследователям говорить о появлении в это время «бытового направления» в коллекционировании 471, что, на наш взгляд, неточно. Действительно, предметы искусства, в особенности изделия декоративно-прикладного творчества, еще не были выделены из состава бытовых комплексов, однако это не означает, что их художественная значимость не осознавалась. В культуре XVIII в. не разделялись собственно художественные и внеэстетические аспекты произведения искусства, что особенно отчетливо проявляется в провинции (например, фамильная или общественная портретная галерея, о чем мы писали выше).

Возникают также специализированные собрания живописи, источниками комплектования которых, как и в случае с «бытовыми» коллекциями, служили активно развивавшийся в Санкт-Петербурге и Москве

художественно-антикварный рынок, заказы отечественным и иностранным

мастерам, многообразный по своим видам культурный обмен с Европой472.

В данный период художественное коллекционирование постепенно распространяется в провинции. Начало этому процессу положили собрания в провинциальных родовых имениях, принадлежащих придворной аристократии: Отрада графов Орловых и Назарьево князей Голицыных в Московской губернии, Надеждино князей Куракиных в Саратовской губернии, Яготин графов Разумовских в Полтавской губернии 473.

В интересующем нас регионе усадебная культура наибольшего расцвета достигла в Тверской губернии, где в 1917 г насчитывалось более 3500 усадеб474. Большинство из них, не исключая средние и мелкие, располагали художественными собраниями, которые в значительной своей части были рассредоточены и утрачены в ходе национализации. В настоящее время в фондах Тверской областной картинной галереи выявлено более 400 предметов изобразительного и декоративно-прикладного искусства из 36 дворянских усадеб, а также двух собраний, существовавших при фабриках Рябушинских и Болотина в Вышневолоцком уезде 475.

Наиболее крупное собрание среди тверских усадеб находилось в имении князей Куракиных Степановское-Волосово Зубцовского уезда. Оно включало более 500 живописных полотен, в т.ч. работы французских, итальянских, голландских, английских мастеров, фамильные и императорские портреты, пейзажи с видами многочисленных поместий Куракиных, а также собрание русской и европейской гравюры, скульптуры, прикладного искусства476. Наиболее полно в настоящее время сохранилась фамильная галерея Куракиных (около 80 из известных ныне 150 живописных произведений, происходящих из данной коллекции), в составе которой находились такие редкие и значительные произведения, как портрет А.Б. Куракина работы П. Гобера (1724), детский портрет А.И. Паниной, в замужестве Куракиной (неизвестный художник, 1715), портреты П.И. Панина работы И.Я. Вишнякова (1742)477, А.А. Куракиной кисти Ф.С. Рокотова (рубеж 1760-1770-х гг.) (все – Тверская областная картинная галерея).

Провинция создавала особые условия для коллекционирования в дворянских усадьбах. Специфика этих условий определялась образом жизни и материальным достатком владельца имения, характером связей усадьбы со столицей и крупными городами, присутствием в регионе местной художественной традиции, вкусами и предпочтениями собирателей. В результате взаимодействия названных факторов в процессе формирования коллекции образовывались весьма разнородные по своему составу и художественному уровню собрания. Как правило, провинциальные коллекции включают в себя наряду с работами видных отечественных и иностранных мастеров образцы творчества местных художников, в т.ч. крепостных, и разнообразные копии.

В некоторых усадьбах сложились тематические собрания, отражающие конкретные интересы и увлечения владельца. Примером может служить

имение Островки Вышневолоцкого уезда Тверской губернии, где известным любителем отечественных древностей князем А.А.Ширинским-Шихматовым была собрана значительная коллекция памятников иконописи и древнерусского декоративно-прикладного искусства 478.

Наряду с ведущим типом дворянского коллекционирования необходимо отметить примеры собирательства, цели и характер которого обусловлены в первую очередь профессиональной деятельностью и историко-культурными интересами коллекционера.

В Нижегородском регионе в первой половине XIX в. яркими примерами абсолютно различных по назначению и составу собраний являются коллекции нижегородской ветви Шереметевых и Арзамасской школы живописи А.В. Ступина. Собрание Шереметевых, первоначально находившееся в их усадьбе в селе Богородском Горбатовского уезда 479, а затем перевезенное в усадьбу Юрино Васильского уезда 480, представляет собой характерный образец дворянского коллекционирования. Коллекцию А.В. Ступина следует рассматривать как уникальный учебный музей и по сути предшественницу публичного художественного музея в Нижегородском крае. По разному сложилась дальнейшая судьба собраний. Если коллекция Шереметевых в ходе национализации почти в полном объеме была вывезена из Юрина в Нижний Новгород и в настоящее время находится в фондах Нижегородского государственного художественного музея (НГХМ) и Нижегородского государственного историко-архитектурного музея-заповедника (НГИАМЗ), то собрание А.В. Ступина перестало существовать после закрытия школы со смертью ее основателя в 1861 г., будучи распродано и в значительной степени разорено.

