Грэм МакНилл



Скачать 405.39 Kb.
страница1/3
Дата30.04.2016
Размер405.39 Kb.
  1   2   3
Заключенный
Грэм МакНилл

Орина Септим была миром, который умирал медленно, но неуклонно. Тысячи лет воздействия разъедающих испарений океанов превратили единственный континент в почерневшую степь, покрытую морем волнистых дюн. Горы немногим отличались от медленно распадающихся холмов, их разъели тысячелетия пребывания в загрязненном воздухе, а едкая атмосфера сделала их гладкими, как стекло.


Кислотные моря покрывали девяносто процентов поверхности планеты, и огромные рудодобывающие корабли Адептус Механикус периодически опускались на низкую орбиту, чтобы присосаться к пылающим океанам. Чудовищные корабли перевозили насыщенную химикатами морскую воду в механическую преисподнюю мира-кузницы, где ее перерабатывали в машинное горючее, химическое топливо и всевозможные военные средства.
Единственный, помимо нее, продукт экспорта планеты обитал в океанах: крохотные чешуйчатые беспозвоночные, плававшие в кислотных морях стаями размерами с континент. Обшитые железом траулеры бороздили океаны, собирая полосы миниатюрных существ, в сверхэффективном метаболизме которых участвовало огромное количество протеина, который можно было переработать в пайки для Имперской Гвардии.
Принимая во внимание, что пути снабжения ситемы Гируса были перерезаны волчьими стаями кораблей Архиврага, защитники Оберича и Иллиуса нуждались в свежих источниках пищи больше, чем когда либо.
Эти продукты были ценны, но добывать их было опасно, так что высаживаться на столь смертоносный мир, как Орина Септим, отваживались лишь те, кто был обязан это делать.
В тюремном комплексе Жаданок размещались самые отъявленные негодяи со всего сектора. Одно из немногих построенных людьми на Орине Септим зданий стояло на склоне долины с черными стенами на берегу широкого залива. Большая часть его громады была вырезана глубоко в недрах разрушающихся скал, и на нее обрушивались волны кислотного моря. Над землей оставались только орудийные башни и утилитарные постройки для посадки, их защищали от смертоносной атмосферы планеты ряды энергетических щитов.
Среди связанных контрактом охранников Жаданока ходила мрачная поговорка, что никто не прибывал на Орину Септим добровольно, сюда могло только занести.
И, словно чтобы оспорить это утверждение, с туманного неба к Жаданоку нырнул гладкий черный катер, на его корпусе блестели серебряные полосы кислотного дождя. На корабле не было опознавательных знаков, его сопровождал эскорт десантно-штурмовых кораблей, насекомоподобных машин с подвесными штурмовыми пушками и ракетными батареями под каждым крылом.
Прежде, чем катер вошел в воздушное пространство тюрьмы, из скал поднялись защитные системы и нацелились на него и сопровождающих.
Неслышимые переговоры катера и тюрьмы быстро прояснили его полномочия, и орудия скрылись в камнях, а ряды мигающих огней указали кораблю путь к появившейся посадочной платформе.
Со скоростью и аккуратностью, выдававшими высококлассного пилота, катер скользнул над скалами и приземлился, а десантно-штурмовые корабли сделали полубочку и понеслись в небо.
Посадочная платформа втянулась внутрь тюремного комплекса, и катер поглотила темонта. Вопреки поговорке охранников, владелец катера не угодил на Орину Септим, а прибыл сюда по своей воле и со всей возможной скоростью.
И все из-за одного-единственного заключенного.

Начальник тюрьмы Пендарева неуверенно переминался с ноги на ногу, наблюдая, как обслуживающие сервиторы поливают покрытый кислотой катер антикоррозийными составами. Смрадные испарения с шипением поднимались от пористой поверхности корабля, и Пендарева наморщил нос от кислотной вони.


