Монография : 2009 Аннотация



страница2/13
Дата30.04.2016
Размер2.08 Mb.
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   13

Новый подход

Мы недаром упомянули во введении об основных философских категориях. Фундаментальными свойствами и способами существования бытия до сих пор считались всеобщая взаимосвязь и движение (при этом развитие трактуется как частный случай движения). Но, вероятно, мало кто задумывался, что в своей комплексности они характеризуют бытие как взаимосвязанное движение/развитие различных систем объективной реальности. Отсюда неправомерно рассматривать движение и всеобщую связь в качестве ОТДЕЛЬНЫХ феноменов; они всегда как проявления и фундаментальные свойства бытия (основные способы существования материи) выступают совместно, когерентно, в целостности, как Единое. «…Движение и развитие логически следует из факта взаимосвязи, взаимодействия явлений материальной действительности, так что движение может быть определено как результат взаимодействия и одновременно та его часть, которая представляет собой изменение» (Жуков Н. И. Проблема сознания: Философские и специально научные аспекты. – Минск: издательство «Университетское», 1987, С. 35). Эта целостность подразумевает, что движение/развитие и взаимосвязь есть не что иное, как коэволюция – взаимосвязанное качественное изменение как в масштабе Вселенной (Мегасистемы), так и на уровне любой системы мега , макро– и микромира (а также субфизической реальности, добавим мы). Таким образом, можно постулировать, что коэволюция как совместное развитие систем есть фундаментальное свойство бытия, универсальный модус мироздания, основной способ существования материи. И далее, мы вправе возвести понятие «коэволюция» в ранг философской и общенаучной категории наряду с вышеперечисленными основными категориями. И более того, по видимому, правомочно считать коэволюцию центральной и самой первой категорией – вслед за бытием.

При этом движение и всеобщая связь выступают уже частными случаями коэволюции. «Понятие движения непосредственно связано с понятием существования, в то время как развития – с более фундаментальным и богатым понятием материи как сущности мира. <…> Атрибутом материи выступает развитие, включающее в себя движение» (Орлов В. В. История человеческого интеллекта. Ч. 3. Современный интеллект. – Пермь: Издательство Пермского университета, 1999, С. 50). Действительно, любые формы движения – механическая, физическая, химическая, не говоря уже о биологической и социальной, являются частными случаями и отдельными моментами всеобщего и универсального РАЗВИТИЯ, эволюции материи. Фундаментальной закономерностью бытия является эволюционизм, подразумевающий «признание существования Природы и всех структур мироздания только в рамках глобального эволюционного процесса, начатого в момент рождения Вселенной» (Цит. по: Гранатов Г. Г. Концепции современного естествознания (система основных понятий): учебно методич. пособие. – М.: Флинта; МПСИ, 2005, С. 14). А так как развитие, эволюция (имеющая как прогрессивный, так и регрессивный характер) всегда совместна и когерентна, то она есть коэволюция.

Таким образом, два традиционных и общепринятых атрибута бытия в мире – движение и всеобщая связь – есть лишь отдельные стороны приоритетного и фундаментального атрибута – коэволюции. Движение само по себе выражает активность систем и слагающих их элементов, но оно необходимо имеет определенный вектор – потенциально содержит в себе развитие/эволюцию как необратимое и направленное изменение (то есть не только и не просто количественное, а именно КАЧЕСТВЕННОЕ изменение, преобразование), и актуально входит в состав общего развития/эволюции Вселенной. Так и всеобщая связь различных и многообразных предметов, явлений, процессов, сторон, свойств и отношений проявляется всегда в динамике (потенциально можно представить ее в статике, в покое – но это лишь чистая возможность, виртуальность БЫТИЯ МИРА, но не БЫТИЯ В МИРЕ, то есть наличного бытия, осуществления материальной реальности). Поэтому взаимосвязь проявляется всегда в движении, активности и глубже – в развитии/эволюции. Отсюда взаимосвязанное движение посредством всеобщего развития выражает основной и универсальный способ актуализации бытия – совместную эволюцию, или КОЭВОЛЮЦИЮ.

Коэволюция богаче, глубже и приоритетнее любых других основных философских категорий, характеризующих способ и формы осуществления бытия в мире. «В новой – синергетической – картине мира акцент падает на становление, коэволюцию, когерентность, кооперативность элементов мира» (Кунафин М. С. Концепции современного естествознания: Учебное пособие. – 2 е изд., расш. и доп. – Уфа: РИО БашГУ, 2004. 77 с.).

Отсюда можно вывести определение такой фундаментальной и исходной философской категории, как бытие. Бытие (наличное бытие, бытие в мире, реальность) есть коэволюционное и диалектически противоречивое существование бесконечного множества различных и многообразных систем – объектов, предметов, процессов, явлений, состояний, находящихся в постоянном движении/развитии и проявляющих себя как единая Мегасистема.



Основы теории коэволюции

Концепция коэволюции рассматривает коэволюцию – совместное бытие (существование, взаимодействие и развитие) двух и более систем – в качестве универсального феномена, атрибутивно свойственного материи на любых стадиях ее развития: доорганической, предбиологической диссипативной, органической биологической и биосоциальной разумной. Важно выделить как взаимосвязь (когерентность) систем, так и согласованность (корреляцию) многих процессов, происходящих на всех структурных уровнях Вселенной. В этом плане коэволюция есть не только фундаментальное свойство материи, присущее ее развитию, но и всеобщий принцип и атрибут сущности бытия мира. При этом коэволюция рассматривается нами как диалектически противоречивые состояние и процесс, носящие двойственный – антагонистический или неантагонистический – характер.

Когда мы говорим о диалектическом характере коэволюционных процессов, то подразумеваем применимость к характеристике феномена коэволюции трех основных диалектических законов развития – закона диалектического синтеза (отрицания отрицания), закона перехода количества в качество и, в особенности, закона диалектической противоречивости (единства и борьбы противоположностей). Последний закон диалектики предполагает, что любое развитие (в том числе и коэволюция) возможно лишь как взаимодействие противоположных тенденций, то есть имеет место ОБЯЗАТЕЛЬНОСТЬ наличия противоречий между развивающимися объектами, сторонами, явлениями… Ибо противоречие не есть состояние, а есть всегда процесс, ведущий либо к гармонии, либо к дисгармонии (последняя предполагает свою крайнюю форму – конфликт). Так и коэволюция, как мы уже упоминали, предполагает либо неантагонистический, либо антагонистический характер сосуществования в соразвитии систем, но это всегда есть их ВЗАИМОДЕЙСТВИЕ. Системы в своем антагонистическом взаимодействии могут прийти к взаимному уничтожению, либо этот процесс приведет к элиминации какой либо одной участницы коэволюционного процесса. Но и в этом случае мы с полным правом постулируем их коэволюцию – только с обратным (отрицательным) знаком.

Закон диалектической противоречивости, на самом деле, своим происхождением обязан сформулированному еще в древних культурах принципу дуализма Вселенной. Согласно этому принципу, две противоположные тенденции преобладают в реальности бытия, две онтологические силы противоборствуют во Вселенной – сохранение (устойчивость, порядок, негэнтропия) и разрушение (нестабильность, хаос, энтропия). Метафорами этих сил искони являются понятия «Бог» (позитивное начало) и «дьявол» (негативное начало).