Коллекция нижегородских Шереметевых481 складывалась и развивалась (изменялась, пополнялась) со второй половины XVIII в. до последних десятилетий XIX в. Она обособилась благодаря деятельности В.С. Шереметева (1752-1831), видного военного деятеля, вынужденного при Павле I выйти в отставку (1797)482. Вместе с семьей он переехал на жительство в село Богородское, принадлежавшее младшей линии рода с 1715 г.483, перевезя сюда библиотеку русских и иностранных изданий и художественные коллекции.

Библиотека нижегородских Шереметевых начала формироваться в середине XVIII в. и спустя столетие, согласно составленному при С.В. Шереметеве (не ранее 1830-х гг.) каталогу 484, насчитывала более 6 тысяч томов на иностранных языках, преимущественно французском. Наиболее ранняя по времени владельческая запись на книге была сделана в 1761 г.

9-летним В.С. Шереметевым485, из чего можно заключить, что мальчик видел подобные записи на книгах из домашней библиотеки. Книги и отдельные произведения искусства приобретались В.С. Шереметевым во время его первой поездки во Францию в 1772-1774 гг., особенно значительно библиотека пополнилась во время его пребывания в Париже в 1803-1804 гг. Приобретались также отечественные издания, в т.ч. в столичных книжных магазинах486. Расширяли библиотеку и все последующие ее владельцы 487.

В результате деятельности многих поколений собирателей сложилась обширная библиотека, универсальная по своей тематике и включающая книги XV-XIX вв. Наряду с «массовыми» изданиями XVIII-XIX столетий в ней представлены книги XV-XVI вв., что является особенностью шереметевской библиотеки в сравнении с прочими провинциальными дворянскими книжными собраниями. Из данной коллекции происходит 1 инкунабула488, 12 изданий XVI столетия, в т.ч. книги таких знаменитых печатников, как Фробен489 и Плантен490, 11 изданий XVII в. Современное Шереметевым книгоиздание представлено многочисленной беллетристикой от античных классиков до писателей XIX в., историческими и военно-историческими трудами, сочинениями философов-просветителей, справочной литературой, среди которой выделяются «Энциклопедия…»

Д. Дидро 491 и другие многотомные французские издания XVIII в.492

Начало формирования художественных коллекций нижегородских Шереметевых также относится ко второй половине XVIII в. Первые покупки произведений искусства В.С. Шереметев сделал в 1772-1774 гг. во Франции, впоследствии такие приобретения стали регулярными. Некоторые предметы искусства поступали в качестве даров, например, от Н.П. Шереметева, владельца московской усадьбы Останкино. Как установлено нижегородским краеведом Л.Н. Варэс 493, в конце XVIII в. в коллекцию В.С. Шереметева вошли такие картины, как «Аллегория бренности земного существования» Гвидо Каньяччи (1601-1681, Италия)494, «Женский портрет» работы неизвестного мастера школы М. ван Миревельта (начало XVII в., Голландия)495, «Пастушеская сцена» школы К. Берхема (середина XVII в., Голланидия)496. Если картина круга К. Берхема представляет собой образец массовой продукции получившего в середине XVII в. широкую популярность итальянизирующего направления в голландской живописи, то «Аллегория…» Г. Каньяччи и «Женский портрет» школы Миревельта обладают высокими художественными достоинствами, последний является интересным произведением периода становления национальной художественной школы Голландии. Столь же разнообразны по своей национальной принадлежности, стилистическим особенностям и уровню мастерства были произведения, приобретавшиеся для коллекции на всех этапах ее существования.

Архив Шереметевых, в т.ч. описи принадлежавшего им имущества 497, не содержат сколь-либо подробного описания коллекции и не позволяют проследить все пути приобретения произведений искусства. Очевидно, источниками формирования коллекции были столичные антикварно-художественные магазины, аукционы и распродажи имущества, осуществленные лично и через посредников в Европе (прежде всего во Франции)498, а также Нижегородская ярмарка, на которой велась и антикварная торговля.

В 1812 г. Шереметевыми было приобретено село Юрино, ставшее в результате переселения сюда крестьян из богородского имения499 и развития стекольного, винокуренного, суконного производства к середине столетия крупным и высокодоходным поместьем. В 1870-1880-х гг. здесь был

возведен величественный замок 500, архитектура которого, стилизованная под европейское Средневековье и Ренессанс, делает его уникальным памятником романтических тенденций в отечественной эклектике.

