Добрыми намерениями мостится дорога в ад



Скачать 246.56 Kb.
Дата02.05.2016
Размер246.56 Kb.




Поздняков А.В. Добрыми намерениями мостится дорога в ад // Проблемы устойчивого развития: иллюзии, реальность, прогноз: Материалы 6-го Всерос. постоянно действующего науч. семин. (Томск, 13-15 ноября 2002 г.). – Томск: Томский гос. ун-т, 2002. – С.3-17.

ДОБРЫМИ НАМЕРЕНИЯМИ МОСТИТСЯ ДОРОГА В АД
А.В.Поздняков

Институт мониторинга климатических и экологических систем СО РАН



synergeia@imces.ru
Иллюзии в проблеме устойчивого развития обусловливаются игнорированием фундаментальных законов развития природы; ошибочными представлениями о неограниченных интеллектуальных и энергетических возможностях человека; игнорированием объективно существующих пределов развития цивилизации; принципиальной невозможностью замыкания в круговорот социально-экономической и экологической систем на основе промышленного и индустриального способов взаимодействия. Прогрессивное развитие цивилизации, если считать таковым консьюмеризм, неограниченный рост удовлетворения потребностей общества, при растущей численности населения и индустриальных способах производства невозможно без возрастающей энтропии среды.

В отношении проблемы устойчивого развития нет не только единопонимания, но нередко положения ее основываются на методологии, далекой от действительно научных теорий. Единственное, что не вызывает сомнений, – это приводимые на фактическом материале доказательства нарастания социально-экономических и экологических коллизий. Пути же разрешения экологического и экономического кризиса, как правило, представляют собой лишь призывы (даже на уровне руководства ООН): к развитым странам - снизить уровень эксплуатации среды и выделять больше средств на ее облагораживание, а к развивающимся странам – применять в своем экономическом и промышленном развитии преимущественно нетрадиционные чистые источники энергии. Реально ситуация вокруг проблемы устойчивого развития складывается так, что разговоров об этом много, а процесс деградации среды продолжает развиваться по экспоненте. Небольшие позитивные изменения в облагораживании среды с лихвой перекрываются негативными. Анализ проблемы устойчивого развития позволяет сделать следующие, на наш взгляд, важные выводы.

Во-первых, устойчивое развитие нельзя сводить лишь к охране среды и рациональному использованию ресурсов. Разрешение проблем устойчивого развития есть не что иное, как попытка избавиться от роста энтропии среды обитания, что в промышленно-индустриальном обществе требует затрат энергии, превышающих таковые на производственные и жизненные процессы.

Во-вторых, путь индустриального и постиндустриального развития цивилизации является спонтанно предопределенным и человечеством будет пройден до конца, вплоть до замены новой парадигмой развития цивилизации. Он предполагает самоприозвольно вводящиеся правила игры, обязательные к выполнению всеми членами сообщества; например, неустановленная законодательствами стран необходимость массового производства новых видов продукции взамен физически не устаревших, при все более сокращающихся сроках их использования. Неписанные законы предполагают якобы неограниченные возможности индустриального развития общества. И именно такой процесс характеризует прогрессивное развитие цивилизации.

В-третьих, развитие цивилизации не подчиняется идеологической, в том числе и религиозной методологии. Народы, объединенные в государственные целостности, независимо от структуры и политической организации, традиций и религиозных убеждений, пройдут все этапы развития индустриальной цивилизации вместе с наиболее развитыми государствами. Только одни будут идти впереди, а другие плестись в хвосте, пользуясь «отбросами» индустриально-информационного общества: недоиспользованными, недоношенными, морально и физически устаревшими вещами высокоразвитой части общества. И туземец экваториальных лесов, и эскимос, даже оставаясь самими собою, не смогут избавиться от влияния и пресса индустриально развивающейся цивилизации.
О понятии «устойчивое развитие». В статье «Об устойчивом развитии и экологических циклах» Ю.В. Яковец, сожалея, отмечает, что перевод английского термина “sustainable” как “устойчивый” неточен; более правильно применять слово “сбалансированный” или “гармоничный”. В таком случае, считает он, будет отображаться суть развития. И далее: “Дело в том, что под устойчивым развитием нередко понимают равномерное, бескризисное, упорядоченное движение”.

Таким образом, получается, что понятие “гармоничное, сбалансированное развитие” проблему снимает. Как раз с точностью до наоборот. Само понятие “гармоничный” предполагает стройность, соразмерность, отсутствие диссонанса, т.е. не соответствует кризисным состояниям. Развитие, сопровождающееся кризисом, нельзя назвать гармоничным. Когда говорят о сбалансированности, то имеют в виду подвижно равновесный режим, в котором нет скачков, кризисов.