Это двойственное (дуалистическое) противостояние как раз и предполагает процесс, активность, движение, развитие, эволюцию – в конечном счете, коэволюцию, ибо противоположности полагают и предполагают друг друга.

Впрочем, материалистическая диалектика, как мы полагаем, ныне нуждается в более широком, синтетическом толковании. Проблеме противоречий, противоречивости, на наш взгляд, не совсем правомерно придается главенствующее, решающее значение. Противоречивость систем весьма относительна в реальном мире, поэтому более плодотворным выглядит дополнительностный подход.

Датский физик и науковед Нильс Хенрик Давид Бор полагал, что противоположности являются не противоречиями, как это принято в классическом определении диалектического материализма, а дополнениями. Таким образом, противоположности дополняют друг друга (принцип дополнительности), то есть коэволюционируют, развиваясь согласованно. Даже такие антагонисты в живой природе, как хищник и жертва дополняют друг друга: жертва служит пищей хищнику, а тот в свою очередь «выбраковывает» состав популяции жертвы, пожирая прежде всего слабых и больных. Антагонисты не могут обойтись друг без друга. В обществе, например, эксплуататоры эксплуатируют трудящиеся массы, но они же и дают последним пищу, кров (в случае рабов), трудовые места и оплату труда (в случае наемных работников).

В реальном мире системы (объекты, явления, процессы) либо дополняют друг друга – коэволюционируют согласованно, либо противоречат друг другу – коэволюционируют антагонистически. Реальный мир, скорее, многокомпонентен, чем дуален, в нем одновременно взаимодействует множество разнообразных систем, а не только те или иные две стороны – противоположности. Объекты противополагают друг друга не в качестве дуальных категорий, а как элементы (части) мультикомпонентных систем (целого). При этом происходит взаимопроникновение и обмен свойствами разных объектов. Это свойственно всем уровням самоорганизации материи, но наиболее ярко это проявляется повсеместно в органическом мире. «Создать тела, изолированные от других тел и взаимодействий, невозможно. <…> Любое, так называемое чистое вещество, состоит из одного и более доминирующих компонентов и компонентов примесей, зависящих от происхождения и эволюции вещества» (Доломатов М. Ю. Фрагменты теории реального вещества. От углеводородных систем к галактикам. – М.: Химия, 2005, С. 12–13).

Согласно концепции коэволюции, системы на дообщественных стадиях развития материи взаимодействуют (сосуществуют и соразвиваются) в форме либо антагонизма (непримиримых противоречий), либо симбиоза (относительных противоречий). Симбиотическое взаимодействие осуществляется в трех формах: комменсализм, мутуализм, синойкия; антагонистическое тоже в трех формах: паразитизм, хищничество, аменсализм.

Специальный аспект концепции коэволюции рассматривает такой этап коэволюции, на котором в процессы и состояния коэволюционного взаимодействия активно вмешивается разум, общество, человек как разумное биосоциальное существо. В результате опосредования коэволюции спецификой общественного бытия, ее характер и содержание именно как НЕАНТАГОНИСТИЧЕСКОЕ сосуществование, гармоничное взаимодействие и совместное согласованное развитие элементов и подсистем единой биосоциосистемы (системы «человек общество природа») есть не только ВОЗМОЖНОСТЬ, но и становится НЕОБХОДИМОСТЬЮ, и в конечном итоге, превращается в ФУНДАМЕНТАЛЬНУЮ ПОТРЕБНОСТЬ развития биосоциальных систем. Неантагонистическая коэволюция как общества и природы, так и различных компонентов внутри самого общества, проявляется на новой, высшей ступени развития материи – общественно разумной – в качестве насущной необходимости и фундаментальной потребности.

Можно сформулировать три правила (закона) коэволюции.

I ПРАВИЛО КОЭВОЛЮЦИИ: Существование и развитие любых систем во Вселенной имеет коэволюционный характер.

II ПРАВИЛО КОЭВОЛЮЦИИ: Коэволюция систем проявляется в их диалектической дополнительности.

III ПРАВИЛО КОЭВОЛЮЦИИ: При коэволюционной дополнительности систем в тот или иной промежуток времени доминирует всегда одна какая либо система.



Доводы точных наук

В микромире – при всей вероятностности и статистическом характере его законов – коэволюция, тем не менее, имеет место. Элементарные частицы постоянно коэволюционируют, взаимодействуя – взаимопереходя и взаимопревращаясь друг в друга на основаниях внутренней неустойчивости частиц.

Известно, что мельчайшими корпускулами вещества являются элементарные частицы (микрочастицы) существует 2 класса элементарных частиц – лептоны и кварки. Из последних состоят мезоны и барионы. Все микрочастицы участвуют во взаимодействиях. Всего фундаментальных взаимодействий четыре (возрастание по степени «слабости») – гравитационное (тяготение), слабое (распад или, правильнее, трансмутация элементарных частиц), электромагнитное (взаимодействие между заряженными частицами, имеющими электрический заряд или магнитный момент) и сильное (ядерные силы). Лептоны (к которым относят и пару электрон позитрон, а также нейтрино) не участвуют в сильном взаимодействии, а адроны – барионы (к ним относятся все нуклоны – протон и нейтрон, например, и гипероны) и мезоны – участвуют.

На сегодняшний день является точно установленным фактом, что частицы взаимодействуют друг с другом, обмениваясь энергией (одни испускают кванты, другие их поглощают). То есть переносчиками взаимодействий являются кванты (порции энергии).

Кварки, будучи субэлементарными частицами, взаимодействуют меж собой, обмениваясь глюонами. Если квант света называется фотоном (механизм электромагнитного взаимодействия), квант тяготения – гравитоном (механизм гравитационного взаимодействия), то адроны участвуют в процессе сильного взаимодействия, что связано с движением кварков.

Трансмутация – взаимное превращение элементарных частиц в большой степени подтверждает универсальность феномена коэволюции, проявляющегося на всех уровнях бытия (как мы это покажем далее): в микромире, макромире и мегамире.

Нейтрон, например, превращается в протон, попутно образуя два лептона – электрон и антинейтрино. Это механизм слабого взаимодействия. Ныне, в рамках успешного объединения двух типов фундаментальных взаимодействий – электромагнитного и слабого – в единое, электрослабое, к переносчикам данного объединенного взаимодействия причисляют и фотон.

Предпринимаются попытки объединить три из основных взаимодействий (сил Природы) – электромагнитное, слабое и сильное в рамках теории Великого объединения (ТВО). И если первые два, как мы указали выше, успешно объединены в теории электрослабого взаимодействия, то «остается за бортом» еще сильное (ядерное) взаимодействие. При этом не стоит забывать и о гравитационном (тяготении). Наиболее перспективным направлением в решении этой проблемы – построении теории суперобъединения (теории Единого поля) представляет гипотеза суперструн.