Ранее постройки Юринского замка, в середине XIX в., произошло незначительное разделение коллекции: ряд живописных полотен (в их числе

«Портрет воеводы И.Е. Власова» работы Г. Одольского – уникальный подписанный и датированный образец парсуны501) и семейных реликвий, среди которых миниатюрные изображения В.С. и Т.И. Шереметевых, отошли внучке В.С. Шереметева Ю.С. Шереметевой, имевшей усадьбу в Савелове современного Богородского района Нижегородской области.

Юринское собрание было чрезвычайно разнообразным, широко представляющим национальную и западноевропейскую художественную культуру. Разнородным оно было также по качеству входящих в него произведений: с подлинно значительными произведениями русских и зарубежных мастеров соседствовали посредственные работы и копии. Наиболее полно в коллекции были представлены итальянская, голландская, фламандская школы, всегда пользовавшиеся устойчивым интересом коллекционеров по всей Европе, есть отдельные заслуживающие пристального внимания полотна французских и немецких авторов.

В итальянском разделе высокими достоинствами живописи и редкостью для отечественных собраний выделяются произведения эпохи Возрождения («Поклонение пастухов» Т. Манцуоли (1536-1571)502 и «Мадонна с младенцем и Иоанном Крестителем» неизвестного мастера XVI

в.503), образцы искусства барокко (упомянутый Г. Каньяччи и полотно выдающегося представителя болонской школы рубежа XVII-XVIII вв. Д.М. Креспи (1664-1747)504, а также живописи XIX в., в т.ч. два фамильных портрета кисти Д. Беццуоли (1784-1855)505. Полно отражен в коллекции жанрово-тематический и стилистический диапазон голландской и фламандской живописи XVII в.: натюрморты А. де Грейфа (1670-1715)506, батальные композиции Д. ван Хейля (1604-1662)507 и П. Мейленара (1602-1654)508, мифологические сцены работы Д. Винкбоонса (1576-1629)509 и Ф. Воутерса (1612-1659)510, пейзаж О.М. ван Схрика (ок. 1619-1678)511, упоминавшийся портрет круга М. ван Миревельта. Французское искусство представлено замечательным живописным портретом кисти Л.А.Г. Буше (1759-1842)512, скульптурами Ж.А. Гудона (1741-1828)513 и Клодиона (К. Мишеля, 1738-1814)514. В собрании находились отдельные произведения

английских 515 и испанских 516 мастеров.

Примечательно, что в коллекцию Шереметевых наряду с произведениями высокого уровня входили работы, отмеченные чертами художественного примитива, например, образцы позднего периода развития итальянской школы: картины из серии на сюжеты комедии дель арте 517 и виды Неаполитанского залива Т. Рюица 518 (XVIII в.).

Не менее широк географический и хронологический диапазон представленного в коллекции декоративно-прикладного искусства: итальянская майолика XVI-XVII вв., французский, мейсенский и английский фарфор XVIII-XIX вв., голландская мебель наборной работы по дереву XVII в., бронза эпохи ампира 519.

Среди произведений русской школы выделяются «Портрет фельдмаршала Б.П. Шереметева» Н. Никитина (1729)520, «Портрет Петра III» Ф. С. Рокотова (1762)521, «Портрет мальчика из семьи Шереметевых» Н.И. Аргунова (1803)522.

Таким образом, в результате деятельности нескольких поколений коллекционеров, руководствовавшихся собственным вкусом и тенденциями антикварно-художественного рынка, сложилось обширное и ценное собрание, при высоком уровне многих входящих в него произведений не отличающееся в целом целенаправленностью и систематичностью. Так, если искусство XVI-XVIII вв. представлено в нем рядом высокохудожественных полотен, то в живописи XIX в. Шереметевы отдавали предпочтение преимущественно типичным и вполне рядовым работам салонных художников Франции, Бельгии, Голландии 523.

Последний владелец Юрина – П.В. Шереметев – умер в 1916 г. В 1921-1924 гг. в несколько этапов коллекции были эвакуированы в Нижний Новгород. В Нижегородский художественно-исторический музей (официальное разделение его на НГХМ и НГИАМЗ произошло в 1934 г., в т.ч. были разделены предметы из шереметевской коллекции) поступило более 600 предметов из Юрина524.

По путям комплектования, многообразию произведений отечественных и иностранных мастеров, роли произведений живописи и прикладного искусства в организации жилого интерьера усадьбы собрание нижегородских Шереметевых можно считать типичным и в то же время одним из лучших по художественному уровню примеров дворянского коллекционирования.