Понятие же “устойчивое развитие” не требует, с позиции теории устойчивости, чтобы система была сбалансированной и гармоничной. В устойчиво работающей системе не происходит резких перепадов динамики, таких, за которыми следует остановка процесса. Сбои могут быть, но они не вызывают отклонения от заданных характеристик.

Гру Харлем Брунтланд - Председатель Всемирной комиссии по окружающей среде, назвавшая проблему Sustainable development, так раскрывает ее суть: "Человечество способно сделать развитие устойчивым - обеспечить, чтобы оно удовлетворяло нужды настоящего, не подвергая риску способность будущих поколений удовлетворять свои потребности". Я, конечно же, считаю это утопией, полностью совпадающей с известным обещанием: «Нынешнее поколение будет жить при коммунизме!». И если в этой формуле "устойчивое развитие" заменить на "сбалансированное или гармоническое", то суть самого процесса не изменяется и цель остается такой же утопической и иллюзорной.

Существует ли принципиальная возможность устойчиво развивающегося социально-экономического процесса? Возможен ли он теоретически и практически? Да, возможен, если его не связывать с неограниченным индустриальным развитием и вот почему.

1. Развитие есть необратимая пространственно-временная направленность смены состояний систем (социально-экономических тоже), при которой в последующей их структуре отрицаются некоторые из элементов предшествующих состояний; они заменяются новыми, более совершенными элементами, соответствующими изменившимся внешним условиям так, что устойчивость системы против внешних деградационных воздействий возрастает. Структура системы совершенствуется, приводится в соответствие с воздействиями среды в данный момент времени. Если внешние условия (включая и среду, создаваемую совокупностью самих социально-экономических систем) изменяются, то меняется и структура самой системы.

2. Скорость развития социально-экономической системы есть количество замен структурообразующих элементов системы в единицу времени. А интенсивность развития определяется скоростью и массой системы (количеством вовлекаемых в процесс государств, предприятий, систем природной среды; численностью людей, количеством затрачиваемой энергии и форм ее превращения и пр.), которые в современном обществе экспоненциально растут.

3. Устойчивость развития характеризуется длиной и амплитудой волны – колебаний, например ВНП, отсчитываемых от тренда – линии, определяющей направленность (подъем, снижение ВНП) процесса. Система считается устойчивой (равно как устойчиво развивающейся), если она в случае отклонения на некоторую допустимую величину от "выбранного пути движения" (развития, тренда) возвращается к равновесию (подвижному равновесию). У социально-экономических систем, особенно такого ранга, как цивилизация (или государства, предприятия и пр.), цель по желанию не задается. Она представляет собой спонтанно формирующийся в данных условиях аттрактор, некое неопределенное и, в конечном счете, неосознаваемое социально-экономическое и экологическое состояние; оно - скорее интуитивно чувствуемое. В настоящее время эта цель формируется как результат непонятного для науки неаддитивного суммирования всех процессов, происходящих на Земле. И именно поэтому движение к ней неотменимо, цель предопределена.

4. Социосистема развивается устойчиво, если амплитуда волны (колебания относительно точки равновесия, линии тренда) уменьшается, а длина увеличивается, что, естественно, возможно лишь при большой скорости развития (движения).

Африканские государства развиваются (движутся к цели-аттрактору) медленно и потому, с точки зрения человека индустриально развивающейся системы, неустойчиво.

Именно это я имею в виду, говоря, что «народы, объединенные в государственные целостности, независимо от структуры и политической организации, традиций и религиозных убеждений, пройдут все этапы развития вместе с наиболее развитыми государствами». У православных и неправославных христиан, у мусульман, иудаистов и буддистов, у язычников и материалистов, идеологически организованных и неорганизованных – у всех путь развития фатально предопределен устойчиво развивающимся процессом индустриализации и информатизации.

О роли неустойчивости в развитии систем. Как ни парадоксальным может показаться, но развитие вообще и устойчивое в частности возможно лишь вследствие появления неустойчивости. Неустойчивость возбуждает, инициирует «стремление» системы к динамически равновесному состоянию – динамической устойчивости, характеризующей динамически равновесный процесс. Движение от неустойчивого состояния, вызванного внешним воздействием, к новому устойчивому состоянию, отвечающему изменившимся условиям, вообще говоря, и есть развитие.