Концепция суперструн позволяет связать воедино не только три из известных на сегодня взаимодействий частиц – электромагнитное, слабое и сильное, как это пытается сделать ТВО, но и гравитационное тоже, то есть она может стать наиболее полной единой теорией Вселенной. Суперструны – мельчайшие из представимых одномерные порции энергии, которые могут быть как замкнутыми, так и открытыми. Они могут взаимодействовать друг с другом, а значит, взаимопревращаться, то есть представляют любую элементарную частицу. Таким образом все частицы Вселенной, участвующие во всех типах взаимодействий, имеют единый базис – суперструны, что ведет к признанию единого поля Вселенной.

Концепция суперструн верна для 10 мерной реальности (по другим данным – 11 мерной), поэтому к нашей 4 мерной действительности (трехмерное пространство плюс время) добавляются еще 6 измерений. Считается, что эти 6 измерений свернуты, а потому принципиально ненаблюдаемы. То есть эти невидимые измерения присутствуют повсюду в нашем мире, но настолько плотно закручены в петли, что обнаружить их невозможно. Подобное сворачивание, как полагают, произошло в первые мгновения зарождения нашей Вселенной в результате Большого взрыва. (Теория Big Bang – Большого взрыва считается по сию пору наиболее признанной, как бы официальной теорией в космологии, астрономии и астрофизике, но существуют и иные альтернативные концепции происхождения Вселенной: стационарная Вселенная, пульсирующая Вселенная, многомерная Вселенная, инфляционная модель Вселенной.)

Итак, при всей случайности явлений в микромире (вероятностном характере бытия элементарных частиц и их античастиц) мы все же наблюдаем проявление коэволюции – согласованного развития, взаимодействия микрочастиц – кварков, адронов (барионов и мезонов), лептонов, ядер, атомов, молекул…

Следующее наглядное проявление коэволюции в микромире – это взаимодействие элементарных частиц посредством их обмена виртуальными частицами. (Виртуальные частицы – особые короткоживущие частицы, которым не свойственна обычная связь между энергией, импульсом и массой.)

Существует еще особый тип квантов, представляющих собой волновые пакеты упругих колебаний, распространяющихся в сплошных средах (твердом теле, жидкостях, плазме). Их именуют квазичастицами, полагая при этом, что подобные кванты (например, фононы) ведут себя как настоящие частицы, то есть обладают импульсом, спином, энергией… Один из примеров возникновения квантов квазичастиц связан с тепловым движением. Атомы, возбужденные в результате тепловых процессов, воздействуют на соседние атомы, в свою очередь возбуждая их. Возникают упругие волны, которые при наложении усиливают друг друга, образуя волновые пакеты. Последние и есть кванты возбуждения, названые квазичастицами. Различают фононы, магноны, поляроны, экситоны, дырки и некоторые другие виды квазичастиц.

Коэволюция имеет место и в межмолекулярных взаимодействиях. Речь идет о ван дер ваальсовых силах – имеющих электрическую природу взаимодействиях между молекулами с насыщенными химическими связями.

В этом же ряду разветвленные цепные реакции, при которых происходит лавинообразное расщепление молекул реагента на активные атомы. То есть благодаря взаимодействию активных частиц (свободных радикалов) с соседними неактивными молекулами происходит возбуждение последних, и далее реакция развивается в рамках растущей прогрессии – цепи превращений исходного вещества.

В конечном итоге это приводит к горению (и свечению) или полимеризации, при этом запускается механизм автокатализа, то есть ускорения химической реакции. Таким образом, микрочастицы в подобных процессах коэволюционируют: одни из них, пребывая в возбужденном состоянии, вызывают активность других – и так по цепи в большом количестве, пока не происходит столкновение активных частиц друг с другом и соединение их в неактивную молекулы – в этом случае реакция прекращается («погашается»).

Постулаты всеобщей связи и взаимообусловленности процессов и систем бытия признаются как классической физикой, так и теорией относительности. При этом когерентность объектов, явлений и событий, согласно принципу детерминизма, осуществляется посредством причинности, взаимной обусловленности процессов мироздания. Эта обусловленность, присущая всему материальному миру, предполагает не просто существование, а именно ИЗМЕНЕНИЕ (в результате причинения, под влиянием многообразных факторов) и развитие систем – на фоне общей эволюции Вселенной. Поэтому мы должны говорить о коэволюции – взаимообусловленном развитии систем.

Но элементарно квантовая картина бытия еще сложнее, чем это представлялось ранее – и эта сложность опять таки свидетельствует в пользу нашей теории.

Имеются, по крайней мере, три оригинальных интерпретации, вытекающих из достижений квантовой физики (квантовой механики, квантовой электродинамики и квантовой теории поля). Одна из них исходит из того, что все проявленное бытие вокруг нас есть лишь порождение наших психических актов. Очевидно, что речь здесь идет о солипсизме. Причем возможно как слабое прочтение (наши мысли воздействуют на внешний мир и изменяют его), так и сильное (нет никакой внешней реальности, все ее проявления и процессы мы порождаем сами) прочтение данной гипотезы.

Из постулатов второй интерпретации вытекает положение о существовании мультиверса (Мультиверсум – Множественная Вселенная) – бытии как совокупности множества (миллионов или даже миллиардов) параллельных миров; при этом каждому объекту «нашей» вселенной соответствует некоторым образом множество «теневых» двойников в других вселенных.

На наш взгляд, наибольший интерес представляет третья концепция – о существовании Единого информационного поля Вселенной. Базируется эта гипотеза на следующих фактах и наблюдениях.

Согласно принятому в физике фундаментальному принципу причинности, исключалось взаимовлияние событий, пространственное расстояние между которыми столь велико, что они не могут быть связаны световым сигналом. Но вот в 1964 г. во время краткосрочной стажировки в США ирландско швейцарский физик Джон Стюарт Белл получил поразительный опыт в области квантовой физики, на основе которого сформулировал свою знаменитую теорему, ставшую для многих ошеломляющим сюрпризом. Суть ее в том, что квантовые эффекты не являются локальными, то есть наблюдаются не в одном каком то месте в одно и то же время, а в нескольких одновременно. Это значит, что во Вселенной нет локальных причин – линейных причинно следственных связей и отношений. Точнее, нарушается даже не причинно следственная связь, а связь между частью и целым – часть уподобляется целому, ибо отсутствует локальность. Попросту говоря, формы существования материи – пространство и время являются реальными лишь в нашем сознании, ограниченном получением информации посредством органов чувств. Согласно Роберту Антону Уилсону можно сформулировать теорему Белла и так: Вселенная есть единая Мегасистема, в которой нет обособленных объектов, ибо все они взаимосвязаны, причем находятся во всеобщей связи, превышающей скорость света.

Возникает противоречие, ибо специальная теория относительности Альберта Эйнштейна кроме всего прочего гласит, что ни один материальный объект не может двигаться быстрее света. Но в том то и дело, что речь идет о любом материальном объекте, обладающим ВЕЩЕСТВЕННО ЭНЕРГЕТИЧЕСКИМИ характеристиками. Очевидно, что в теореме Белла и вытекающих из нее выводах имеется в виду не вещество или энергия, а некое третье начало. Таким элементом, двигающимся быстрее скорости света (фактически мгновенно), является информация. Здесь речь идет не о широкой трактовке понятия «информация», когда под таковой подразумевают любые сигналы (например, фотоны или все возможные кванты), а именно антропное, человекоразмерное прочтение информации (другие наименования: сознание, дух, мысль, Мировая душа, Нус, всемирный эфир, Акаша). С введением в белловский постулат информации противоречие легко разрешается.