Он потянулся за выцветшим носовым платком, чтобы промокнуть вспотевший лоб, и повернул бледное помятое лицо к старшему надзирателю де Зойсе.
- Проклятье, мы могли бы обойтись и без этого, - сказал он. - Как будто у нас и так проблем нет. Заключенные распустились и готовят нам неприятности, я это чую.
Де Зойса, бритоголовый, похожий на быка мужчина в помятой бронзовой пластинчатой броне, лицо которого было похоже на отражение пейзажа за стенами тюрьмы, кивнул.
- Пускай. Моим силовикам не терпится проломить парочку голов.
- Не сомневаюсь, что это так, но лучше бы этого не случилось, пока у нас тут столь почтенная особа, тебе не кажется? - произнес Пендарева, указывая на катер.
Де Зойса пожал плечами, словно его это совершенно не волновало, но Пендарева видел настоящий страх за бравадой надзирателя. Пендареве доводилось наблюдать, как де Зойса прокладывал себе дорогу посреди кровавого тюремного бунта с помощью одной лишь грубой силы и силовой дубинки. До настоящего момента он не видел того испуганным.
То, что даже головорез-психопат вроде де Зойсы нервничал, многое говорило о репутации новоприбывшего, и Пендарева снова вытер лоб, когда сервиторы закончили мыть катер и начали раскладывать решетчатую дорожку от железных дверей тюрьмы до мокрого корабля.
Обычно Пендарева изо всех сил старался не привлекать внимания организаций из-за пределов Орины Септим, и был сосредоточен на управлении своей маленькой личной империей, однако поимка заключенного сделала подобное невозможным.
Как того требовал протокол, Пендарева уведомил вышестоящие инстанции о поимке и ожидал ответа в обычные несколько месяцев, но уже через пару дней поступило сообщение уровня омикрон, предписывавшее ему ожидать прибытия лорда Сайфакса Осоркона, члена Святой Инквизиции Императора.
Даже пребывая в уединении на захолустной Орине Септим, Пендарева слышал о Лорде-Инквизиторе Сайфаксе Осорконе.
В этой части галактики мало кто не слышал.

Сайфакс Осоркон имел пугающую репутацию, он разоблачал таинственное сердце Предела Пируса примерно три столетия. От Гируса до далеких систем Вердиса и Дельты Сориена, Лорд-инквизитор Сайфакс Осоркон раскрыл и уничтожил множество темных культов, сокрушил бесчисленные вторжения чужих и выкорчевал корни ереси и бунта на бессчетных планетах. Никто не мог избегнуть его пристального взгляда, гнев его правосудия испытали на себе все — от бедняков до планетарных губернаторов.