Тренд в развитии социально-экономических систем не есть поднимающаяся вверх под тем или иным углом прямая. Он представляет собой сложную совокупность логистических кривых, каждая из которых состоит из трех отрезков: нижнее и верхнее плато, соединенные прямой линией. Нижнее плато и прямая линия образуют вогнутую кривую - циклоиду или брахистохрону – кривую наибыстрейшего спуска или подъема. Это и есть путь наибыстрейшего, из всех возможных, достижения социально-экономической системой вершины – верхнего плато, состояния, близкого к подвижному, динамически равновесному режиму. Развития нет, если нет противоречий, все сбалансировано и гармонично притерто. Максимальное приближение (почти достижение) к верхнему, экономически наиболее высокому плато возможно лишь для нескольких государств. Но оно потребует колоссальных затрат энергии, вещества и информации и явится тяжелейшим ярмом для остальной части человечества, природы и всей Земли.

Когда за краем плато увидится пропасть и станет совершенно ясно, что надо «спускаться вниз», возникнет проблема поиска безопасного пути, ведущего к переходу в новую цивилизацию. И кто знает, быть может, начало ей дадут аборигены экваториальных лесов, которым для единения с природой, гармонического развития с ней достаточно лишь заменить кусочек джинсовой ткани, прикрывающей гениталии, на фиговый листок.

Не могу не напомнить цитату из выступления бывшего Генсека ООН Мориса Стронга на открытии саммита в Рио-де-Жанейро в 1992 г.: «Центральными вопросами проблемы (Sustainable development - А.П.) являются: характер производства и потребления в промышленно развитой части мира, который подрывает системы, поддерживающие жизнь на Земле; взрывообразный рост населения, преимущественно развивающейся части мира, добавляющей ежедневно четверть миллиона человек; углубляющееся неравенство между богатыми и бедными, которое ввергает 75% человечества в борьбу за выживание, и, наконец, экономическая система, которая не учитывает экологические ценности и ущерб, - система, которая рассматривает неограниченный рост как прогресс».

Совершенно наивными являются предложения решить данные проблемы в течение ближайших десятилетий. Так, К. Аннан, сменивший на посту Генсекретаря ООН М. Стронга, видимо, не соглашаясь с ним, большие надежды возлагает на процессы глобализации. Имея современное высокое образование, научное сообщество, тем не менее, считает свои возможности и способности неограниченными, не осознавая, что ведется абсолютно бесполезная борьба с одним из фундаментальных законов развития и взаимодействия систем: уменьшение энтропии в одной системе обусловливает неотвратимое увеличение ее в других системах. Живем мы и развиваемся в замкнутой системе – космическом корабле Земля, где современный образ жизни человечества ведет к деградации (увеличению энтропии) всей земной системы.

Крайне важным для цивилизации сейчас является вопрос, кто из ныне живущих народов на Земле будет представлять цивилизацию в ближайшем будущем. Именно он в скрытой и опосредованной форме, а нередко и открыто, выступает в качестве подоплеки развивающихся глобальных конфликтов. Россия обладает хорошими потенциальными шансами быть в числе представителей цивилизации будущего. Однако ведет она себя как мот, получивший богатое наследство. К сожалению, мы, россияне, подхватили распространяющуюся в мире и крайне трудноизлечимую заразу, название которой консьюмеризм - ничем не обузданное нецелесообразное потребительство, непреодолимая тяга, подобная наркотической зависимости, к вещам, многие из которых даже не имеют практической значимости.



Призывы, лозунги и роль образования в развитии индустриального общества. Постановления правительств, призывы и лозунги ООН и многих политических и общественных деятелей в разных странах относительно устойчивого развития принадлежат к числу ненаучных суждений, сходных с коммунистическими, которые формулировались для всего человечества как единственно возможные и объективно необходимые. Только марксизм, в отличие от современных теорий устойчивого развития, предлагает конкретные методы организации и формирования коммунистического общества – образование глобальной общинной социально-экономической системы, результаты труда которой делятся между членами всего сообщества в соответствии с жизненно необходимыми потребностями. В основу формирования этого общества положена аксиома всеобщего значения – природные ресурсы не могут находиться в частной собственности.

Провозглашенные на Йоханнесбургском саммите лозунги:

Образование - критический фактор для продвижения устойчивого развития…!

Обеспечить финансовую помощь и поддержку образованию в развивающихся странах и странах с переходной экономикой…!

Обеспечить всех членов сообщества широким диапазоном возможностей формального и неформального непрерывного образования…! - не напоминают ли известное: «Коммунистом (читай: членом устойчиво развивающегося сообщества – А.П.) можно стать только тогда, когда обогатишь свой ум знанием всех тех богатств, которые выработало человечество»!