Десятилетием раньше английский физик теоретик Дэвид Бом выдвинул принцип нелокальности, под которым подразумевал следующее: кванты (порции энергии, например, света, испускаемого частицами) не передают информацию через время и пространство (то есть линейно), они просто обитают в таком измерении, где информация существует всюду и одновременно, то есть информация не локальна, а, напротив, тотальна, всеобъемлюща, и передается мгновенно. Речь идет о едином поле Вселенной, в котором содержится вся информация – в нашем понимании пространственно временного континуума информация о прошлом, настоящем и будущем. Более того, по видимому, первочастицы (мельчайшие кирпичики материи, то есть пикочастицы, из которых состоят элементарные частицы) обладают тем, что мы называем сознанием, разумом.

В свое время основоположники квантовой теории столкнулись с таким фактом, что поведение частиц не подчиняется привычному в макромире действию закона причинности: частица могла «повести» себя вовсе не так, как того требовала обычная каузальность, действующая в мире, описываемом законами классической физики. Но если у частиц есть то, что мы называем выбором, то значит, они обладают сознанием, ибо выбор и потребности присущи живым и разумным (осознанные выбор и потребности) объектам, а в косном мире действует чисто механическая и термодинамическая причинность. Таким образом, устраняются противоречия между релятивистской теорией (принцип детерминизма: системы движутся одни относительно других и постоянно взаимодействуют друг с другом) и квантовомеханической теорией (принцип неопределенности: невозможно вычислить одновременно и положение и скорость частицы, то есть не наблюдается явная каузальность). Здесь речь может идти, возможно, не о самих элементарных частицах, а о составляющих их субэлементарных частицах: суперструнах или примонах (см. Потеряхин В. А, Потеряхина О. В. Мировой эфир. Аналитический обзор. – Уфа: Государственное издательство научно технической литературы «Реактив», 1999, С. 16, 37–38).

Материя существует, как известно, в двух формах (состояниях): вещество и поле (физическое поле). Последнее, при этом, трактуется как среда, через которую передаются 4 основных взаимодействия. Особого рассмотрения заслуживает вопрос, касающийся природы вакуума. Отметим лишь, что вакуум (речь идет о так называемом физическом вакууме), по современным представлениям, не есть абсолютная пустота, а является той же материальной (вещественной) средой, но с очень низкой плотностью (порядка 10 30 г/см3 – по данным М. С. Доломатова; по другим данным (см. Машкин М. Н. Расчет плотности материи вакуума // http://www.sciteclibrary.ru/rus/catalog/pages/7990.html) плотность вакуума в точке локализации фотона составляет 2,21 · 10 28 г/см3).

В нашем случае все вышеприведенное подтверждает теоретическое обоснование коэволюции как сущностной характеристики бытия, ибо последнее представляет собой единую сеть материально информационных феноменов, связанных воедино принципом универсальной и мгновенной информационной связи. В известном смысле все это свидетельствует в пользу учений пантеизма, панпсихизма и гилозоизма, а также подтверждает гениальные прозрения русских космистов о всеединстве, сродности и соборности бытия человека и мира.

Три волны земной коэволюции

Волны коэволюции есть этапы развития коэволюционных процессов на нашей планете. ПЕРВЫЙ ЭТАП – предыстория возникновения жизни и присущих ей потребностей, в течение которой изменения носят линейный и недифференцированный характер в основном на элементарном и атомарном уровнях. Затем материальные системы, взаимодействуя друг с другом, оказывают воздействие, под влиянием которого происходят спонтанные остаточные изменения в отдельных открытых неравновесных системах – возникают диссипативные структуры, которые в точках бифуркации резко изменяют упорядоченность. У таких структур появляется эффект «узнавания», который выражает стремление элементов и систем к кооперации. «Материя становится «активной»: она порождает необратимые процессы, а необратимые процессы организуют материю» (Пригожин И., Стенгерс И. Порядок из хаоса / Концепции современного естествознания: Хрестоматия для вузов / Авт. – сост. А. А. Горелов. – М.: ООО «Издательство Астрель»; ООО «Издательство АСТ», 2004, С. 141). При этом появление особых веществ – катализаторов – способствовало резкому ускорению эволюции материи в направлении самоорганизации и самовоспроизведения. Катализаторы содействовали многократному и во много раз активизированному образованию новых, подобных себе молекул, которые, раз появившись, стремительно распространялись в подходящих для себя условиях среды.

Впоследствии материальные объекты не только интегрируются и «застывают» в неизменности, но происходит и прямо противоположный процесс – дивергенция (расхождение, раздвоение) материальных систем. Часть их образует геологическую оболочку – земную кору, то есть идет по пути кристаллизации, другая же, «перспективная», имея своей основой молекулярные взаимодействия, приводит к появлению феномена жизни и открытых неравновесных биологических систем. Такие формы отражения, как непосредственно контактная и дистантная, присущие неорганическому миру, являются предтечей высших форм отражения, присущих биологическим системам, – раздражимости, психики, сознания.

Эволюция материи на Земле – от косной к живой, от биологической к социальной – имеет характер фазовых превращений. В результате скачков при фазовых переходах системы меняется ее структура и свойства – таковы все диссипативные системы, к которым относится значительная часть неорганических и все без исключения органические, в том числе общественные. «В определенном смысле мы приходим к своего рода обобщенному дарвинизму, действие которого распространяется не только на органический, но и на неорганический мир…» (Хакен Г. Синергетика: Иерархии неустойчивости в самоорганизующихся системах и устройствах. – М.: Мир, 1985, С. 41).

Согласно исследованиям российского физико химика Михаила Юрьевича Доломатова, к системам с диссипативной структурой относятся многокомпонентные стохастические системы с хаосом состава (МСХС) – природные и техногенные углеводороды, многокомпонентные водные растворы, почвы, биогеоценозы, биополимеры, биологические жидкости, продукты метаболизма, межзвездные межгалактические облака с органическим веществом, Метагалактика… «…МСХС – надмолекулярные системы – являются структурообразующей частью материи Вселенной и основными компонентами космического и земного, абиогенного и биогенного вещества» (Доломатов М. Ю. Фрагменты теории реального вещества. От углеводородных систем к галактикам. – М.: Химия, 2005, С. 20).

Эволюция косного вещества, биологических структур и общественной формы движения материи развертывается по трем основным векторам – расширение, разнообразие, усложнение. При этом усложнение характеризуется появлением самоорганизации и когерентно кооперативного характера взаимосвязи элементов материальных систем.

Самоорганизация характеризуется не просто усложнением структуры и, как следствие, лучшей приспособляемостью системы к окружающей среде, но и увеличением системного порядка, внутренней целостности, организации. «…Самоорганизующиеся системы обладают способностью менять характеристики своих параметров и структуры функциональных отношений в целом в соответствии с изменяющимися внешними условиями, оптимальным образом» (Валянский С. И., Калюжный Д. В. Третий путь цивилизации, или Спасет ли Россия мир? – М.: Изд во Эксмо, 2002, С. 134). Самоорганизация – основной механизм и принцип существования открытых неравновесных систем, благодаря которому осуществляется преобразование хаоса в космос, неупорядоченности в порядок, энтропии в негэнтропию (негативную энтропию).

