Коэволюция технической и гуманитарной культур в контексте универсальной истории



Скачать 383.91 Kb.
Дата26.04.2016
Размер383.91 Kb.
ТипАвтореферат



На правах рукописи


КИМСТАЧ ВЛАДИМИР НИКОЛАЕВИЧ



КОЭВОЛЮЦИЯ

ТЕХНИЧЕСКОЙ И ГУМАНИТАРНОЙ КУЛЬТУР

В КОНТЕКСТЕ УНИВЕРСАЛЬНОЙ ИСТОРИИ

Специальность 09.00.08 – философия науки и техники




АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени


кандидата философских наук

Ростов-на-Дону


2006

Работа выполнена в отделе гуманитарных и социальных наук

Федерального государственного научного учреждения

«Северо-Кавказский научный центр высшей школы»



Научный руководитель




Гетманов Иван Петрович,

кандидат философских наук, доцент




Официальные оппоненты



Минасян Лариса Артаваздовна,

доктор философских наук, профессор




Субботин Александр Ильич

кандидат философских наук, доцент



Ведущая организация:


Донской государственный технический университет

Защита состоится 1 ноября 2006 г. в 15 часов

на заседании диссертационного совета Д.212.208.13. по философским наукам

в Ростовском государственном университете

по адресу: 344006, г. Ростов-на-Дону, ул. Пушкинская, 140, конференц-зал.
С диссертацией можно ознакомиться в зональной научной библиотеке Ростовского государственного университета

по адресу: 344006, г. Ростов-на-Дону, ул. Пушкинская, 148.

Автореферат разослан 30 сентября 2006 г.

Ученый секретарь

диссертационного совета М.М. Шульман
ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ
Актуальность темы исследования.

Реализация природных задатков человека осуществляется в результате его коэволюционного взаимодействия с окружающей природной и социальной средами, которые сами динамично развиваются во времени. Общественные структуры изменяются не только будучи сопряженными между собой, но также в силу обусловленности природными системами, поэтому технологические возможности общества определены воздействием природы на общество и предопределяют степень и характер воздействия человеческой цивилизации на природу.

Проблема поддержания техно-гуманитарного баланса в современную эпоху является ключевой на пути создания условий для успешного коэволюционирования общества и природы. Динамика развития гуманитарных областей знания, естественных наук и техники, а также ее направленность в современных условиях определяются глобальными проблемами и потребностью человечества сохранить себя в земных условиях.

Природа Человека и природа Общества в их взаимодействии между собой, а также с живой и неживой природой, проявляют себя как социально сформировавшиеся и символьно выраженные образы и понятия. Сущностная основа их подчас настолько нечетко отражена и закамуфлирована сознанием, что определить реальную подоплеку исходных мотивов и причинных связей этого взаимодействия – весьма трудная задача. Проникнуть сквозь внешний покров мыслей и поступков в первородную сущность мотивов их возникновения для сознания Человека действительно представляется обычно весьма сложным. Тем не менее, на протяжении тысячелетий наблюдалась устойчивая тенденция почти всех религиозно-мистических и многих философских подходов к привлечению в объяснении сложности становления человеческой судьбы в обществе и общества в природе те или иные концепции возникновения и развития Вселенной – от сотворения Мира до коэволюции Общества и Природы.

Нынешняя эпоха характеризуется особыми взаимоотношениями философии и науки, философии и техники, которые придают новое звучание антропному принципу миропонимания, позволяют осознать главнейшую проблему человечества – отставание гуманитарной культуры от стремительного роста научно-технического знания и его практического воплощения. Порой человечество «не знает» как обуздать свои технические возможности, особенно последствия выхода из-под контроля наукоемких и высокотехнологичных процессов.1

Поэтому важным является исследование механизмов демографо-технологической зависимости, коэволюционных процессов в динамике естественнонаучной, гуманитарной и технической культур человечества в логике становящейся постнеклассической стратегии познания, представляющих собой определенный момент конвергенции технической и гуманитарной культур.


Степень разработанности проблемы

Генезис и развитие техносферы и порождаемые ею гуманитарные проблемы исследуются в контексте проблем научно-теоретического поиска, закономерностей становления и развития человека как явления в биосфере Земли и Вселенной. Данной проблематике посвящены работы отечественных ученых-философов: В.Г. Афанасьева, Н.А. Бердяева, М.И. Будыко, С.Н. Булгакова, И.М. Вакулы, В.Ю. Верещагина, В.И. Вернадского, Ю.Г. Волкова, В.С. Голубева, В.Е. Давидовича, Л.В. Жарова, Ю.А. Жданова, Н.В. Клягина, В.М. Мапельмана, Т.П. Матяш, Н.Н. Моисеева, А.П. Назаретяна, Е.Е. Несмеянова, В.С. Поликарпова, В.С. Степина, Н.Ф. Федорова, К.Э. Циолковского, В.И. Шинкарука, В.П. Яковлева и др., а так же зарубежных мыслителей: Дж. Аллена, Д. Белла, И. Канта, Э. Леруа, В. Лефевра, М. Нельсона, А.И. Субетто, Ч. Сноу, Т. Шардена, Ф. Энгельса, К. Ясперса, Т. Ярошевского и др.

История человечества в работе рассматривается как поиск путей достижения баланса между постоянно растущим научно-инструментальным, энергетическим могуществом и социокультурными механизмами сдерживания своей агрессии, поэтому в основу настоящего исследования легли научные труды, посвященные проблемам взаимодействия общества и природы: А.К. Адамова, Ю.М. Арского, А.Е. Аствацатурова, М.А. Басилаиа, С.И. Вавилова, И.П. Гетманова, А.А. Григорьева, Ю.А. Жданова, П.Н. Лукичева, Н.Н. Моисеева, И.Б. Новик, Е.Я. Режабека, Н.Ф. Реймерс, Е.А. Седова, В.М. Чупахан, Н.П. Федоренко, С.Д. Хайтун, А.Д. Урсула, Б.Г. Юдина, В.П. Яковлева и др.