Могут ли практически реализоваться эти лозунги, зависит от принципов социально-экономической организации, принципов распределения результатов труда и результатов эксплуатации природных ресурсов. От того, прежде всего, кому принадлежат природные ресурсы Земли, и от того, кто действительно выполняет глобальные управляющие функции. Как проводятся в жизнь такие лозунги, известно. По данным ООН, в развивающиеся страны в виде оказания помощи ввозится финансовых средств в пять раз меньше, чем вывозится из них в развитые страны. Россия, не успев вкусить всех прелестей рыночных отношений, объективного действия «невидимой руки» и принципов laissez faire (невмешательство государства в рыночные отношения), уже стала должником развитых стран и их сырьевым придатком.

Можно подумать, что саммит в Йоханнесбурге принял данные положения в связи с тем, что изменились принципы социально-экономических отношений в обществе, изменилось отношение к собственности на природные ресурсы, прежде всего. Нет, природные ресурсы эксплуатируются частными компаниями по своему усмотрению, государства пытаются наладить лишь регулирование загрязнения среды. Но коль скоро принципы социально-экономических отношений остались неизменными, то принимаемые положения останутся невыполненными так же, как не выполнены мероприятия, принимавшиеся на саммите 1992 г.

Конечно же, образование имеет важное значение в развитии общества. Но оно не позволяет делать выбор целей развития системы, если рассматривать характерное время ее развития, измеряемое всего лишь сотнями лет. Мы, сегодня живущие, не можем выбрать цель развития своим потомкам, как наши деды не выбирали для нас путь революционной замены капиталистического развития на строительство социализма. Наши отцы не предполагали для нас очередной революционной замены одного государственного строя другим; полной замены принципов социалистического пути развития на капиталистический.

Выбранная нами цель сегодня не будет воспринята следующими поколениями потому, что изменяются условия взаимодействия социально-экономических систем между собой и изменяется внешние условия – среда обитания.

Образование, основанное на современных научных достижениях, позволяет осмысливать прошлый опыт развития системы и понимать будущие проблемы, но не позволяет сделать выбор цели развития на дальних подступах к ней. Связано это не только с инерционностью развития, действием, так называемых принципов " path dependence" и "qwerty", но и с тем, что на значительных отрезках времени заметно изменяются условия. И цели социально-экономического развития, выбранные предшественниками, отвергаются потомками и заменяются новыми.

Цели развития цивилизации объективно аттрактивны, и чтобы «увидеть» их, необходимо подняться над цивилизацией во времени. Кажется, что этого можно достичь с помощью абстрактных моделей. Конечно, по наклону тренда развития можно экстраполировать прошедший путь в будущее, но не до следующей цели, которая является спонтанно и объективно формирующейся. Причем нам кажется, что наши утилитарные цели соответствуют целям всей системы.

Неэквивалентный энергетический обмен и социально-экономическое неравенство. «Давно установлено, что ...более эффективны те общества и страны, где «этапы развития» (феодализм, капитализм и др.) – смешаны. Япония не стала догонять Запад по пути прославления частной инициативы и индивидуалистической психологии. Но как она преуспевает! Китайская республика в конце 90-х не стала вводить классический капитализм, как Россия. И посмотрели бы, как он развивается», - пишет, дискутируя со мной, В.Ф. Взятышев.

Посмотрели. И увидели - неэквивалентный энергетический обмен между Россией, Японией и индустриально развитыми странами, Китаем и всеми азиатскими «тиграми», в частности. Секрет кроется в специфике действия «невидимой руки».

Любая социально-экономическая система из множества является открытой самоорганизующейся (следовательно, и саморегулирующейся) системой. Это означает, что каждая из них обладает способностью к самовоспроизведению и к уменьшению своей энтропии, то есть может улучшать структуру, увеличивая свои размеры, устойчивость и продолжительность существования - характерное время развития. Если такая система находилась бы в хаотической среде, то она не смогла бы не только развиваться, но и существовать, ибо самоорганизация системы возможна тогда и только тогда, когда существует упорядоченный (негэнтропийный) поток энергии, вещества и информации из среды, на который не требуется затрат энергии, вырабатываемой самой системой. Можно сказать и так: необходимы кем-то упорядоченные (структурированные) дармовые источники энергии, вещества и информации. Для всех без исключения самоорганизующихся социально-экономических систем на Земле таковыми являются природные ресурсы, а они есть не что иное, как совокупность тоже самоорганизующихся систем и продуктов их жизнедеятельности, но образовавшихся на базовых (опять же упорядоченных благодаря спонтанному действию материалистических законов) источниках энергии, вещества и информации эндогенного и космогенного происхождения.