Иной характер носило собрание Арзамасской школы живописи А.В. Ступина, что было обусловлено его назначением. Оно было непосредственно включено в учебный процесс, составляя серьезную методическую базу обучения будущих художников. Школьный музей комплектовался именно в этих целях. Возможность изучить подлинные произведения русских и европейских мастеров и составить общее представление о развитии отечественного и западного искусства на основе репродукционных гравюр была важным фактором в обеспечении воспитанникам школы крепкой профессиональной подготовки и качественного общего образования.

Начало коллекции А.В. Ступина положили дары администрации и преподавателей Императорской Академии художеств, полученные художником в 1802 г. при окончании Академии специально для обеспечения

будущей школы. Идея А.В. Ступина об открытии в Арзамасе частной школы живописи нашла широкую поддержку руководства и профессоров Академии. И.А. Акимовым были подарены его картина «Крещение Св. Ольги», копия с «Вакха» П.П. Рубенса (очевидно, того, что хранится в Эрмитаже) и несколько эстампов525, А.Е. Егоровым – многочисленные академические рисунки с натуры и «почти все эскизы своего рисования и сочинения» 526, В.К. Шебуевым – «два эскиза своего сочинения и две натуры, им рисованные»527. Обширную коллекцию гравюр, в т.ч. итальянских и французских, ранее передал А.В. Ступину видный теоретик искусства А.М. Иванов528, известный своим сочинением «Понятие о совершенном живописце»529. Академия художеств предоставила копии с античных скульптур и с «Экорше» Ж.А. Гудона, необходимые для обучения рисунку.

На протяжении своей педагогической деятельности А.В. Ступин неоднократно приобретал произведения искусства, а также получал их в дар от коллег. Так, во время его пребывания в Петербурге в 1825 г. Общество поощрения художников, одобрительно отозвавшееся о работах учеников Арзамасской школы, подарило ему литографии с картин Эрмитажа. Тогда же А.В. Ступин познакомился с «английским живописцем Довом» (Дж. Доу), подарившим ему выполненные в Англии гравюры с написанных Доу портретов героев Отечественной войны 530.

В собрании школы оставались также лучшие живописные и графические работы учеников (аналогичная традиция существовала в Академии художеств).

Собирание произведений искусства для А.В. Ступина не было самоцелью, а рассматривалось им как важный фактор обеспечения полноценной деятельности школы. Так, в содержащейся в «Собственноручных записках…» художника описи «художественных пособий и учебных принадлежностей для образования юношей»531 перечисляются и книги, и живописные полотна, и репродукционные эстампы, и специальные гравированные учебные пособия по рисунку, и копии антиков (всего 6480 предметов), поскольку все это служит в первую очередь для обеспечения учебного процесса. Коллекционерские интересы Ступина, таким образом, всецело определялись его профессиональной деятельностью.

Будучи убежденным приверженцем классицизма, А.В. Ступин стремился воспитывать своих учеников на образцах русской академической школы и классического европейского искусства XVI-XVIII вв., что определило стилистический характер его коллекции. С другой стороны, художник не пренебрегал любой возможностью пополнить свое собрание.

В итоге сложилась весьма разнородная коллекция, в целом соответствовавшая своей главной задаче – служить методической базой при подготовке будущих художников. В ней достаточно широко была представлена отечественная живопись конца XVIII- I трети XIX в., в первую очередь академическая – различные по жанрам картины И.А. Акимова, А.Е. Егорова, В.К. Шебуева, А.Г. Варнека, К.П. Брюллова. Представление о развитии западноевропейского и русского искусства давало собрание репродукционных эстампов, насчитывавшее свыше 1300 листов, и отдельные европейские гравированные издания, например, проанализированная нами в параграфе 3.1. Библия Кристофера Вайгеля, хранящаяся ныне в НГХМ. Именно гравюры служили ученикам школы оригиналами для копирования на начальной стадии обучения рисунку; по ним, как образцам, писались в технике масляной живописи тематические композиции, завершавшие подготовку.

В коллекцию А.В. Ступина входило также 20 живописных полотен западноевропейских мастеров, «собранных в чужих краях славным нашим архитектором г. Баженовым» и приобретенные у его наследников 532. Среди этих произведений преобладали работы французской школы (круга Ф. Буше, К. Ванлоо, П. Сюблейра), были отдельные картины итальянских и немецких авторов.

Произведения и известных мастеров, и учеников школы были выставлены в одной из двух боковых галерей, симметрично отходивших от центрального объема школьного здания, планировка и функциональное деление помещений которого были рассчитаны для нужд учебного заведения (архитектор М.П. Коринфский) 533.