Большое значение для обоснования авторской концепции техно-гуманитарного баланса имеют труды в области философии науки и техники, синергетики и теории систем таких мыслителей как: В.И. Аршинов, А.Е. Аствацатуров, Н.Г. Багдасарьян, В.Г. Буданов, П.П. Гайденко, А.А. Горелова, Э. Гуссерль, Е.П. Гуськов, В.И. Данилов-Данильян, И.С. Добронравова, В.И. Жог, Р.С. Карпинская, Е.Н. Князева, А.Ф. Коломойцев, Г.А. Котельников, В.П. Кохановский, С.П. Курдюмов, В.И. Курбатов, И.К. Лисеев, Т.Г. Лешкевич, В.А. Матвеев, Т.П. Матяш, Д. Мейстер, А.М. Минасян, Л.А. Минасян, О.П. Огурцов, В.С. Поликарпов, И. Пригожин, Н.В. Поддубный, Ф. Рапп, Р.Е. Ровинский, М.А. Розов, Е.Я. Режабек, Г.И. Рузавин, И. Стенгерс, Т.Б. Фатхи, Г. Хакен, В.Н. Хамитов, Г.В. Чефранов, Э. Шредингер, Г.И. Шеменев, М.И. Штеренберг, и др.

Рассмотрение процессов формирования техносферы, ее взаимодействие с гуманитарным интеллектом, биосферой и всей природой осуществляется в контексте Глобального и Универсального эволюционизма, основанием которого являются труды таких ученых как: А.А. Воронин, И.П. Гетманов, А.В. Дахин, Д. Кристиан, В.В. Казютинский, Н.В. Клягин, В.Н. Князев, А.Н. Коблов, Ж.А. Кондорсэ, А.А. Крушанов, Х. Ленк, П.Н. Лукичев, Н.Н. Моисеев, А.П. Назаретян, В.В. Оленев, Л.И. Сидоренко, А.П. Федотов, М. Хайдеггер, С.Д. Хайтун, В.А. Щуров и др.

Положения и выводы многоаспектных исследований технических объектов, истоков и горизонтов технического прогресса, моральных аспектов техносферы содержатся в трудах: Э. Агацци, Н.Г. Багдасарьяна, А.А. Воронина, Г.Н. Волкова, И.А. Гричанниковой, Т.Н. Григорьевой, А.А. Гусейнова, А.В. Дахина, В.В. Казютинского, Б.Ф. Ломова, Х. Ленк, В.А. Матвеева, Х. Ортега-и-Гассета, М. Оссовской, А.И. Ракитова, Ф. Рапп, А.М. Руткевича., Б.А. Степанова, К.А. Шварцман, В.А. Щурова, Ф.Г. Юнгера, К. Ясперса и др.

Совокупные научно-философские достижения отечественных и зарубежных авторов составляют современную панораму концепций мироустройства, образа развивающейся Вселенной и составляют теоретическую основу настоящего исследования.

Однако глобальные экологические и гуманитарные проблемы, связанные с бесконтрольным развитием техносферы, обуславливают проведение масштабных исследований в области техносферогенеза, поиск путей более динамичных конвергентных и коэволюционных взаимодействий гуманитарной культуры человечества с технокультурой.


Методология исследования

Методологическим основанием диссертационного исследования выступают: метод теоретического моделирования, метод многоступенчатых процедур обоснования своей концепции, синергетические методы изучения систем, метод экспертных оценок, прогностический метод.

Теоретико-методологической базой являются принципы социокультурной обусловленности научного познания, активности субъекта познания, материального единства мира, всеобщей взаимосвязи, системности.
Цель и задачи диссертационного исследования

Целью диссертационной работы является исследование феномена коэволюции технической и гуманитарной культур человечества в контексте Универсальной истории.

Это предполагает решение следующих задач:

• рассмотреть методологические основания концепции Универсального коэволюционизма и возможности его применения к изучению человеческой техносферы;

• выявить механизмы коэволюции технической и гуманитарной культуры в исторической ретроспективе;

• исследовать взаимовлияния демографических процессов, технокультуры и природы с синергетических и системных позиций;

• рассмотреть проблему влияния техники на социальные системы;

• раскрыть гуманитарные аспекты развития техносферы в информационном обществе;

• показать возможность успешной коэволюции общества, техносферы и природы при управляющей роли человеческого разума.
Объектом исследования являются коэволюционные (т.е. сопряженные эволюционные) процессы в границах человеческого Универсума, охватывающие физические и социокультурные системы.

Предметом исследования выступают механизмы коэволюции технической и гуманитарной культур человечества, обеспечивающие сохранение общества.

Гипотеза исследования

В процессе цивилизационного развития, создание техносферы, порождающей угрозу существованию человечества, должно сопровождаться выработкой эффективных социокультурных регулятивов поведения, адекватных технологической мощи и обеспечивающих выживание человека в биосфере Земли, а в будущем – в масштабах космоса. В основе гармонизации темпов развития технической и гуманитарной культур человека лежат механизмы коэволюции, причем, их реализация в большей степени зависит от сознательной деятельности человека.


Научная новизна

Научная новизна работы выражается в следующих положениях:

• В процессе рассмотрения методологических оснований Универсального эволюционизма выявлено, что концепция коэволюции применима к исследованию генезиса и развития техносферы и социокультурных регуляторных паллиативов поведения человека;

• Исторически-ретроспективное исследование экологических и цивилизационных кризисов позволяет выявить взаимообусловленность технической и гуманитарной культур, что дает основание утверждать о существовании механизмов коэволюции техно-гуманитарных систем;

• Раскрыта гуманитарная специфика коэволюционных трансформаций, обусловленная социальными функциями техники в информационном обществе, заключающаяся в том, что механизмы коэволюционных изменений техно-социальных систем должны отличаться от механизмов естественного отбора принципом ограничения агрессивности и ненанесения вреда;

• Обоснована управляющая роль человеческого разума в работе механизмов коэволюции общества, техносферы и природы.


Положения, выносимые на защиту

1. Вся известная человечеству совокупность эволюционных процессов в мире – материальных и духовных, природных и социальных, технических и гуманитарных, психических и когнитивных имеет иерархированную системную целостность, исследование которой возможно в рамках концепции Универсальной истории, построенной на трансдисциплинарной основе и коэволюционном принципе.

Системное единство современного научного знания и фундаментальное единство человеческой истории позволяют утверждать коэволюционность происхождения и становления культуры ненасилия и компромисса в контексте техногенеза.

2. Наличие у человека определенного набора технических средств, в масштабе исторических эпох, определяет демографо-технологическую зависимость, согласно которой между степенью сложности технологии и численностью популяции, использующей его, существует общее количественное соответствие и взаимная детерминированность. В локальных и региональных масштабах данная зависимость не всегда прямо пропорциональная.

3. Существуют закономерные коэволюционные связи между плотностью населения, техническим совершенствованием, и культурным прогрессом. Человечество пережило несколько цивилизационных кризисов, выразившихся демографическими всплесками и спадами, и последующими технологическими революциями.