Другим источником энергии для самоорганизующихся социально-экономических систем (СЭС) являются различные виды вещества (M), энергии (E) и информации (I) – вместе МЕI, производимые ими самими. Но энергия приобретается при обмене одних форм MEI на другие.

В обмене веществом, энергией и информацией между СЭС и экосистемой и между самими СЭС генетически заложены одни и те же принципы, в основе которых лежат фундаментальные законы термодинамики. Согласно их действию, обмен между системами энергией, веществом и информацией не является эквивалентным, как по качеству, так и по количеству.

Прежде всего, любая самоорганизующаяся целостность для своего образования и жизнедеятельности должна забирать из среды (совокупности гетерогенных или таких же систем) пригодные к непосредственному использованию MEI, а отдавать в ту же среду mei в иной их форме, мало пригодной для жизнедеятельности систем. Чтобы довести их до пригодного состояния, необходимы дополнительные затраты энергии. Индустриальное общество, так же как и информационное, начиная с промышленного этапа развития, бурно развивается лишь потому, что, используя научные знания по методам извлечения MEI из среды, превращения одних их форм в другие, научные способы их диссипации, не тратит свой труд на их восстановление с доведением до уровня повторного применения. Именно в этом и заключается экономия затрат, в результате которой происходит, с одной стороны, рост социально-экономических систем, количественно выражающийся в аккумуляции ими энергии, вещества и информации, а с другой – растет деградация экосистем. Ставить же цель организации экономики в промышленном, индустриальном и тем более информационном (постиндустриальном) обществе на замкнутом цикле: затраты природных MEI → техногенное mei → диссипация mei → воспроизводство MEI → возврат MEI в среду – такая же невыполнимая задача, как и создание вечного двигателя и неиссякаемого источника энергии. Замкнутый цикл возможен лишь в натуральном крестьянском хозяйстве, при условии общественной собственности на землю (ресурсы) и при регулировании численности населения и всей инфраструктуры, дабы экологическая емкость была незаполненной.

Кроме того, неэквивалентным является обмен MEI и между самими социально-экономическими системами. Производимая продукция характеризуется неодинаковым энергетическим содержанием, т.е. имеет различную энергетическую стоимость. Потенциальная энергия, содержащаяся в природных ресурсах (например, в нефти, газе, лесных, морских ресурсах и пр.), значительно превышает таковую в промышленной продукции. Более того, эксплуатация промышленной продукции, какой бы она ни была совершенной, требует дополнительных затрат энергии, вещества и информации на ее содержание. Рыночная же стоимость природных ресурсов значительно ниже стоимости промышленных товаров. Поэтому тот, кто производит промышленную продукцию для обмена ее на сырьевую – нефть, газ, лес и пр., полуфабрикаты, - получает экономический выигрыш, по сравнению с теми, кто добывает эти ресурсы. Экономическая теория дает такое объяснение: промышленная продукция имеет стоимость, потому что в нее вложен труд. Природные же ресурсы, так сложилось исторически, считаются дармовыми, и стоимость их определяется не энергетическим содержанием, а той лишь мерой стоимости, которая соответствует вложенному труду в добычу и транспортировку ресурса. Даже труд, затрачиваемый на поиски, разведку, охрану и рациональное использование ресурса, не всегда учитывается.

Поэтому ничего удивительного нет в том, что Япония или, например, Китай и страны юго-восточной Азии в последние десятилетия быстрыми темпами наращивают свою экономику. В Китай, Японию и др. страны вывозятся преимущественно нефть, газ, уголь, лес, цемент, металлы. Это вся та продукция, хозяйственное использование которой дает значительный экономический рост и улучшение социального положения населения. Россия же ввозит продукцию широкого потребления, включая и интеллектуально емкую. Мы, конечно, за счет этого повышаем производительность труда, однако экономия энергии при этом многократно меньше той, которую мы экспортируем. «Если продажа на мировом рынке 1 кг сырой нефти приносит 2-2,5 цента прибыли, то 1 кг бытовой техники дает 50 долларов, 1 кг авиационной техники – 1000 долларов, а 1 кг электроники и информационной техники – до 5000 долларов» (Шишков).

Современное общество в лице ООН, экономистов - теоретиков и практиков, политиков не понимает главного обстоятельства, сложившегося в развитии современной цивилизации – все природные ресурсы в промышленно-индустриально-информационном обществе перешли в категорию невозобновляемых. Сейчас в категорию невозобновляемых стали переходить жизнетворящие ресурсы - земля, вода, воздух и даже солнечный свет (для увеличения прозрачности воздуха, необходимо затрачивать энергию)! А общество продолжает жить на наивных иллюзиях Совета предпринимателей по устойчивому развитию, показавших якобы реальный путь практических действий бизнеса в решении экологической формулы в рыночных механизмах: производство, торговля, инвестиции.