- Я хочу, чтобы все прошло быстро и гладко, - сказал Пендарева. - Никаких проблем. Ты меня понял? Это касается как заключенных, так и силовиков.
- Понятно, - ответил де Зойса. - Но вы отлично знаете, что в воздухе пахнет чертовски большими проблемами. Это отребье знает, что что-то происходит, и ищет возможности взбунтоваться.
- Что ты сделал с Финном? - спросил Пендарева. - Если кто-то что-нибудь и начнет, то это будет он.
- Не волнуйтесь, он под стражей, - заверил де Зойса.
- Лучше, чтобы так и было, - предостерег Пендарева. - А что там с его бандой, Братьями Слова?
Де Зойса покачал головой.
- С тех пор, как Финн напал на Рейана, они держатся в тени. Им хватает мозгов, чтобы сообразить, что, пока Финн вне игры, они уязвимы. Псы Дьявола и Красные Клинки хотят отщипнуть кусочек от его банды, так что сейчас стоит беспокоиться о них.
Разговор прервался, когда пневматический затвор на борту катера открылся и люк с шипением скользнул в сторону. Размеры проема были необычно велики, подумал Пендарева, но спустя несколько мгновений он понял, почему.
Внутри катера произошло движение, и исходящий изнутри свет заслонила огромная фигура в блестящем боевом доспехе, вооруженная гигантским мечом.
Пендарева услышал, как де Зойса восхищенно выдохнул при виде космического десантника, потрясенный сияющими пластинами серебристо-стальной брони и бесстрастным лицевым щитком с красными глазами. Своими габаритами воин перекрыл люк, и в посадочной зоне явно ощущалось его физическое присутствие. Пендарева никогда не видел космических десантников так близко, и теперь, в присутствии столь могучего воителя, все преувеличения, которые он слышал на их счет, казались ему сильной недооценкой.
На блестящем серебром наплечнике располагалась эмблема в виде черного меча, пронзающего открытую книгу. Многочисленные свитки, на которых повторялся этот же символ, были прикреплены к наплечникам и нагруднику. На поясе в ножнах из блестящей бронзы висел золотистый меч с круглым эфесом.
- Вы — начальник тюрьмы Пендарева? - спросил космодесантник, спускаясь по аппарели катера, прогибавшейся под его весом. Несмотря на помехи в воксе, его голос был глубоким и звучным.
- Это я... - отозвался Пендарева, как только вернул себе дар речи. - Добро пожаловать в тюремный комплекс Жаданок. А вы?..
- Я — юстикар Кемпер из Серых Рыцарей.
Пендарева кивнул, когда следом вышли еще четыре космических десантника, гиганты с длинными алебардами, возле клинков которых были расположены крупнокалиберные оружейные стволы. Они были закованы в броню из полированной стали, в которой жутковато отражался красный свет посадочных огней платформы.
И наконец, когда пятеро космодесантников выгрузились, из челнока появился Лорд-Инквизитор Сайфакс Осоркон в сопровождении свиты писцов с медными пальцами, аугментированных воинов в облегающих бронированных перчатках и трех закутанных в белые одеяния астротелепатов, чьи лица скрывали надвинутые капюшоны.
По сравнению с десантниками, лорд-инквизитор вызвал у Пендаревы некоторое разочарование. Ужас Предела Пируса был одет в длинную рясу темно-синего цвета, напротив сердца была приколота инквизиторская брошь. Инквизитор воздерживался от пышности, в то время, как его слуги, казалось, радуются ей. Черты лица высокого и гладкокожего благодаря обширной омолаживающей терапии Осоркона излучали спокойную мягкость, которую, как предположил Пендарева, можно было легко недооценить. Редкие волосы лорда-инквизитора были коротко подстрижены, сверлящие глаза были цвета холодного серого льда.
Осоркон сошел по аппарели спокойной неторопливой походкой, словно спускался по лестнице на балу дебютантки, а не в холодных зловонных глубинах одной из самых печально известных тюрем сектора.
Пендарева шагнул вперед, поклоном приветствуя инквизитора.
- Мой лорд Осоркон, - начал он, - добро пожаловать в наше скромное заведение.
- Заключенный под охраной? - спросил инквизитор, отмахиваясь от приветствия Пендаревы.
- О да, разумеется, - сказал Пендарева, скрывая раздражение из-за резкости инквизитора. - Мой старший надзиратель запер его в Адской Дыре.
Осоркон кивнул.
- Сколько охранников стерегут его?
Инквизитору ответил де Зойса.
- За ним круглосуточно присматривают тридцать моих силовиков. У всех смертельное оружие и нет ограничений на его применение. Если ублюдок сделает движение, которое мне не понравится, он покойник.
- Всего тридцать? Удвоить количество. Немедленно, - произнес Осоркон. - Поверьте мне, если он пошевелится, ваши люди умрут, не успев даже позвать на помощь. Честно говоря, я удивлен, что вы до сих пор живы.
Инквизитор повернулся к Пендареве.
- Отведите меня к заключенному. Немедленно.

Финн лежал на жестком полу камеры и улыбался, когда пузырящиеся лужицы просачивавшейся сковзь трещины в плитках кислоты обжигали кожу. В воздухе витал едкий запах химических ожогов, но он наслаждался ощущением того, как кожа покрывается волдырями.