4. Технологическое совершенствование неизбежно приводит к социо-культурному и духовному прогрессу, проявляющемуся в виде культурных революций, сутью которых является расширение социальной и духовной сфер человека, выражающееся в альтруистическом поведении, создании новых общественных структур, верований, нравственного поведения, искусства и мировоззрения, задающих границы вмешательства человека в природу. Трансформации ценностно-целевой сферы человека и эволюция техносферы – взаимозависимые процессы.

5. Процессы коэволюции общества, техносферы и природы происходят не просто на основании объективно действующих природных закономерностей, но при управляющей роли человеческого разума. Эволюция коэволюционных механизмов заключается в создании человеком средств регулирования (а в далеком будущем – саморегулирования) взаимодействия природных, социально-технических и идеальных систем. Данное обстоятельство создает методологический фундамент для оптимистических сценариев и прогнозов техно-гуманитарного развития цивилизации.
Научно-практическая значимость исследования

Материалы диссертации могут быть использованы в исследованиях, посвященных трансдисциплинарному синтезу научных теорий, интеграции научно-технического и философского знания в техносферотворящей деятельности человека, при разработке региональных и глобальных программ социально-экономического развития. Научно-методологические положения и результаты диссертации также могут быть полезны в преподавании философии науки и техники, концепций современного естествознания, методологии научного познания.


Апробация

Основные положения диссертации докладывались на II Международной научно-практической конференции «Образование и наука без границ – 2005»; на конференции ЮРГТУ (НПИ): Лосевские чтения, статья «Коэволюция гуманитарной, естественнонаучной и технической культур в исторической ретроспективе: методологический аспект», 2006 г.; на VI Международной научной конференции «Наука и образование», проводимой Кемеровским государственным университетом, статья «Техно-гуманитарный баланс как коэволюционный принцип цивилизационного развития». – Белово, 2006 г.; на II Всероссийской научно-практической конференции «Социальные проблемы регионов. Пути их решения». Пенза, 2006.;

Диссертация обсуждалась на заседании отдела социально-гуманитар-ных наук Северо-Кавказского научного центра высшей школы.
Структура диссертации

Диссертация состоит из введения, трех глав, заключения и списка литературы из 335 наименований, в том числе 47 на иностранных языках.



ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ
Глава первая «Универсальная история как история эволюции Универсума» включает в себя три параграфа и посвящена рассмотрению Универсального эволюционизма – Универсальной истории, или Big History – Большой истории, и его применимости к прогнозированию коэволюционных процессов. В главе осмысливаются и развиваются постнеклассические подходы к исследованию причин и направленности Универсальной эволюции на основе междисциплинарного синтеза. Тем самым закладывается фундамент под дальнейшее развертывание идеи системного единства современного научного знания.

В первом параграфе – «Big History как Универсальный коэволюционизм» – рассматривается единый эволюционный процесс космического масштаба, охватывающий события от Большого взрыва до современной цивилизации и утверждается идея Универсальной коэволюции, основанная на эволюционных трансформациях систем во взаимосвязи с другими системами. Проблема обоснования этой идеи – одна из самых необычных и сложных проблем науки, она глубоко вплетена в социкультурный контекст, и «понятие «Универсальный эволюционизм» вполне возможно считать одной из универсалий культуры»1.

Следует признать, что многие положения концепции Универсального эволюционизма пока обоснованы недостаточно. Но так как в работе рассматриваются возможности и механизмы техно-гуманитарной коэволюции, происходит уточнение понятия «Универсальный эволюционизм», в котором центральное место занимает идея коэволюции. Ее суть в том, что взаимодействие всех систем универсума влияет не только на их функционирование, но и на развитие, пронизывает всю иерархию материальных систем, от субэлементарных частиц до человеческого общества. Особенно это касается систем, изобретенных и созданных человеческим разумом, в том числе технической и гуманитарной составляющих общечеловеческой культуры. В этом мы видим основной смысл Big History (Большой истории) – Универсального эволюционизма и поэтому определяем его как Универсальный коэволюционизм.

В природе коэволюционное становление и сохранение систем осуществляется как объективный процесс в рамках Универсального отбора, который из всех возможных трансформаций тех или иных компонентов оставляет лишь взаимно совместимые (универсальность системного принципа). Динамика эволюции систем определяется схемой перехода от хаоса к порядку и обратно, т.е. идет через разрушение и созидание. Однако, следует помнить, что диалектическое равноправие сохранения (созидания) и разрушения имеет смысл только в естественнонаучной парадигме, т.к. для человека, в ценностном аспекте, они неравноправны. Созидание – это самоценность, т.к. только оно само по себе удовлетворяет потребности человека. Разрушение – это антиценность само по себе, т.к. оно уничтожает все. А уничтожение может стать действительной ценностью для человека (с его культурой и гуманизмом) только в том случае, если оно не наносит вреда человеку, поскольку восполняется созиданием. Поэтому в основе человеческой деятельности должны лежать принципы гармоничного соотношения созидания и разрушения; в этом и заключается идея коэволюции социума и техносферы.

Человек на основе познанных законов, с помощью разума, мышления изобретает новые законы развития материи – законы интеллектики1, которые действуют только по его программам и под его управлением. Законы интеллектики – это законы общественных отношений, организации государств, формирования эпохи ноосферы, законы технологий производства бытовых предметов, машин, строительства сооружений, изменяющих геологию планеты. Такие объекты без участия мыслящего человека немыслящая материя по синергетическим законам самоорганизации и саморазвития создать не может. Это значит, что на человеке (а не на природе) теперь лежит ответственность за создание систем, воспроизводящих не только его сферу жизни, но и природу.

Поэтому научно-технический прогресс делает необходимым совершенствование социогуманитарных механизмов (этика, экономика, экология, политика, традиции, обычаи, всевозможные правила и нормы), противостоящие возможным агрессивным устремлениям обладателей технических и технологических преимуществ. Развитие техносферы непременно сопровождается выработкой специфических социокультурных (организационных) регуляторов поведения человека в природе и новых человеко- и природосберегающих взаимодействий социумов.

Второй параграф – «Детерминация и направленность Универсальной эволюции» – посвящен типам взаимообусловленных явлений в современных детерминистских концепциях и направленности Универсальной эволюции.

На основе способа типологизации выделяются два конструкта2. Первый тип – это причинная детерминация, выступающая решающей по отношению к непричинной. Причем подчеркивается, что причинно-следственная связь (каузальность или просто причинность) есть лишь малая часть объективно-реальной всемирной связи, лишь одно из определений универсальной связи. И второй тип – это отношения между взаимосвязанными явлениями, не имеющими непосредственного причинного характера, когда некая причина создает не само явление, а только необходимые условия для его проявления, в рамках некоей системы.