В природе любая спонтанно формирующаяся система производит одновременно новые формы и дезорганизующих воздействий – энтропии, и организующих – негэнтропии. Не существует систем, которые бы развивались иначе. Но в природных системах появление любого вида потребителя ресурсов из общего хранилища – среды объективно предполагает превращение его самого в ресурс для формирующегося на нем нового потребителя. В природе не существует пирамиды, на вершине которой находился бы независимый всесильный потребитель. К таковым не относится и человек. Вся его деятельность находится в упорядоченной цепочке взаимодействующих систем, соединяемых обратными положительными и отрицательными связями.

Данная закономерность предполагает важные следствия для развития цивилизации.

Во-первых, в промышленно-индустриальном и тем более постиндустриальном обществе нельзя добиться равенства между всеми люди в материальном обеспечении за счет использования природных ресурсов. Запасы энергетических ресурсов, определяющих интенсивность социально-экономического развития систем, характеризуются неравномерностью пространственного распространения. Исторически обстоятельства сложились таким образом, что одни народы оказались с большими запасами энергетических ресурсов, а другие их не имеют вообще. Поэтому, например, Арабские Эмираты обречены быть богатыми, практически независимо от их политического строя, идеологических и религиозных убеждений. Но лишь до тех пор, пока не истощатся их энергетические углеводородные ресурсы.

Дешевые источники энергии (вещества и информации) можно получать и иным путем, выпуская в массовом количестве товары - своеобразные «тамагочи». Производящая их Япония по всем показателям относится к числу прогрессивно развивающихся стран потому, что она затрачивает на единицу своего ВНП значительно больше энергии, чем поставляющая ей углеводороды Россия и др. страны.

Во-вторых, вследствие того, что реальная стоимость энергетических ресурсов многократно превышает их рыночную стоимость, развитые страны, даже импортируя необходимое сырье и материалы, но по очень низким ценам, могут развивать индустрию и современное сельскохозяйственное производство, строить жилье и разнообразные транспортные коммуникации, удовлетворять материальные, культурные и духовные потребности населения. Так, Япония, ввозя не только энергетические, но и другие сырьевые ресурсы, занимает второе место в мире по НВП на душу населения (около 30000 дол. в год). Развитые страны могут вводить и вводят у себя замкнутый цикл промышленного производства, очищают среду обитания в пределах границ своих государств. Однако это вовсе не означает, что экосистема Земли становится чище. Деградация ее продолжается. По данным института World Watch, за 10 лет, прошедших после саммита в Рио, выбросы парниковых углекислых газов увеличились более чем на 9%. Деградация коралловых рифов, известных своим богатством и разнообразием органического мира и являющихся интегральным показателем состояния земной экосистемы, возросла с 10% в 1992 г. до 27% в 2001 г. Неутешительным является другой интегральный показатель, характеризующий внутреннее состояние самой цивилизации: общие расходы на вооружение всех стран за это же время выросли до 2 млрд дол. в день. Таких примеров масса.



Учение о ноосфере: утопия или теория? В России научная общественность, так или иначе связывающая свою деятельность с проблемами экологии, развития цивилизации и России, много внимания уделяет проблемам ноосферогенеза. В связи с этим хотелось бы заметить, что развитие мысли неотделимо от индустриально-технологического процесса. Мыслительная высокоинтеллектуальная деятельность человека, развитие технологий и информации образовали единую сложную самоорганизующуюся систему. Однако не стоит обольщаться интеллектуально-технологическими достижениями, не следует упускать из внимания, что при этом процесс направлен на повышение, возведение в степень диссипации не только энергии и вещества, но и информации. Информация - совокупность получаемых и распространяющихся по пространству и времени знаний - используется не во благо, не на понижение энтропии глобальной системы, а только лишь на ее повышение.

В научной среде России «ноосферогенез» рассматривается как учение. Однако если под учением понимать теорию достижения цели, единственно необходимую последовательность практических действий, то это, скорее, не учение, а недостаточно обоснованные утопические положения о всемогуществе Человека. В основе этого «учения» - обыкновенное человеческое тщеславие, выливающееся в эго- и антропоцентризм, согласно которому, в соответствии с библейскими писаниями и (как будто) воззрениями В.И.Вернадского, перед мыслью и трудом человечества «…становится вопрос о перестройке биосферы в интересах свободно мыслящего человечества как единого целого» (с.509). Поясняя суть идей В.И.Вернадского и развивая их, другой наш известный ученый Н.Н.Моисеев, специально подчеркивая, что «ноосфера» - это не просто часть биосферы, оказывающейся под преобразующим влиянием человека, утверждает: «…ноосфера – это такое состояние биосферы, когда ее развитие происходит целенаправленно, когда Разум имеет возможность направлять развитие биосферы в интересах Человека, его будущего». Эпоха ноосферы, согласно Н.Н.Моисееву, наступит, «…когда человек сможет разумно распоряжаться своим могуществом и обеспечить такое взаимоотношение с окружающей средой, которое позволит развиваться и обществу, и Природе» (Моисеев, с. 24). Если опираться на данные суждения, то следует вывод, что у цивилизации нет пределов развития и совершенства.