Самоорганизации нет вне развития, при этом последнее имеет коэволюционный характер. Самодвижение, саморазвитие выступает основанием и движущей силой самоорганизации системы. Источником же самодвижения выступают внутренние и внешние противоречия. Реагируя на внешние воздействия и изменчивый характер внутренних связей и отношений, система самоорганизуется в открытую систему с упорядоченной структурой. «…Понятие «самоорганизация» отражает особенности существования динамических систем, которые сопровождаются их восхождением на все более высокие уровни сложности и системной упорядоченности или материальной организации» (Лукьянов А. В., Пушкарева М. А., Шергенг Н. А. Введение в историю и философию науки: Учебное пособие. – Уфа: РИО БашГУ, 2006, С. 185). Возникающие диссипативные структуры, с присущей им самоорганизацией, постоянно обмениваются с окружающей средой – вбирая в себя поток вещества, энергии и информации и отдавая вовне энтропию (способствуя увеличению энтропии снаружи путем рассеивания энергии и одновременно увеличивая степень информации и упорядоченности внутри), таким образом осуществляя свою целостность (при диалектическом единстве устойчивости и изменчивости в процессе прогрессивного развития).

Именно с появлением диссипативных, в том числе и предбиологических структур, способных к самоорганизации и кооперации, ведущих к возникновению потребностей, берет отсчет новый этап коэволюции – кооперативная эволюция неравновесных систем. Первоначальное проявление коэволюции на этом этапе – синергетическое взаимодействие элементов диссипативных структур, которые под влиянием извне проявляют способность к совместным действиям, кооперации. Согласованное взаимодействие не исчезает, наоборот ведет к процессу дальнейшего структурогенеза и системного усложнения. На основе дальнейшего развития молекулярного вещества появляются макромолекулы – особые молекулы, состоящие из большого числа повторяющихся атомных звеньев, соединенных химическими связями. Именно макромолекулы, способные проявлять гибкость в изменении свойств и строения под воздействием извне, становятся основой построения мегамолекул – полимеров.

В то же время, в земной неорганической природе, в так называемом «неперспективном» направлении развития материи, проявление коэволюции мы наблюдаем при росте кристаллов, когда сборка кристаллической структуры (начиная с нарастания вещества вокруг первичной молекулы) происходит всегда согласованно. То есть вокруг центра, путем присоединения атомов и молекул, возникает кристаллическая решетка, при этом общая форма кристалла сохраняется – грани растут послойно, и их внешняя конфигурация не изменяется. В этом заключена симметрия строения кристалла, обеспечиваемая коэволюционным характером связей строящихся молекул.

В результате выветривания косное вещество на поверхности Земли постоянно изменяется и преобразуется. Но это есть коэволюция (развитие во взаимодействии) земной коры (горных пород), атмосферы, воды, космического излучения и живого вещества (биоты). Организмы, населяющие биосферу, в значительной степени влияют на изменения и состав почвы и грунта, трансформируя материнскую породу и видоизменяя ее до такой степени, что она приобретает свойства, необходимые для жизнедеятельности многочисленных бионтов.

ВТОРОЙ ЭТАП связан непосредственно с зарождением жизни и одновременно с появлением и формированием биологических потребностей в ходе естественной эволюции форм органической материи. Развивающиеся структуры, такие, как водородные связи, электростатические силы, силы Ван дер Ваальса, диполь дипольные взаимодействия, дисперсные силы, гидрофобные взаимодействия, приводят к созданию предбиологических структур на основе углеродистых соединений – фазово обособленных систем, построенных из полимеров и способных к глубокой кооперации. Это так называемые коацерваты, главной характеристикой которых выступает самоорганизация.

Следует также отметить, что все живые существа представляют собой – в своей основе – не что иное, как биокристаллы. «…Сама клеточная плазма, по современным представлениям, – это так называемый жидкий кристалл» (Гангнус А. А. Технопарк юрского периода. Загадки эволюции. – М.: Вече, 2006, С. 458). То есть везде в биоте наблюдается коэволюционный синтез органики и неорганического вещества. Более чем вероятно, что преджизнь явилась в форме кристаллов, включавших в свою структуру органическую составляющую. В дальнейшем эти коэволюционные образования, эволюционируя, создали подлинную жизнь – разнообразные, все время усложняющиеся организмы на основе жидких кристаллов.

Таким образом, предтечей жизни выступают мегамолекулы протобионты – биополимеры, коацерваты и вирусы.

Именно на базе этих самоорганизованных структур (праорганизмов) возникает собственно жизнь – первая клетка, основа любых биологических систем, характеризуемых высоким уровнем самоорганизации (саморепликации) и наличием потребностей. Отсюда следуют три свойства живых систем: интегративная сложность, самоорганизация и асимметрия. Далее эволюционный процесс ведет к появлению одноклеточных, а затем и многоклеточных организмов.

Первые организмы – прокариоты – постоянно коэволюционировали, тесно взаимодействуя и, тем самым, способствуя обоюдной и достаточно быстрой эволюции одновременно по трем направлениям: во первых, одни организмы поглощались другими организмами, включаясь в их внутреннюю среду (превращаясь в органоиды); во вторых, примитивные простейшие организмы обменивались друг с другом генетическим материалом (информацией) через пищу и прочие механизмы взаимодействия; в третьих, информацию между организмами переносили вирусы. Собственно, в последнем случае мы можем говорить о вирусах как своего рода информационных носителях определенных программ. Отсюда вирус не есть ни организм, ни механизм, ни косное вещество, а скорее всего является информационным объектом, как и ген.

Вообще, по видимому, необходимо выделять в Природе 6 основных классов объектов: неорганические (доорганические, абиотические, неживые, косные) объекты – кристаллы, минералы (агрегаты), химические соединения неорганической природы, космические тела, не включающие в свой состав биосферные комплексы, а также артефакты – искусственные неорганические объекты; органические диссипативные (предбиологические) объекты – различные макро– и мегамолекулы, полимеры, химические соединения органической природы, но не имеющие клеточного строения (углеродистые соединения); неорганическо органические дуальные (двойственные – живые/косные, биокосные) объекты – космические (планетные) тела, включающие в свой состав (структуру) элементы жизни, биосферные комплексы, состоящие из различных экосистем (на Земле – из биогеоценозов), биокосные системы на планетах (экосистемы, почва, ил); органические организменные (биологические, живые) объекты – различные тела углеродного (белково нуклеинового) происхождения с клеточной структурой (то есть организмы), их колонии, популяции и сообщества (биоценозы); информационные амбивалентные (органические неклеточные) объекты – особые носители информации на основе углеродных (белково нуклеиновых) соединений, проявляющие признаки то живых, то косных систем: вирусы, гены, плазмиды; организменные разумные (живые мыслящие) объекты – человек (существо, обладающее сознанием, из рода Homo – H. habilis, H. erectus, H. sapiens neandertalensis, H. sapiens cromagnensis, H. sapiens sapiens), человечество в целом, общество, различные цивилизации, этносы, расы.