На той стадии развития вселенной, когда в ней появляется человек, появляется и необходимость техно-гуманитарного баланса, в достижении которого решающее значение имеют волевые акты человека, которые нельзя сводить к физическому детерминизму. Это приводит исследователей либо к индетерминизму, либо к трактовке воли, как причины самой себя (две самые популярные схемы самооправдания). Но существует и третья возможность – социокультурный детерминизм, который в отличие от физического, признает не только реальность явлений сознания, но и казуальное воздействие их на природу.

Для понимания причин и механизмов качественных переходов материи, в диссертации рассмотрены структурные формы материи в их взаимосвязи и развитии. Важное методологическое значение для исследования техно-гуманитарного баланса имеет работа Е.П. Гуськова1, в которой он выдвигает обоснованное предположение об утрате миллиарды лет назад матричной коммуникативностью своего доминирующего значения и выходе на первый план сенсорной коммуникативности.

В восходящих потоках самоорганизации материальных систем появляется жизнь, и с этого момента начинается новая фаза в процессах самоорганизации, когда они уже не укладываются в рамки физико-химических парадигм описания. «Наступает время перехода к биологическим формам самоорганизации, которые затем стали играть решающую роль в эволюционном процессе, по крайней мере, в земных условиях»2. А с появлением новой формы организации материи – разума человека, индивидуально-видовое развитие человека совмещается с развитием социальным, социо-техническим, в которых разум человека, как управляющая система, действует в глобальных масштабах функционирования материи.

По мере того как в человеке и его деятельности моделируется и воспроизводится на новом уровне самоорганизации материи собственная природа и творческий гений, эстафета развития живой природы и разума передается человеческой цивилизации. Человечество уже стало одним из геологических факторов развития биосферы Земли, а по мнению А.Д. Урсула3, человечество становится одним из важных факторов эволюции Вселенной.



В третьем параграфе – «Постнеклассические подходы к прогнозированию коэволюционных процессов» – с учетом концепций «русских космистов», гуманистов итальянского Возрождения, французских просветителей, авторов социалистических утопий, классиков марксизма, естествоиспытателей XIX – XX веков рассматриваются возможности применимости идеи Универсального эволюционизма к объяснению и прогнозированию коэволюционных процессов.

Отношение к идеологии русского космизма в целом сегодня не может быть однозначным. Достаточно отметить, что безграничная вера в науку, в незыблемость законов природы, приводила к явно негуманному отношению к формам жизни (у Циолковского, например, это вылилось в проект тотального истребления биологических видов, искусственного отбора среди людей и даже механической «разборки» Земного шара1). Для настоящего исследования важно, что они первые, в эпоху развитого естествознания, провозгласили способность разумного субъекта целенаправленно вмешиваться в естественный ход истории и, следовательно, потенциальную независимость будущего от циклизма природных событий. Эта весьма нетривиальная мысль не была оценена по достоинству ни в XIX, ни в первой половине XX века. Но она оказывается созвучной новейшим тенденциям научного мышления, зародившимся на рубеже XX-XXI столетий.

К середине 50-х гг. в науке и философии укоренился принцип вероятностного мира. Однако этот новый мир оказался очень странным. Трудно было понять, как мог возникнуть такой мир с точки зрения космологии и биологии. На этот вопрос со второй половины ХХ века начинает отвечать новая фундаментальная концепция современного естествознания – синергетика, которая дает обоснование нелинейного мышления, основанного на признании фундаментальной роли уникальности в мире природы и общества.

В парадигме постнеклассической науки решающую роль приобретает субъектная (антропоцентрическая) футурология, субъект познания погружен в объект познания, человек рассматривается как часть мира. Поэтому модели будущего выводятся из универсальных тенденций развития, в которых возрастающая роль целенаправленной активности человека выступает как фундаментальный, закономерный и созидательный фактор.

Как только мы принимаем во внимание эволюционно возрастающую роль субъектного фактора, все натуралистические сценарии будущего превращаются в материал для дальнейшего осмысления с учетом присутствия в мире интеллектуального субъекта. С появлением субъекта эволюции происходит явление эволюции эволюционных механизмов, которые переходят в коэволюционные. Данный тезис можно проиллюстрировать фактами повышения уровня функциональной организации среды – при изобретении новых технологических приемов и средств, вместимость экологической ниши для человека увеличивается на порядки. Но это происходит за счет оттеснения и уничтожения других форм жизни. Экспансия таких форм эволюции ставит под угрозу существование всего живого на Земле, и поэтому возникает необходимость их целенаправленного ограничения и создания для этого социокультурных механизмов. Поэтому в парадигме постнеклассической науки образ будущего связывается с возрастающей ролью субъекта как фактора, управляющего процессами коэволюции.

Философы-космисты связывали с выходом в космос решение проблем перенаселения, нехватки ресурсов и т.д. Тем самым привычный алгоритм экологической экспансии просто переносился на новую область пространства. Сегодняшняя наука не исключает возможность распространения ноосферы за пределы Земли, но с важной оговоркой: реально это осуществимо лишь по мере решения земных проблем земными средствами. Интеллект, технический потенциал которого превосходит потенциал сдерживания собственной агрессивности, лишен универсальной перспективы, поскольку он разрушит основы своего существования прежде, чем превратится в космически значимый фактор.


Глава вторая «Техносфера и новые механизмы коэволюционных процессов Универсума» включает в себя три параграфа. Она посвящена рассмотрению механизмов демографо-технологических зависимостей, коэволюции природы и техносферы, а также закономерностям техно-гуманитарной коэволюции в исторической ретроспективе.

В первом параграфе – «Генезис и механизмы демографо-техно-логической и технолого-гуманитарной зависимостей» – рассматриваются узловые моменты антропогенеза с целью поисков глубинных истоков техно-гуманитарного баланса и закономерностей становления внутреннего мира человека.

Уровень жизни человеческой популяции зависит от технического совершенства необходимого набора жизненно важных инструментов. Данное обстоятельство обуславливает демографо-технологическую зависимость, согласно которой между степенью сложности технологии и численностью популяции существует общее количественное соответствие. Когда численность населения у древних предков человека росла, это побуждало их сбрасывать излишки населения путем миграций, но если плотность населения все же возрастала, происходило усложнение технологии.