Это означало, что первая часть плана уже работала.
Следующий этап зависел от психопатического насилия его товарищей-заключенных, и он знал, что может положиться на них. Зодиак и Вывих пообещали ему бунт, которым он сможет гордиться и на который стоит поглядеть.
Братья Слова были готовы к бою, да и Псы с Клинками не могли дождаться крови. Единственное, о чем он жалел — что не сможет быть там, чтобы совершать убийства наилучшим образом.
Он перестал думать о грядущей резне и сконцентрировался на текущей ситуации, запертый в самой глубокой шахте тюрьмы Жаданок — в Адской Дыре.
Силовики утверждали, что любой, угодивший в Дыру, сломается, и его вытащат наружу плачущим и обгадившимся, утратившим человеческий облик.
Финн знал, что узников ломали не лишения Адской Дыры, просто они не смирялись с болью. Сидеть в глубочайшей из камер Жаданока до конца своих дней могло быть скучно, но это точно было лучше, чем обслуживать кислотные помпы нижних уровней, не дающие смертоносным океанам затопить тюремный комплекс.
Финн переносил куда худшую боль и не сломался, так что выдержит и здесь. Прошло три дня с момента, как его бросили сюда после того, как он выпотрошил Рейана за насмешки в столовой. Причинять боль Псам Дьявола всегда было забавно, но это стало побочным дополнением к истинной причине его желания оказаться в Адской Дыре.
Бессчетные сроки, отсиженные в тюрьмах Имперской Гвардии, научили Финна всему необходимому, чтобы выжить в одиночном заключении. Только ценность для многих командиров уберегла его от комиссарской пули.
Для гвардейца Финн обладал уникальным даром убивать, превосходившим способности даже самых диких солдат его полка, Канакских Собирателей Черепов. У Финна была невероятное умение выбираться из самых плотных перестрелок и жестких рукопашных, не получив не царапины, с окровавленным тесаком и светящимися от убийства глазами.
Однако столь полезный на поле боя талант убивать и калечить оказывался обузой во время простоя между сражениями.
На военно-полевом суде никто, вероятно включая самого Финна, не смог точно сказать, сколько же людей он убил, но счет шел на сотни.
Он перекатился на колени, заметив движение проблесков света по краям люка в потолке камеры. Кто-то проходил по караульному коридору наверху.
- Эй! - заорал он. - Эй! Кто это там?
- Заткнись, Финн, - донеслось в ответ.
Финн узнал голос силовика Дрейвина, слабого человека с тонкой шеей, от которой было бы легко оторвать голову. Дрейвин отличался приверженностью к соблюдению правил, и Финн улыбнулся, сообразив, что не мог бы и мечтать о лучшем надзирателе.
План работал, но окончательный успех зависел от того, вернутся ли истинные Братья Слова на Орину Септим, как обещали ему в видениях.
Глядя, как на полу расползаются лужи кислоты, он лишь надеялся, что это произойдет скоро.

Пендарева указывал дорогу в недра тюремного комплекса Жаданок. По бокам от него шли де Зойса и инквизитор Осоркон, а Серые Рыцари юстикара Кемпера двигались позади. Они прошли через бронированные ворота и попали в стерильные выложенные плиткой помещения собственно тюрьмы. Многочисленные изоляторы и двойные шлюзы замедляли продвижение, но Пендарева не возражал против ожидания, будучи уверен, что демонстрация безопасности его заведения впечатлит Осоркона.