Биологическая эволюция включает такие направления и формы, как ароморфоз – морфофункциональное усложнение организмов, филогенетическое разнообразие видов, возникновение и дальнейшая экспансия «живой пленки» планеты – биосферы, состоящей из биоценозов. «Каждое не занятое жизнью место в живой природе независимо от причин его возникновения с течением времени обязательно заполняется» (Вернадский В. И. Биосфера и ноосфера. – М.: Айрис пресс, 2004, С. 85).

Жизнь явилась диалектическим отрицанием косной материи, преодолением энтропийности равновесных структур и одновременно включением неживых систем в свое бытие, поднятием их до своего уровня, в результате чего возник новый тип косного вещества – биогенного происхождения. «…Жизнь является великим, постоянным и непрерывным нарушителем химической косности поверхности нашей планеты» (Вернадский В. И. Биосфера и ноосфера. – М.: Айрис пресс, 2004, С. 56).

Неравновесные живые системы требуют постоянного притока свободной энергии, вещества, информации, производя взаимный обмен ими с окружающей средой. Осуществляются эти процессы с помощью метаболического механизма – анаболизма (поглощения и усвоения), промежуточного (внутреннего) обмена и катаболизма (разложения и выведения) поступающих веществ. Также благодаря возникновению феномена «психизма» (нервной системы) происходит постоянное накопление живыми системами необходимого для жизнедеятельности запаса информации, получаемого из окружающей среды – благодаря установлению многочисленных и разнообразных связей с ней. Это ведет к дальнейшему структурно функциональному усложнению.

Благодаря наличию потребностей, живая система способна реагировать на воздействие факторов внешней среды, одновременно поддерживая свои внутренние метаболические процессы.

Существование любых живых систем (организмов и популяций) протекает исключительно в особых системных образованиях – биогеоценозах (экосистемах), в которых отдельные особи, популяции особей, их виды и сообщества являются элементами и подсистемами. Структурно они организуют различные сообщества, функционально являются звеньями трофических цепей. «Как бы широко и многообразно ни разрасталась живая материя, распространение ее ростков всегда происходит солидарно. <…> Взятое в целом, живое вещество, расползшееся по Земле, с первых же стадий своей эволюции вырисовывает контуры одного гигантского организма» (Тейяр де Шарден П. Феномен человека. Вселенская месса. – М.: Айрис пресс, 2002, с. 117).

Любая экосистема (биогеоценоз) состоит из абиотической среды (неживая часть системы) и биотического сообщества или биомассы (живая часть системы). К первой части экологических систем относятся неорганическое вещество, органическое вещество и климат. Ко второй части относятся автотрофные организмы (продуценты) – растения (Plantae) и хемотрофные бактерии, и гетеротрофные организмы (консументы): макроконсументы (биофаги) – животные (Animalia), и микроконсументы, или редуценты (сапрофаги) – микроорганизмы (Bacteria) и грибы (Fungi). Между двумя частями экосистемы происходит постоянный обмен веществом (биогеохимический круговорот), энергией и информацией. Взаимодействие между двумя группами второй части, то есть коадаптация, создает трофическую структуру – пищевую сеть с разнообразными пищевыми цепями. Мы в данном случае имеем дело с экосистемой – коэволюционным образованием, поскольку она включает и организмы (биотические сообщества), и абиотическую среду, причем каждая из этих частей влияет на другую и обе необходимы для поддержания жизни в том виде, в каком она существует на Земле.

В мире микроорганизмов (протистосфере) коэволюция проявляется, например, в механизме метабиоза, при котором продукты выделения одних протистов служат пищей другим.

В результате коэволюции живых и неживых объектов в биогеоценозах (и в биосфере в целом) происходит процесс сукцессии – изменения состава сообществ (биоценозов) и свойств вмещающих их ландшафтов (биотопов), то есть экосистемы непрестанно коэволюционируют, изменяются во взаимодействии своих элементов и частей, а также друг с другом – в масштабе всей экосферы. Экосистемы стремятся к условно устойчивому состоянию – динамическому гомеостазису, и либо прогрессируют в этом направлении, либо деградируют в результате сукцессионных изменений. «…В природе выживают не отдельные виды, а сообщества, обеспечивающие наиболее эффективное поддержание оптимальных условий жизни в окружающей среде» (Арутюнов В. С., Стрекова Л. Н. Ступени эволюции: эволюц. концепция природы и цивилизации / отв. ред. О. В. Крылов. – М.: Наука, 2006, С. 85). С известной долей допущения это характерно и для неживых систем – неорганического мира.

Согласно принципу Ле Шателье – Брауна, любая система в ответ на воздействия внешней среды и различные флуктуации в ней самой стремится вернуться в устойчивое состояние, сохранить гомеостатическое равновесие путем нейтрализации – успешной или нет – возмущающих факторов и флуктуаций. Открытые неравновесные (динамически устойчивые) системы, какими являются все живые системы (организмы), в большей степени способны к сохранению гомеостатического состояния благодаря присущим им процессам (механизму) самоорганизации. Это сложные многокомпонентные высокоорганизованные системы, лабильно устойчивые к внешним и внутренним воздействиям и возмущениям. Коэволюционное основание бытия этих систем проявляется прежде всего в их лабильности (подвижной устойчивости) к воздействию многообразных факторов внешней и внутренней среды, а кроме того – во взаимном влиянии организмов и окружающей среды друг на друга, в приспособительном характере совместного существования и развития данных подсистем единой биогеосистемы (планеты Земля). Отсюда не только жизнедеятельность человека является как адаптационной (приспособительной), так и адаптирующей (приспосабливающей), но таковой является и бытие биосферы Земли, осуществляемое на коэволюционных началах. Вся биота в целом как единая система, приспосабливаясь к условиям окружающей среды, в то же время сама приспосабливает в нужных для себя параметрах среду обитания.

Феномен коэволюции здесь проявляется настолько наглядно, что не требует специального объяснения: речь идет о зависимости организмов друг от друга, а также от притока энергии извне, из абиотической среды. «…Первоначальная масса клеток с первого же момента должна была оказаться внутри подчиненной такой форме зависимости, которая являлась уже не простой механической пригонкой, а началом «симбиоза» или совместной жизни. Как бы ни был тонок первый покров органической материи на Земле, он не мог ни образоваться, ни сохраниться без некой сети влияний и обменов, превратившей его в биологически связанную совокупность» (Тейяр де Шарден П. Феномен человека. Вселенская месса. – М.: Айрис пресс, 2002, с. 99). Живые системы постоянно обмениваются веществом, энергией и информацией с окружающей средой, накапливая информацию (негативную энтропию), увеличивая внутреннюю упорядоченность и осуществляя выброс энтропии наружу. В этом проявляется феномен коэволюции живого и косного вещества.

Коэволюция в биологическом мире проявляется на всех уровнях существования живого вещества. Согласно принципу биологической корреляции морфофункциональные изменения в организме взаимосвязаны. То есть, если претерпевает изменения какой либо орган, то изменяются структурно и/или функционально и остальные органы, подстраиваясь под данную перемену. В данном случае речь идет о коэволюционных механизмах существования и развития элементов, то есть о внутрисистемных когерентности, кооперации, коадаптации и, в конечном счете, коэволюции – в организме ни один орган, ткань или клетка (элементы системы) не существуют сами по себе. Объединяясь в колонии и, тем самым, образуя некий колониальный сверхорганизм (особь), клетки, тем не менее, проявляют известную самостоятельность, постоянно взаимодействуя друг с другом на коэволюционных началах.