Технологическое совершенствование взаимоотношений человека с природой неизбежно сказывается на изменениях гуманитарного интеллекта – вырабатываются необходимые нормы поведения, регулирующие взаимоотношения человека, как в социальной, так и в природной среде. Поступательный прогресс технологии в человеческой истории наращивал производительность труда. Рост богатства социального общения, как и совершенствование техники и технологий нуждался в решении разнообразных организационных проблем. Это объясняет количественное и качественное развитие языка: во-первых, обогащался его словарный состав, а во-вторых, усложнялись словесные комбинации.

Человечество пережило несколько демографических всплесков, технологических и культурных революций. Верхнепалеолитический демографический взрыв 50 тыс. л.н. привел к ориньякской технологической революции на Европейском континенте. Культурная революция (около 33 тыс. л.н.) выразилась беспрецедентным в истории человечества массовым созданием украшенных пещерных святилищ, прямо свидетельствующих о взлете интеллекта, в частности, о богатстве арифметических и календарных представлений, отраженных в обширной знаковой системе пещер, религии и искусства и косвенно – о высоком уровне сотрудничества, а следовательно, и нравственности.

Мезолитический демографический взрыв 16 тыс. л.н. спровоцировал неолитическую технологическую революцию 11,7 тыс. календарных лет назад и культурную революцию около 5,5 тыс. календарных лет назад, вылившуюся в зарождение начал науки, кодифицированного права и светского искусства ранней цивилизации1.

Наконец, первый этап современного демографического взрыва в Западной Европе XI – середины XVI века повлек за собой промышленную и культурную революцию XIV века (Ренессанс).

Современный демографический рост сопровождается формированием информационного общества на основе невиданной ранее системотехники, информационных технологий и на фоне обостряющихся глобальных экологических и гуманитарных проблем. Если исходить из отмеченных выше закономерностей, человечество вступает в пору очередной культурной революции.

Во втором параграфе – «Коэволюция природы и техносферы» – на основе системного подхода исследуется возможность гармонизации взаимодействия техносферы и природы.

Коэволюционные подходы к рассмотрению сложнейших проблем бытия, одной из которых является объяснение механизмов и принципов взаимодействия всевозможных систем природы, продуктивно применяются различными исследователями. К данной проблематике обращались В.И. Вернадский, Н.Н. Моисеев, А.Е. Аствацатуров, А.П. Назаретян, С.Н. Родин, И.П. Гетманов и др., рассматривая одну из сложных проблем бытия – возможность синтеза основополагающих элементов взаимодействия Техносферы и Природы, при условии взаимной их гармонизации.

В контексте Универсальной истории к наиболее важным ступеням эволюции природы можно отнести: физический мир как фундамент всех структурных уровней развития материи, мир живого, включающий человека как биологическое существо, человеческое общество, артефакты, создаваемые человеком – то, что называют второй природой – конструкции и технологии техносферы и, наконец, духовная жизнь общества как отражение общественного бытия. Гармоническая взаимосвязь всех ступеней образует космогармоническую систему «человек – техника – среда», или «общество – техносфера – среда обитания» в пределах человеческого универсума.

Системный анализ и моделирование глобальных геофизических процессов (особенно связанных с влиянием техносферы) предполагает развертывание исследований не только на базе фундаментальных наук, базирующихся на естественно-научных закономерностях, но также и на законах интеллектики. Процессы коэволюции природы и техносферы невозможны без активного и целенаправленного управления человеческим сознанием.

В современных условиях развития техносферы инженерная деятельность сливается с природоохранной в единую системную деятельность. Незавершенность на уровне фундаментального знания в системе «человек – техника – биосфера» накладывает свой отпечаток на нерешенность практических проблем защиты от экологических катастроф. Коэволюционно-универсальная идея развития становится методологическим и философским принципом в системологических, синергетических исследованиях техносферогенеза и может внести позитивные сдвиги в решение глобальных проблем экологической стабильности.

Постиндустриальное общество имеет особые качества – информация, знание, наука становятся производительной силой общества. Потенциал роста и развития этого общества во многом определяется растущим объемом информации и знаний, которыми оно располагает1. Стремительно развивающаяся техносфера выходит на свет из чисто технических и технологических проектно-конструкторских пристанищ на широкий простор информационных технологий, виды которых трудно прогнозировать.

Таким образом, коэволюционная концепция техно-гуманитарного баланса выступает в качестве основы философии экологической безопасности и философии безопасности жизнедеятельности цивилизации. При этом функцию управляющего звена должно брать на себя человечество, ибо, в противном случае, выжить человеку, достигшему столь заметного влияния на биосферные процессы, будет невозможно.

Третий параграф – «Коэволюция гуманитарной, естественнонаучной и технической культур в исторической ретроспективе» – посвящен проблеме адаптации человечества к своему техническому могуществу в контексте концепции sustainable development. Исследуются прецеденты и механизмы обострения антропогенных кризисов на основе принципа техно-гуманитарного баланса, который формулируется следующим образом: чем выше мощь производственных и боевых технологий, тем более совершенные культурные регуляторы необходимы для сохранения общества2.

Растущее научно-инструментальное, энергетическое могущество ставит перед человечеством задачу гармонизации своих отношений с природой – единственным способом сохранения себя в биосфере Земли. Данная проблематика активно разрабатывается в последнее время (Аствацатуров А.Е., Белл Д., Гетманов И.П., Жданов Ю.А., Моисеев Н.Н., Минасян Л.А., Режабек Е.Я., Хайтун С.Д., Чупахин В.М., Яковлев В.П., и др.)3. Отмечаются несопоставимо разные скорости развития технических возможностей человека и его миропредставления, или, иначе говоря, духовная составляющая бытия человека эволюционирует медленнее физической составляющей. Причиной этого является наблюдаемая дивергенция естественнонаучной и социогуманитарной культур человечества, зафиксированная в знаменитой программной лекции Ч. Сноу в 1959 году. Цивилизационные проблемы активизируют осмысление данного факта, и в последней четверти ХХ века усилилась тенденция конвергенции культур, могучим стимулятором которой становится научно-технический прогресс. Ныне рациональная естественнонаучная методология проникает в социальную и гуманитарную сферы, оказывает заметное воздействие на философию.

В настоящее время формируется новая наука – глобалистика, «которая изучает наиболее общие закономерности развития человечества и модели управляемого, научно и духовно организованного мира в единстве и взаимодействии основных сфер человеческой деятельности – экологической, социальной и экономической – в реальных условиях Земли с ее конечными физическими размерами и ограниченными природными ресурсами, в наступившую эпоху антропогенно перегруженной Земли»1.