Словно прочитав его мысли, Осоркон заговорил.
- Расскажите еще раз, как заключенный оказался здесь, начальник Пендарева.
- Ах да, разумеется, инквизитор, - отозвался Пендарева, - хотя мне и казалось, что я упомянул все детали его поимки в рапорте командованию сектора.
- Так и есть, но мне хотелось бы услышать их от вас.
- Хорошо, - сказал Пендарева, когда они прошли через главные ворота в один из основных обзорных залов, проходивший по всей длине главного тюремного блока. - Хотя и не понимаю, что от этого изменится.
- Простите меня, - произнес Осоркон тоном, предостерегавшим Пендареву от повторных протестов.
Пендарева прочистил горло и заговорил.
-Около шести стандартных недель тому назад наши авгуры обнаружили приближающийся к низкой орбите корабль, направлявшийся к нам.
- Вы опознали его? - прервал Осоркон.
- Не сразу, - пояснил Пендарева. - Наше оборудование весьма капризно и работает лишь благодаря тому, что нашему техножрецу благоволит Бог-Машина — ну, по крайней мере, так говорит он сам.
Отряд прошел мимо расположенных напротив модульных камер, располагавшихся друг над другом по десять, к которым тянулись передвижные дорожки, управляемые сложным набором механизмов и подвесных кабелей. На парапете между камерами и основным коридором выстроились силовики, державшие в руках дробовики, на их поясах висели силовые дубинки.
- Продолжайте, - сказал Осоркон, глядя на то, как несчастные узники кидаются на двери клеток, просовывая между прутьев руки и ноги, глядя на проходившую под ними группу с неприкрытой враждебностью.
- Итак, корабль вошел в наше пространство и не ответил на запросы, когда орудия нацелились на него, - продолжил Пендарева, повысив голос, поскольку известие о их приходе распространилось по тюремному блоку, и воздух наполнился бранью и шумом от ударов жестяных кружек о железные прутья. - Он продолжал приближаться, так что его сбили. Он разбился примерно в тридцати километрах отсюда, и я отрядил команду силовиков для расследования.
- И они нашли заключенного на месте крушения?
- Да, - он был единственным выжившим, - ответил Пендарева, - остальной экипаж погиб при крушении. Если желаете взглянуть на них, то они в нашем морге.
- Нет, - сказал Осоркон. - Уничтожьте их. Расскажите мне о корабле, который вы нашли.
- Он был слишком поврежден, чтобы определить тип, но то, что мы нашли, похоже на какой-то орбитальный транспорт.
- И откуда он прибыл? - поинтересовался Осоркон.
Пендарева пожал плечами.
- Это тайна, разгадку которой, боюсь, знает только заключенный.
- И вас не удивило, как корабль такого размера мог самостоятельно достичь орины Септим?
- Честно говоря, нет, - сказал Пендарева. - Я предоставляю такие вопросы людям вроде вас.
Инквизитор нахмурился.
- Всем гражданам Империума следует задаваться вопросами относительно подозрительного. Я упомяну об этом недостатке бдительности, заполняя рапорт начальству.
Пендарева был настолько изумлен идеей о том, что у людей вроде Осоркона может быть начальство, что почти не заметил выговора, который ему предстояло получить.
- Ну, я хотел сказать, что мы удивлялись, откуда же он прибыл, но не смогли разгадать эту головоломку. Наблюдательные системы ничего не засекли, так что мы причислили это к тем тайнам, которыми наполнен космос, и ожидали вашего прихода, чтобы вы просветили нас.
- Если ответ существует, тогда я получу его от заключенного, - произнес Осоркон, - не волнуйтесь на этот счет.
- Если позволите, лорд-инквизитор, этот заключенный... он похож на...
- Не спрашивайте, Пендарева, - предостерег Осоркон. - Вам не следует знать об истинной личности заключенного. Подобное знание опасно.
Пендарева кивнул, хотя и сильно расстроился из-за отстранения от этой информации. Может, Осоркон и был инквизитором, но тюрьма принадлежала ему.
- Не понимаю, почему... начал он.
- Я убивал людей за меньшее, - сказал Осоркон, глядя ему прямо в глаза.
Пендарева поверил на слово и больше ничего не спрашивал, в это время отряд покинул основные помещения для содержания, оставив позади галдящих заключенных. Началось путшествие вниз по лабиринту закрученных коридоров, вырубленных в черном камне, по направлению к глубинным ярусам тюрьмы. Периодически дорога выводила их из скалы в защищенные переходы с закругленными стенами из прозрачной пластали, шедшие в толще кислотных морей.
Переходы заливал серый, окрашенный кислотой свет, и Пендарева получал удовольствие от выражения беспокойства на лицах Осоркона и его свиты.
- Не бойтесь, лорд Осоркон, щиты защищают нас от моря, хотя, если они откажут, кислота преодолеет пласталь за считанные секунды и убьет всех нас, - произнес Пендарева, наслаждаясь дискомфортом, читавшимся на лице Осоркона.
Было очевидно облегчение посетителей, когда они снова вернулись внутрь черной скалы, а затем в сводчатые туннели с успокаивающими металлическими стенами, перегороженные толстыми стальными взрывостойкими дверями.
Вскоре Пендарева остановился у поста охраны, укомплектованного шестью силовиками, вооруженными боевыми дробовиками и блестящими силовыми булавами. Они стояли перед тяжелой взрывостойкой дверью. На ней был изображена зияющая бездна с видимыми на дне языками пламени, а поперек двери было написано «Добро пожаловать в Ад».
На всех силовиках была толстая и объемная броня, полностью закрытые бронзовые шлемы, и каждый из них направил оружие на приближающуюся группу. Пендарева ощутил внезапное напряжение воинов из свиты инквизитора, а люди Пендаревы, к его чести, казались безразличными к присутствию массивных космических десантников.
- Лейтенант Грейзер, - произнес Пендарева. - Мы прибыли взглянуть на Заключенного.
Грейзер кивнул и шагнул вперед.
- Разрешение на допуск?
Начальник Жаданока и старший надзиратель извлекли из своей формы управляющие жезлы и проследовали к панелям по бокам от двери.
- Вставьте жезлы, когда я скажу, и сделайте шаг назад, - распорядился Грейзер.
Пендарева кивнул и приготовил жезл, пока лейтенант вводил известный лишь ему код, чтобы открыть дверь.
Грейзер произнес: «Вставляйте», и Пендарева воткнул управляющий жезл в панель и ввел свой личный идентификационный код, когда тот со щелчокм встал на место. Де Зойса сделал то же самое, и взрывостойкая дверь загрохотала, когда внутренние запоры открылись, и массивный портал медленно скрылся в полу.
Пендарева вынул управляющий жезл и поманил Лорда-Инквизитора Осоркона.
- Добро пожаловать в Адскую Дыру.