А.В. Ступиным была также собрана одна из крупнейших в провинции библиотек, первые книги для которой были приобретены им еще во время обучения в Петербурге. Кроме изданий по архитектуре (например, переводы трактатов Витрувия и Д.Б. Виньолы) и живописи книжное собрание Ступина включало исторические, философские, духовные сочинения, беллетристику, драматургию, периодику. Библиотека насчитывала, очевидно, до пожара

школы в 1842 г., 3136 томов 534.

После смерти А.В. Ступина в 1861 г. и последовавшего за ней закрытия школы библиотека и коллекции оказались полностью распылены. Значительную часть произведений вывез в Санкт-Петербург Н.М. Алексеев-Сыромянский, к которому, как зятю основателя школы, перешло ее имущество, однако в настоящее время известна из картин лишь одна – «Совет епископов» Пожарова535. В 1890-х гг. несколько живописных полотен вывез из Арзамаса в Нижний Новгород фотограф и художник А.О. Карелин, через сына которого А.А. Карелина, они в 1920-х гг. поступили в фонды НГХМ 536. Ряд графических листов попал в Понетаевский и Дивеевский монастыри, где в учебных целях использовался в художественных мастерских 537, и в 1920-х гг. оттуда также поступили в собрание НГХМ. Библиотека Ступина оказалась распылена полностью 538.

Обзор частных коллекций XVIII – середины XIX в. и анализ путей формирования и состава двух крупнейших в Нижегородской губернии собраний (нижегородских Шереметевых и А.В. Ступина) позволяет сделать

ряд выводов об особенностях коллекционирования как части провинциальной культуры указанного периода:

1. Коллекционирование предметов искусства и антиквариата получило широкое распространение в провинции, приобретая в различных регионах местную окраску.

2. Главенствующим стал тип дворянского усадебного коллекционирования, когда в результате деятельности нескольких поколений собирателей, руководствовавшихся собственным вкусом и тенденциями художественного рынка, складывались разнородные по составу коллекции, как правило, включающие наряду со значительными и высокохудожественными произведениями посредственные работы и копии. Усадебным коллекциям присущи многообразие и комплексность, в них представлены произведения различных видов изобразительного и декоративно-прикладного искусства как русских (в т.ч. местных), так и западноевропейских мастеров. Путями коллекционирования собраний служили приобретения в столичных антикварно-художественных магазинах, в Европе (лично и через посредников), заказы современным художникам, диапазон которых мог быть чрезвычайно широк – от собственных крепостных живописцев до видных иностранных мастеров.

3. Неразрывное единство с коллекцией в усадьбе составляла библиотека, также, чаще всего, универсальная по тематике изданий, но более наглядно отражающая литературные и в целом культурные предпочтения владельцев.

4. Функционирование коллекции осуществлялось на двух уровнях: как часть быта, она была включена в повседневную жизнь усадьбы; как самостоятельная социально-эстетическая форма она являлась важным компонентом усадебной культуры, носящей синтетический характер, поскольку усадьба – то место, где происходит объединение различных видов пространственных и зрелищных искусств, взаимодействие профессионального и народного творчества, а также церковной культуры.

5. Наряду с безусловно ведущим типом дворянского коллекционирования провинциальная культура первой половины XIX в. дает отдельные примеры коллекционирования, обусловленного профессиональной деятельностью собирателя. Уникальный образец такого собрания – коллекции А.В. Ступина, прежде всего служившие необходимой базой для полноценной подготовки художников в основанной им школе живописи. При разнообразии представленных произведений (живопись видных отечественных и некоторых западных мастеров, русская и европейская печатная графика, а также издания по искусству) и различиях их качественного уровня комплектование коллекции велось целенаправленно и, по возможности, систематическим образом.

6. Коллекционирование предметов искусства, обладая глубоко национальной спецификой и в то же время имея параллели во всех европейских культурах, выступает феноменом, максимально отчетливо высвечивающим отношение человека Нового времени к художественному наследию. По сути, оно являлось актуальной формой межкультурного диалога. Коллекционирование было эффективным каналом трансляции в провинциальную культуру ведущих тенденций современного искусства, идей и образцов классики, предоставляя местным художникам возможность приобщиться к прошлому и современному художественному опыту. Будучи явлением внешним относительно творчества, коллекционирование успешно выступало в роли одного из стилеобразующих факторов провинциального искусства.



1   ...   5   6   7   8   9   10   11   12   ...   17


База данных защищена авторским правом ©ekollog.ru 2017
обратиться к администрации

войти | регистрация
    Главная страница


загрузить материал