Коэволюционный механизм техно-гуманитарного баланса позволяет преодолеть технологический пессимизм, так как в процессе разрешения антропогенных кризисов решающее значение приобретает гуманитарная область человеческой культуры: «Каждый раз это обеспечивалось комплексом необратимых социальных и психологических изменений, которые и выстраивались в последовательные эволюционные векторы»2. Таким образом, утверждается идея последовательной эволюции сознания, восстановления нарушенного культурного баланса, адаптации человечеством своего сознания к растущим технологическим возможностям.

Технологическая и гуманитарная составляющие человеческой культуры находятся в коэволюционной взаимосвязи и взаимно детерминируют друг друга, что позволяет причинно объяснить факты внезапного надлома и распада, некогда процветающих обществ, а также факты прорыва человечества в новые культурно-исторические эпохи. Современные исходы экологических кризисов могут иметь различные финалы: послужить причиной гибели общества или оказаться стимулом для восхождения общества на новую ступень. Сознательный выбор и реализация нужного человечеству варианта должна обеспечиваться коэволюционными механизмами.


Глава третья «Социо-культурные проблемы техно-гуманитарной коэволюции» состоит из пяти параграфов, в ней исследуются генезис, особенности и функции инженерно-технической деятельности, делается акцент на социальных функциях техники в условиях формирования информационного общества.

Первый параграф – «Генезис и системный характер инженерно-технической деятельности» – посвящен рассмотрению проблемы становления технической области человеческой деятельности, а также выявлению законов и закономерностей развития инженерной деятельности, ее социокультурной детерминации, онтологических регулятивов и гносеологических императивов.

Отмечается необходимость адаптации конкретных инженерных дисциплин к целям оптимизации коэволюционных взаимосвязей природы и общества, прогнозирования, планирования и управления научно-техническим прогрессом в направлении создания природосберегающих технических средств и экологически чистых технологий. Данная проблема порождается тем обстоятельством, что инженерная деятельность рассматривается в отрыве от технической, а последняя, по отношению к первой, ограничивается исполнительной функцией. На самом деле инженерная деятельность выходит за пределы взаимодействия только с техникой и предполагает регулярное применение научных знаний. Инженерная деятельность в равной мере ориентирована как на запросы производственно-технической практики сегодняшнего дня, так и на потребности ближайшей и отдаленной перспективы. Проектировщики и конструкторы должны предвидеть возможные будущие производственно-технические изменения, в том числе и те, которые соответствовали бы перспективным требованиям гармонизации общественной жизни. Инженерная деятельность в этом случае определяется по преимуществу не производственными регулятивами и социальным заказом сегодняшнего дня, а потребностями, связанными с прогнозированием будущих техноструктур и технологий, в контексте решения экологических и цивилизационных проблем.



Во втором параграфе – «Социальные функции техники» – раскрывается содержательная сторона технического объекта через совокупность предметных и человеческих факторов, каждый из которых характеризуется логически развернутым рядом параметров.

Система технического объекта представлена как функция, которая находит отражение в определенной структуре (внутренняя форма) в соответствии с совокупностью всех содержательных факторов и воплощается формально. Каждый технический объект является элементом искусственной материальной среды, которая и реализует систему социальных функций техники.

Качественные изменения техники в целом связаны с такими этапами ее прогрессивного развития, когда техника приобретает способность выполнять такие функции, которые до этих изменений выполнялись человеком. Современная техника вслед за функциями непосредственного воздействия на объект деятельности и энергетической становится способной выполнять управленческие функции. Реализация функций управления связана с обработкой информации. Для того чтобы выполнять управленческие функции (даже самые простые), в современном производстве необходимо быстро обрабатывать огромные массивы информации, а это стало возможно только при создании информационных систем на базе аппаратно-программных средств ЭВМ и систем телекоммуникаций.

Развитие функций управления от управления машинами и технологическими процессами до управления производством в целом приводит к тому, что, во-первых, материальное преобразование происходит без непосредственного участия человека. Во-вторых, это означает, что все люди могут обладать технологической свободой и не выступать в качестве средства («винтика») в системе материального производства.

Таким образом, функционально-морфологические изменения системы технических объектов можно свести к следующим основным взаимообусловленным закономерностям:

• усиливается тенденция возрастания опосредствования в отношении «человек – природа»;

• усложняются и развиваются системы вариативных социальных функций техники;

• качественно усложняется морфологическая структура системы техники, что выражается в формировании многоуровневых технических объектов.

В целом для процесса технизации свойственно следующее. Общество, характеризуемое определенными культурными воззрениями, правовыми институтами, социальными структурами и политическими силами, в рамках экономических процессов, на основе данных технологических знаний и умений, с учетом определенных ценностных и целевых представлений при использовании материальных ресурсов создает и применяет технические системы. Этот процесс, в свою очередь, влияет на вышеназванные области и тем самым на дальнейший ход технизации. Любая хозяйственная деятельность имеет целью оптимальное использование наличных или добываемых ресурсов, техника же в этом процессе предназначена для мобилизации и умножения имеющихся ресурсов и открытия новых. Эта взаимосвязь принципиальна и потому действенна независимо от идеологических, политических и хозяйственных структур, господствующих в обществе.

Общие тенденции развития техники, имеют четко просматриваемый вектор – практически во всех процессах совершенствования техники, изменения ее социальных функций заметно одно явление – внедрение средств информационных технологий. Современные информационные технологии изменяют характер работы человека, его социальные связи, организационные формы осуществления социальных взаимодействий и сами социальные отношения: «Появление киберпространства как особой среды обитания человека привело к изменению уже сложившихся в социуме архетипов, ритмов функционирования, эстетических образов, моделей экономической деятельности и форм социальных взаимодействий»1.



В третьем параграфе – «Биотехнические системы в комплексе социальных отношений» – рассматриваются процессы, связанные с изменением субъекта и объекта биологического познания в процессе биотехнических исследований.

Объект биотехнических исследований задается исследователем путем проектирования и конструирования – процедур, традиционно используемых в технических науках и инженерной деятельности. В настоящее время в биологии существует реальная возможность конструировать новые живые системы, направленно изменяя наследственный аппарат вирусов, микроорганизмов. Меняется характер и направленность познавательной деятельности субъекта биологического познания. Проектная и конструкторская деятельность формирует в научно-биологическом исследовании фигуру биоконструктора, биоинженера.