- Эй, вы там! - закричал Финн, чувствуя боль в ступнях, но прогоняя ее с сознательного уровня. Поднимающаяся кислота разлилась по всему полу, она была разбавленной, пройдя через фильтры, но все еще болезненно едкой. От его покрытых волдырями ног поднимался дымок, а от стока в центре камеры стекали оплавленные сгустки ослабшего металла.


-Я же велел тебе заткнуться, Финн, - сказал Дрейвин. - Повторять не буду.
-Слушайте, - проговорил Финн. - что-то не так. Это место заполняется кислотой, а это плохо.
- Что ты несешь, Финн?
- Я вам говорю, это место заполняется кислотой, - воззвал Финн, добавив в голос мольбы. Нужно было правильно закинуть удочку. - Вам скоро придется меня смывать в сток из шлангов.
Он ухмыльнулся, когда молчание затянулось. Ни начальник тюрьмы Пендарева, ни его ручной псих де Зойса не пролили бы ни единой слезы, если бы Финн умер в Адской Дыре, но Финн знал, что Дрейвин придерживается правил. И в упорядоченном мире Дрейвина пленных не бросают умирать в камерах, неважно, массовые ли они там убийцы.
- В твоей камере кислота? - спросил Дрейвин.
- Верно как то, что я внизу, а вы наверху, - отозвался Финн. - У меня, черт побери, почти ступни насквозь прожгло! Вы должны меня отсюда вытащить!
Финн услышал приглушенный разговор наверху и потянулся, чтобы взять обоженный кислотой кусок металла из стока. Он потянул, и тот поддался, оторвавшись. Так себе оружие, но все же это были заостренные пятнадцать сантиметров металла. Финну доводилось убивать людей и меньшим.
Он моргнул, когда люк наверху распахнулся и в камеру упало пятно яркого света. Разглядев шлем на голове Дрейвина наверху, он указал на пол.
-Видите, я же говорил. Я не вру.
-Вот дерьмо, - произнес Дрейвин, обращаясь к кому-то невидимому. - Он прав, камеру заливает кислотой. Помпы в этой части тюрьмы, должно быть, барахлят.
- Вытащите меня!
- Оставайся на месте, - приказал Дрейвин и исчез из освещенной области.
Финн с усилием сдержал свирепую ухмылку предвкушения и спрятал зазубренную металлическую иглу в руке, чувствуя, как шипит на коже покрывавшая ее кислота.
- Ладно, Финн, - сказал Дрейвин, снова показавшись в люке. - Мы тебя отсюда вытащим, но если ты попробуешь дернуться, я пристрелю тебя и сброшу тебя растворяться внизу. Мы друг друга поняли?
- Ну конечно, - ответил Финн, когда в камеру опустилась потертая стальная лестница.

Пендарева возглавлял шествие по пустому коридору, от которого последовательно ответвлялись проходы, уходившие вбок зловещими мерцающими туннелями, на каждом углу стояла охрана.


- Понятно, почему это место называют Адской Дырой, - пробормотал инквизитор Осоркон.
- Это название придумали заключенные, но оно похоже на правду, да, - согласился Пендарева.
Путешествие продолжалось до конца коридора, где они прошли через широкий проем в стене, за которым располагалось длинное сводчатое помещение, заполенное гудением механизмов и запахом озона.
-Наша самая охраняемая зона, - с гордостью сказал Пендарева.
Большую часть зала занимал блестящий металлическиий круг, от которого поднималась потрескивающая колонна света, образовывавшая сетчатый купол, сквозь который ничто не могло проникнуть.
Мерцающее энергетическое поле окружали тридцать силовиков, направивших стволы на одинокую фигуру, молившуюся на коленях в центре.


Поделитесь с Вашими друзьями:
  1   2   3


База данных защищена авторским правом ©ekollog.ru 2017
обратиться к администрации

войти | регистрация
    Главная страница


загрузить материал