Так и на внутриклеточном уровне происходит симбиогенез – коэволюционное объединение в единую, организованную систему, совокупность – клетку. Неклеточные соединения, а затем и безъядерные клеточные праорганизмы, коэволюционируя, образовали первые клетки, в которых совместная деятельность элементов «живой фабрики» – органоидов, под управлением ядра, представляет собой одну из наиболее сложных и «высших» форм коэволюционного механизма природы.

Самый наглядный и глобальный (в масштабе всей биосферы) механизм коэволюции в органическом мире наблюдается в процессах питания/дыхания. Гетеротрофы поглощают кислород и выделяют углекислый газ, автотрофы же, усваивая в процессе фотосинтеза углекислоту, вырабатывают кислород (попутно синтезируя органическое вещество – продукты питания для гетеротрофных организмов – из неорганики: минеральных веществ, воды, солнечного света). Так в течение геологических эр на Земле происходит совместная (тесно взаимосвязанная) жизнедеятельность и развитие всех царств биоты – животных, растений, грибов, дробянок. В более конкретных, приближенных случаях повсеместно обнаруживается симбиотический принцип сосуществования и даже взаимопомощи всевозможных родов и видов организмов – наряду с антагонистическим противостоянием.

Как уже указывалось, в природе взаимоотношения между различными организмами приобретают форму либо непримиримой борьбы – антагонизма (паразитизм, хищничество, аменсализм), либо сосуществования – симбиоза (комменсализм, мутуализм, синойкия). При комменсализме (нахлебничестве) одна особь получает пользу от совместной жизнедеятельности, другая же является нейтральной стороной, не получая ни вреда, ни пользы. При мутуализме оба партнера извлекают пользу из сожительства. При паразитизме же особь паразит пользуется хозяином, нанося ему вред. Синойкия подразумевает нейтральный тип сожительства, а при аменсализме одна особь или совокупность особей подавляет другую. «…Взаимодействие с другими организмами является одной из центральных особенностей жизни» (Ратнер М., Ратнер Д. Нанотехнология: простое объяснение очередной гениальной идеи: Пер. с англ. – М.: Издательский дом «Вильямс», 2004, С. 131).

Как видно, наиболее взаимовыгодная коадаптация и кооперация в развитии и сосуществовании живых систем осуществляется в рамках мутуалистического способа совместного бытия. Это есть положительный вектор коэволюции организмов. Но и комменсализм, как односторонне выгодный (в отличие от обоюдовыгодного мутуализма), но не антагонистический способ со бытия, относится к разряду положительных векторов коэволюции. Соответственно, отрицательными являются паразитизм и аменсализм. Хищничество – напомним – способствует оздоровлению популяции жертвы, так как погибают при нападениях хищника в первую очередь слабые и больные особи.

Кажущийся антагонизм в отношениях хищник жертва и паразит хозяин на самом деле есть проявление принципа дополнительности, согласно которому противоположности не противоречат друг другу, а дополняют друг друга по необходимости.

Развитие и, в более широком смысле, любая активность систем не могла бы осуществиться, не имей она коэволюционный характер. Само бытие систем – абиологических (неорганических), предбиологических (органических диссипативных) и биологических (организменных) – возможно лишь в их коэволюции – постоянном взаимодействии, взаимовлиянии и взаимопревращении.

ТРЕТИЙ ЭТАП – возникновение социальной формы движения материи – человека как разумного биосоциального существа; а месте с тем возникновение и развитие общественных потребностей: их становление связано с формированием разума и духовного мира человека, с процессом антропосоциогенеза, с ростом производительных сил и расширением ноосферы.

Человек, своей биологической составляющей мало чем отличающийся от других высших животных, тем не менее, становится не только верхним замыкающим звеном в биогеоценозах, но и ведущим элементом в биосфере, а самое главное, по меткому замечанию Владимира Ивановича Вернадского, превращается в геологическую силу планеты (Вернадский В. И. Биосфера и ноосфера. – М.: Айрис пресс, 2004, С. 252) – и все это благодаря присущим человеку социальности и сознанию.

Превратившись в новую геологическую силу, человек определил своим бытием и новую геологическую эру – психозой (антропоген).

На этом этапе человеческое общество достигает уровня определяющего элемента в биосоциосистеме. В результате антропогенного воздействия на окружающую среду возникают многочисленные экологические проблемы, лавинообразное нарастание которых ведет человечество и биосферу в целом к возможности гибельного исхода.

Общественный прогресс, производственно техническая деятельность, превращение человека в сопоставимую с планетарными геологическими процессами силу приводит к тому, что планета покрывается новой пленкой – ноосферой (мыслящей оболочкой Земли), которая представляет собой высшую по отношению к остальным земным оболочкам (геосферам) ступень эволюции планетарной материи. Возникает и новый тип потребностей – духовные потребности человека. Через удовлетворение высших, духовных потребностей, действительно достойных человека, в бытие общества вносится ноосферный компонент.

Феномен коэволюции на этом этапе включает не только кооперативное взаимодействие биосферы с окружающими неорганическими системами, а также организмов и экосистем друг с другом, но и взаимообусловленное, когерентное развитие общества и природы, антропосферы и биогеосферы – в их диалектической противоречивости. Это предполагает и коэволюционные основания развития внутри самого общества. «У современной науки не вызывает сомнений тот факт, что кооперация и координация человеческих усилий является условием существования людей – и в онтогенезе…, и в филогенезе…» (Момджян К. Х. Социум. Общество. История. – М.: Наука, 1994, С. 218).

По сравнению с двойственным характером бытия не обладающих разумом живых организмов, проявляющегося в диалектике противостояния, борьбы – с одной стороны, и сотрудничества, согласованности – с другой стороны, на этапе появления и развития общества как диалектического преодоления неразумной живой материи (в плане отрицания снятия) преобладающим типом взаимодействия сложных систем (таких, как человек, общество, машины, киберустройства, производственные комплексы, в целом триединая система «общество техника природа») становится принцип кооперации и интеграции, коэволюции – совместного, согласованного и взаимообусловленного существования и развития биосоциальных систем, предполагающих их неантагонистическое трансцендентно экзистенциальное (духовное, физическое, социальное) бытие. «Взаимодействие мертвых тел природы включает гармонию и столкновение; взаимодействие живых существ включает сознательное и бессознательное сотрудничество, а также сознательную и бессознательную борьбу. Нельзя даже в растительном и животном мире видеть только одностороннюю «борьбу» (Энгельс Ф. Диалектика природы. – 6 е изд. – М.: Партиздат, 1933, С. 36).

Если мы обратимся к специфике развития земной материи и представим этот процесс образно схематически в виде древа (Рис. 1), то заметим, что существующие системы – живые и косные, биологические и социальные – имеют своим основанием единый субстрат: как это видно на рисунке, у них единый «нижний ствол» и общие «корни». В универсальной основе проявляется их коэволюция.