С каждым годом все больше актуализируются исследования биотехнических систем в комплексе социальных отношений. Генная инженерия и другие биотехнологии имеют большое значение в решении медицинских, продовольственных, экологических проблем. Однако, как и в случае с информационной техникой, возникает множество вопросов этического характера. Прежде всего, это касается идей, основанных на интеграции генной инженерии и системотехники по разработке интеллектуальных биотехнических систем.

Возникновение новых наук – геномики, биоинформатики – характеризует также новый этап в познании человека как биологического вида. При переходе общества на уровень биотехнологических производств возникают не только технологические, но и гуманитарные проблемы. Генная инженерия, наряду с другими факторами, например, достижениями медицины в области трансплантации органов, а также влияние деятельности человека на состав биосферы, стала причиной появления биоэтики, возникшей в связи с возможностью вмешательства человека в геномы всех живых существ, включая себя самого. Впервые творение человеческих рук оказывается не только средством удовлетворения потребностей, а фактором, от которого зависит существование биосферы и самого творца.

Таким образом, вопросы сосуществования современных технических систем и самого человека, влияния биотехнических систем на динамику социальных отношений, коэволюционного взаимодействия технической и гуманитарной культур становятся важнейшими для ученых и философов начала XXI века.

Четвертый параграф – «Самоорганизация в информационном обществе» – посвящен раскрытию возможностей приложения концепции Универсального эволюционизма для исследования процессов развития информационных и социальных систем, а также применения информационных технологий в области социального управления. Теория самоорганизации дает естественнонаучное обоснование информационному обществу, а концепция коэволюции обосновывает развитие человечества в контексте Универсальной истории.

Информационная техника, информационные сети предоставляют возможность их пользователям ощущать в виртуальном пространстве свою жизненную свободу, и действовать, исходя из понимаемой ими целесообразности. Либерализм, считая свободу индивида абсолютным средством достижения общественных целей, приобретает новые грани реализации принципа первичности свободы благодаря появлению виртуального пространства. Информационные технологии создают особые условия формирования в человеке социальных качеств и позволяют по-новому эти качества реализовать.

Вместе с тем информационные реалии, обладающие своей спецификой, изучены слабо. Это, прежде всего, касается вопросов связанных с личностными, психологическими аспектами групповой динамики, процессов самоорганизации людей и коллективов, реализуемых в среде сетевых информационных технологий и систем поддержки групповых решений. В рассмотрении перечисленных вопросов больше отдаются преференции техническому фактору, нежели субъективному.

В информационном обществе появляются принципиально новые возможности свободы самоорганизации. Люди получают возможность по необходимости или по своему внутреннему порыву объединяться в формальные и неформальные группы. Самоорганизация – это объединение граждан в группы с целью удовлетворения индивидуальных намерений, интересов и желаний. Возросшие возможности социальной самоорганизации в информационном обществе ускоряют коэволюционный процесс социокультурной динамики, можно даже говорить о новом эволюционном витке. Это проявляется в процессах глобализации многих сфер современной цивилизации (экономика, культура, наука, техника, образование, межконфессиональные взаимодействия и многое другое). Процессы социальной самоорганизации порождают и новые формы социо-культурных проблем, таких как терроризм, манипуляция сознанием, моральное растление, мошенничество и т.д.



В пятом параграфе – «Гуманитарные аспекты техносферогенеза» – раскрывается моральная проблематика техники, ее преломление сквозь призму собственно человеческих отношений, как выражение этики общества.

Часто встречаются высказывания типа: «Техника стала для многих виновницей всех цивилизационных бед, она несет ответственность за все, что нам так не нравится в жизни… но в то же время она совершенно безразлична к тому, зачем ее используют»1. Такие «моральные» суждения о технике почти не зависят от ее понимания – и онтологические, и антропологические, и социологические подходы к технике в равной мере могут признавать технику как морально индифферентной, так и морально приемлемой. Это свидетельствует о неспособности адекватно оценить технику, как социокультурное явление. Из этого вытекает примитивно-мифологическое к ней отношение – как к судьбе (субъективистское) или как к истории (объективистское). Такая моральная безответственность проявляется в двух установках – оптимистической и пессимистической.

Оптимизм привычно связывается с технократическим мышлением, видящем в технике силу – главное, по мнению технократов, средство решения проблем. Мы считаем, что такая связь не всегда имеется, в самых перспективных версиях технический оптимизм обосновывается с противоположных технократизму позиций: некоторые оптимисты видят в технике средство обуздания неконтролируемой силы – все дело в том, кто будет ее применять.

Пессимистические взгляды гораздо слабее представлены в массовом сознании, но основательнее разработаны в философской литературе. Самую радикальную позицию обозначил Ф. Юнгер, считающий технику безнравственной. Технику позиционируют как фактор насилия человека над природой, человека над человеком2.

Итальянский философ Эвандро Агацци предлагает концепцию, обосновывающую моральное измерение науки и техники: «В рамках чисто социологической концепции науки всякий разговор об этике и ответственности излишен. Если наука есть всего лишь социальный продукт, то она просто выражает этику общества, и нет смысла ни судить о ней с точки зрения морали, ни регулировать ее...»3. Действительно, любая техническая система без участия сознательных, моральных и ответственных людей возникнуть не может. Моральное измерение не может быть «внутри» техники, оно возникает там, где есть субъект-субъектные взаимодействия по поводу техники. Поэтому, в моральных суждениях о науке и технике следует принимать во внимание цели, средства, условия, обстоятельства и последствия, а также использовать различные аргументы.

X. Ленк предлагает новый моральный императив технической цивилизации – сегодня моральная ответственность должна быть не ответственностью виновного, а ответственностью опекуна, так как человек стал соучастником эволюции живого. Другими словами, если мы за техникой, в самой технике и в ее применении видим антропологическое, гуманистическое содержание, то вся проблематика специфической технической этики ставит вопрос о том, как должны относиться друг к другу люди, уже взвалившие на свои плечи глобальную ответственность за весь доступный им универсум. Как пишет X. Ленк: «Этика не только должна стать ориентированной на все человечество, более открытой в будущее, более социальной, более основанной на сотрудничестве и более прагматичной, но она должна также направляться на коллективно действующего человека с точки зрения более широкого понятия «опекунской» и предотвращающей ответственности»1. Иначе говоря, речь идет о новой общечеловеческой морали, главной ценностью которой являются интересы всех людей, их жизни и благополучия. Все, что противоречит этим интересам, – аморально. Из этих метаценностей должна исходить современная этика.