О предопределенности пути развития цивилизации. Это ранее высказанное мною утверждение я хотел бы еще более усилить: существует фатальная предопределенность развития систем и человечества тоже! Она трудно признаваема, хотя с ней мы сталкиваемся ежедневно, непрерывно, с момента появления сознания. Название ей - смерть. Не существует систем, не имеющих начала и конца своего развития. Самоорганизующиеся системы, независимо от их происхождения и особенностей структурной организации, проходят один и тот же по форме логистический цикл развития: вследствие воздействия упорядоченного негэнтропийного потока энергии, вещества и информации из среды на некоторую неупорядоченную совокупность элементов с их свойствами (т.е. имманентно обладающих индивидуальной энергией, веществом и информацией), самоорганизуется новая структурная целостность – система. Она, как и другие системы, проходит одни те же стадии развития: стадия зарождения (формирование замкнутой обратными положительными и отрицательными связями структуры) → стадия прогрессивного развития (совершенствование структуры и увеличение размеров системы, сопровождающиеся уменьшением энтропии и ростом температуры за счет динамического взаимодействия элементов) → динамически равновесный режим (климаксное состояние; подвижное равновесие; стагнация) → деградация системы, замена другой. При этом возможны несколько вариантов стадиального развития. Главные из них: во время прогрессивного развития в системе, на инвариантной части ее структуры, формируются структурно более совершенные целостности, последовательно замещающие старые. Это тип интенсивного прогрессивного развития1. Характерной его чертой, применительно к социально-экономическим системам, является высокая степень инерционности. А она, как и в физических системах, определяется массой цивилизации (буквально численностью людей) и скоростью ее движения (развития) – частотой смены технологий производства материальных ценностей и средств производства, а также количеством потребляемых и диссипируемых в единицу времени энергии, вещества и информации. Такая система в этот период характеризуется устойчивостью против различных воздействий: она из-за большой инерционности не может свернуть с выбранного пути развития, даже осознавая скорый конец и необходимость изменения поведения, так как существенное изменение пути развития ускоряет процесс разрушения.

Признание «спонтанной предопределенности» развития цивилизации вовсе не лишает нас всех возможности интеллектуальной деятельности, направленной на развитие ноократии - разумное, научно обоснованное управление социально-экономическими процессами с тем, чтобы добиться плавного ее перехода в новый режим развития, на действительно прогрессивную парадигму. Спонтанная предопределенность индустриального развития цивилизации означает, что человечество будет продолжать начатое дело, вплоть до энергетического изнеможения, когда дефицит ресурсов станет ощутимым.

Конечно, «новая парадигма развития цивилизации» формируется в процессе творческой деятельности людей. Но ее нельзя создать одномоментно и заранее для будущих поколений. Создание ее будет осуществляться вместе с движением цивилизации к ее аттрактивной цели, сопровождаясь заменой системы реликтовых отношений в обществе на новые отношения, соответствующие новым условиям.

Развитие цивилизации не подчиняется идеологической, в том числе и религиозной методологии. Можно сказать, что питательной средой религий являются силы природы, суть которых непонятна, скрыта.

Идеология, как система взглядов об отношениях людей, система взглядов на политические и социально-экономические процессы, во многом сходна с религией. Она, как и религиозные учения, опирается на веру, на не доказанные закономерности развития, а предполагаемые, но кажущиеся истинными. В идеологиях рождается и развивается политический инфантилизм, наносящий самый большой вред развитию общества. Этим идеология отличается от теоретических научно обоснованных убеждений – веры в объективное существование законов природы и неотвратимость их действия. Цивилизация в целом и по частям (государства) развивалась на основе осмысления окружающего мира и самое себя по трем взаимосвязанным направлениям: религиозному, идеологическому и научному. Давая оценку их роли в становлении современной цивилизации, надо признать, что определяющим было научное направление. Религия и идеология оказывали демпфирующее воздействие, и это естественно. По мере развития научных представлений и массового их распространения, роль идеологического обоснования путей развития цивилизации уменьшается и, вероятнее всего, постепенно сведется к нулю, когда политика выйдет на научно обоснованный уровень управления, а демократия перейдет в свою высшую стадию развития – ноократию; идеология растворится в науке, сольется с ней. Религия на ранних этапах развития общества выполняла и идеологические функции, и научные и всегда стремилась к государственной власти, к владению правом быть единственным источником истины. Когда она добивалась в этом успехов, то безжалостно уничтожала своего непримиримого врага – науку и формировавшееся на ней мировоззрение. Как ни странным покажется на первый взгляд, расцвет религиозной идеологии сопровождался падением нравственности.