В Заключении обобщены результаты исследования, изложены его основные выводы, намечаются пути дальнейшего изучения проблемы.
Публикации.
1. Гетманов И.П., Кимстач В.Н., Рядинских Л.В. Универсальная история: коэволюционные аспекты / В.Н. Кимстач // Научная мысль Кавказа. – 2006. – № 2. – С. 3 – 14. – 1,4 п.л. (авторский вклад 0,5 п.л.)

2. Гетманов И.П., Кимстач В.Н. Коэволюция технической и гуманитарной культур в исторической ретроспективе / В.Н. Кимстач // Научная мысль Кавказа. – 2006. – Спецвыпуск № 2. – С. 6 – 13. – 0,93 п.л. (авторский вклад 0,45 п.л.)

3. Гетманов И.П., Кимстач В.Н. Коэволюция технической и гуманитарной культур в контексте Big history» (монография) / В.Н. Кимстач / – Ростов н/Д: Изд-во ИПО РГПУ, 2006. – 144 с. – 9 п.л. (авторский вклад 5,5 п.л.)

4. Гетманов И.П., Кимстач В.Н. Детерминация, векторы и фазы универсальной эволюции / В.Н. Кимстач // 2-я Международная научно-практическая конференция «Образование и наука без границ – 2005». Т.28. – Przemysl – Praha: Sp. Z. o. o. «Nauka i studia. – С. 100 – 108. – 0,5 п.л. (авторский вклад 0,25 п.л.)

5. Кимстач В.Н. Техно-гуманитарный баланс как коэволюционный принцип цивилизационного развития / В.Н. Кимстач // VI Международная научная конференция «Наука и образование». – Белово, 2006. – С.112 – 116. – 0,25 п.л.

6. Кимстач В.Н. Коэволюция гуманитарной, естественнонаучной и технической культур в исторической ретроспективе: методологический аспект / В.Н. Кимстач // Лосевские чтения: Материалы научно-практической конференции. – Новочеркасск, 2006. – С. 33 – 38. – 0,3 п.л.

7. Кимстач В.Н., Гетманов И.П. Общество и природа: коэволюционные взаимодействия / В.Н. Кимстач // II Всероссийская научно-практическая конференция «Социальные проблемы регионов. Пути их решения». – Пенза, 2006. – С. 57 – 59. –0,15 п.л. (авторский вклад 0,1 п.л.)

Подписано в печать 25.09.2006 г.

Фомат 60х84 1/16. Бумага газетная. Печать офсетная.

Объем 1,0 п.л. Тираж 120. Заказ №


Ротапринт. 344082. г. Ростов-на-Дону, ул. Б. Садовая, 33



1 Взрыв четвертого энергоблока Чернобыльской АЭС, в результате которого в атмосферу Земли было выброшено сотни тонн радиоактивной пыли, представляет собой самую масштабную техногенную катастрофу за всю историю человечества. Трагичность ситуации усугубляется тем, что современная цивилизация не умеет устранять последствия подобных глобальных катастроф.

1 Казютинский В.В. Универсальный эволюционизм: эпистемологические аспекты. // Философия и будущее цивилизации.Тезисы докладов и выступлений IV Российского философского конгресса. Том 1. – М., 24 – 28 мая 2005. – С. 454.

1 Адамов А.К. Философские аспекты развития гипотезы В.И. Вернадского о ноосфере // Рационализм и культура на пороге третьего тысячелетия: Материалы Третьего Российского Философского конгресса (16 – 20 сентября 2002 г.) в 3 т. – Ростов н/Д, 2002. – Т. 2. – С. 60.

2 Кохановский В.П. Диалектико-материалистический метод. – Ростов н/Д, 1992. – С. 163.

1 Гуськов Е.П. Коммуникативность как фактор органической эволюции // Научная мысль Кавказа. – 2005. – № 1. – С. 3 – 17.

2 Котельников Г.А. Теоретическая и прикладная синергетика. – Белгород: БелГТАСМ; Крестьянское дело, 2000. – С. 31.

3 Урсул А.Д. Путь в ноосферу: Концепция выживания и устойчивого развития человечества. – М.: Луч, 1993. – 275 с.

1 Мапельман В.М. Этические тупики русского космизма // Общественные науки и современность. – 1996. – № 1; Казютинский В.В. Как возможна космическая этика? В кн.: Труды XXIX чтений, посвященных разработке научного наследия и развитию идей К.Э.Циолковского. – М.: ИИЕТ РАН, 1996.

1 Даты приводятся по: Клягин Н.В. Истоки внутреннего мира человека // Высшее образование сегодня. – 2006. – № 1. – С. 6 – 15.

1 Иноземцев В.Л. Современное постиндустриальное общество: природа, противоречия, перспективы. – М., 2000.

2 Гетманов И.П. Принципы коэволюции: Дис. …докт. Филос. наук. – Ростов н/Д, 2005. – 303 с.

3 Гетманов И.П. Коэволюционная динамика ноосферогенеза. – Ростов н/Д: АПСН СКНЦ ВШ, 2004.; Жданов Ю.А. Человек и биосфера / Ю.А. Жданов, В.П. Яковлев, В.М. Чупахан и др. – Ростов-н/Д: Изд-во Рост. ун-та, 1973.; Моисеев Н.Н. Универсальный эволюционизм и самоорганизация. (О единстве законов развития природы) // Экология и жизнь. – 2003. – № 2.; Хайтун С.Д. Человечество на фоне универсальной эволюции: сценарии энергетического будущего // Вопросы философии. – 2005. – № 11.

1 Оленьев В.В., Федотов А.П. Глобалистика на пороге ХХI века // Вопросы философии. – 2003. № 4. – С. 19.

2 Назаретян А.П. Цивилизационные кризисы в контексте Универсальной истории: Синергетика, психология и футурология. – М.: ПЕР СЭ, 2001. – С. 111.

1 Бондаренко С.В. Социальная структура виртуальных сетевых сообществ. – Ростов н/Д: Изд-во Рост. Ун-та, 2004. – С. 13.

1 Воронин А.А. Техника и мораль // Вопросы философии. – № 10, 2004. – С. 93.

2 Аствацатуров А.Е. Философия научного оптимизма в решении планетарных экологических проблем. – Ростов н/Д: Издательский центр ДГТУ, 2003. – С. 27.

3 Агацци Э. Моральное измерение науки и техники. – М , 1998. – С. 24.

1 Философия техники в ФРГ. – М., 1989. – С. 386.




База данных защищена авторским правом ©ekollog.ru 2017
обратиться к администрации

войти | регистрация
    Главная страница


загрузить материал