Развитие науки и технологий продолжается и будет продолжаться. Религия же, вне зависимости от конфессиональных различий, превращается в глобальное фарисейство, в лучшем случае в народные традиции. Переход религии, религиозных традиций в народные традиции, мне кажется, является прогрессивным и необходимым направлением в развитии цивилизации.

В настоящее время наука способна на решение самых сложных задач в познании секретов строения и динамики материи, законов природы, путей практического использования знаний на всеобщее благо, в том числе и на сохранение среды обитания. Наука показала свои способности не только в проведении экспериментальных исследований и их теоретическом обобщении, но и в конкретных известных миру практических делах. Создание ядерной энергетики, космических станций и повседневной, но очень важной в жизни людей техники и технологии осуществлялось учеными.



Наука – это искусство, но это единственное из всех видов искусств, которое не может быть политическим. Она не может отражать интересы ни большинства, ни меньшинства, ни тем более личности. Она призвана выделять реально существующие системы, строить абстрактные системы - аналоги реальных, с тем, чтобы выявить закономерности их строения и динамики. Поняв сущность функционирования природных систем, наука призвана учиться целесообразно действовать самой и учить этому других. Только наука - единственная из всех видов искусств - может и должна быть надпартийной. Все остальные виды искусств, включая религию, прямо или опосредованно, осознанно или нет, в большей или меньшей мере, но служат политике, а конкретно - той власти, которая возглавляет государство в данный момент.

Теперь, когда стало ясно, что “отходы, выбрасываемые в окружающую среду, более не исчезают, а возвращаются, чтобы поразить болезнями тех, кто произвел их, и тех, кто живет рядом с ними и далеко от них”, человечество стоит на пороге возрождения и развития новой религии - неостоицизма и пантеизма, основанных на сциентическом мировоззрении, доказывающем и опытом и теорией, что Бог - это всемогущие, повсеместно проявляющие себя законы движения и обусловливаемого ими развития материи в самых разнообразных формах проявления. Удел человека - познавать законы не для подчинения себе природы, что невозможно, а для совместного с ней целесообразного упорядоченного взаимодействия.



Сциентическое мировоззрение предполагает высокий уровень нравственности общества. Врожденной морали наших инстинктов (солидарность, альтруизм, групповое принятие решений) и благоприобретенных нравственных правил (бережливость, уважение к собственности, честность) совершенно недостаточно для развития нравственности. И уж тем более нельзя считать предосудительным конструирование морали на основе сциентизма. Есть главная сила, движущая развитие нравственных отношений, выявленная всем ходом эволюции цивилизации, но многими игнорируемая: бескорыстный труд во благо других членов общества; совместный, общественно необходимый труд; распределение результатов труда по вложенному труду – вот главные принципы, которые обусловливали развитие нравственности и на основании которых формировались отношения между людьми и христианская мораль в течение тысячелетий.

Пока Земля человеком воспринималась как огромное, незаполнимое пространство, с неисчерпаемыми ресурсами, можно было мириться с безличным процессом распределения ресурсов и результатов труда, ибо индивиды, действуя каждый в своих интересах, не знали, каким же будет результат их общего взаимодействия. Осознавая, что мы живем в космическом корабле, имеющем конечную емкость и запасы ресурсов, свобода действий каждого индивида ради удовлетворения собственных потребностей и интересов, вне зависимости от того, удовлетворяют ли они других, ведет к формированию неопределенных аттрактивных целей – «блуждающих мишеней». Поэтому сейчас (перефразируя Хайека) задача сводится к тому, чтобы неизвестные нам решения, принятые неизвестными нам людьми для достижения собственных целей, в неаддитивной сумме не выходили бы за рамки целесообразного взаимозависимого развития природы и общества.



1 Типы циклов развития социально-экономических систем описаны мною в книге «Стратегия российских реформ»


Поделитесь с Вашими друзьями:


База данных защищена авторским правом ©ekollog.ru 2017
обратиться к администрации

войти | регистрация
    Главная страница


загрузить материал