Но мы также можем заметить, что все эти системы продолжают коэволюционировать – в своем постоянном взаимодействии и взаимосвязи (как на единичном, так и общем уровнях). В результате их коэволюции как раз и осуществляется биогенная миграция атомов планеты, порождающая наряду с органическим биокосное вещество. Органический мир (в рамках биосферы) взаимодействует с неорганической материей (стратисфера, гидросфера, тропосфера), общество – с природой (в рамках биосоциосистемы), духовное – с материальным (феномен человека, ноосферы).

Таким образом, коэволюция осуществляется, во первых, как единое и общее для всех систем материальное основание, базис для их последующего развития (это видно и из Рис. 2, где показаны общие структурные уровни материи, присущие и органическому, и неорганическому веществу); а во вторых, как процесс постоянного когерентного и кооперативного наличного бытия этих систем, опосредованного множеством диалектически противоречивых связей и отношений между ними.



Выражаясь метафорически, на всех уровнях бытия идет непрерывный процесс Великого объединения многих в одно целое, простых объектов в сложные комплексы – поначалу в конгломераты (колонии), затем в организованные целостные множества (системы). Отдельные системы коэволюционируют в надсистемы, те – в метасистемы, в своем объединении, наконец, составляя целостность – Мегасистему, Универсум. На уровне живого предклетки коэволюционируют в клетки (прокариоты, эукариоты), клетки – в органы и ткани, в единый организм. Особи объединены коэволюционно в популяции, сообщества и экосистемы. Люди в своем коэволюционном бытийствовании образуют целостную взаимосвязанную совокупность – общество, внутри которого различные элементы – социальные группы, классы, нации, этносы, расы, цивилизации, государства – так или иначе стремятся к планетарному объединению в глобальную цивилизацию, в сверхобщество.

Рассмотренная выше общая и сжатая картина биологической эволюции взята такой, как она ныне распространена в научном «мэйнстриме» – это ее магистральный вариант. Но, справедливости ради, нужно вкратце упомянуть и о взглядах оппонентов.

Являющиеся, по сути, проявлением неоламаркизма теории ортогенеза, номогенеза, аристогенеза декларируют биогенез (здесь – биологическую эволюцию, развитие органической материи) как непрерывный процесс постоянного морфологического усовершенствования организмов в силу особых, присущих им внутренних причин (по мнению Пьера Тейяра де Шардена – благодаря усложняющемуся психизму, росту сознания, заключающемуся в концентрации и все более совершенной организации психики).

Подобные построения с неизбежностью ведут к постулированию телеологического принципа целесообразности и целенаправленности биоэволюции: от преджизненных форм – макромолекул, биополимеров, коацерватов, в которых изначально присутствовала потенция сознания, некий латентный архетип проторазума, – до человека, обладающего развитым сознанием.

И если вышеуказанные теории не идут вразрез с принятым повсеместно в науке учением об абиогенезе – происхождении жизни от неорганического вещества, косной материи, в отличие от учения о биогенезе – происхождении живого только от живого (теория панспермии и др.), – то расхождение с дарвинизмом вырисовывается в плане умаления естественного отбора и случайных флуктуаций. И более того! – в конечном счете, неоламаркизм ведет к сближению с креационизмом – в своем утверждении о некой внутренней причине (высшей по отношению к процессу и, как у Шардена, идеальной), что в свою очередь наталкивает на идею Творца.

Получается химероподобный союз эволюционизма с креационизмом: Бог создал косную материю и «вдохнул в нее» зачатки жизни и сознания. Далее материя стала усложняться (на планете Земля), произошел скачок переход к возникновению жизни, ну а живая материя стала эволюционировать согласно «заданному плану» Творца и благодаря имманентно присущему вектору сознания – к венцу Творения человеку разумному.

За исключением той версии, согласно которой белок сам может порождать информационно генетические структуры, объяснить зарождение и становление жизни путем самопроизвольного возникновения информационных молекул ДНК и РНК пока не получается – вероятность этого составляет 10 в минус четырехсотой (!) степени (для этого не хватает всех атомов Вселенной, а также всего времени ее существования). По данным некоторых специалистов цифра колеблется от 10 256 до 10 500 – такова вероятность самосборки информационных молекул. Наиболее радикальный вывод: подобная вероятность (формирования молекулы ДНК) равна нулю (см. Доломатов М. Ю. Фрагменты теории реального вещества. От углеводородных систем к галактикам. – М.: Химия, 2005, С. 147).

Результатами этих расчетов можно объяснить живучесть креационистских воззрений.



Структурные уровни материи

I. Неорганическая (косная) природа.

А. Уровень пикомира: субэлементарный (первичная ткань материи) – пикочастицы: суперструны.

Б. Уровни микромира:

1) элементарный (вторичная ткань материи) – элементарные частицы: кварки, адроны, лептоны, кванты микрочастиц – переносчики взаимодействий; 2) ядерный (субатомный) – атомные ядра; 3) атомный – атомы; 4) субмолекулярный – химические элементы; 5) молекулярный – молекулы.

В. Уровни макромира:

1) кристаллический – монокристаллы; 2) агрегатный – поликристаллы; 3) минеральный – минералы; 4) геологический – горные породы; 5) макроскопический (стратисферный) – различные макроскопические тела на поверхности земной коры; 6) геосистемный – геологические системы, рельеф; 7) геосферный – различные косные и биокосные оболочки Земли: ядро, мантия, литосфера, эпигеосфера, гидросфера, атмосфера, ионосфера, магнитосфера.

Г. Уровни мегамира:

1) планетарный – планеты; 2) звездный – звезды и планетные системы; 3) галактический – галактики, скопления галактик; 4) метагалактический – Метагалактика; 5) вселенский – Мегагалактика.

II. Органическая (живая) природа.

А. Уровни микромира:

1) макромолекулярный – макромолекулы; 2) мегамолекулярный – мегамолекулы: биополимеры, коацерваты, вирусы; 3) клеточный – клетки; 4) микроорганизменный – прокариоты: бактерии, сине зеленые водоросли, риккетсии, микоплазмы, хламидии.

Б. Уровни макромира:

1) органальный – органы, ткани; 2) организменный – организмы, особи: одноклеточные эукариоты, многоклеточные эукариоты; 3) популяционный – популяции; 4) биоценозный – биоценозы сообщества; 5) биогеоценозный – биогеоценозы экосистемы.

В. Уровни мегамира:

1) биосферный – биосфера; 2) биопланетарный – совокупное живое вещество на других планетах.

III. Социальная (антропогенная) природа.

1) индивидуальный – индивиды; 2) семейный – семьи; 3) коллективный – различные коллективы, роды, общины, кланы; 4) групповой – социальные группы, сословия, касты; 5) классовый – социальные слои (страты), классы; 6) этносоциальный – этносы: племена, народности, народы, нации; 7) государственный – государства; 8) цивилизационный – цивилизации (культуры, суперэтносы); 9) общественный – социосфера: социумы, общественно экономические формации; 10) глобальный – человечество (антропосфера).

Немного пояснений к феномену жизни. Аксиомой считается, что жизнь – это одна из форм существования материи – в виде организмов, которым присущи обмен веществ, раздражимость, способность к размножению и т. д. Все же представляется, что отличие живого от неживого начинается там и тогда, где и когда присутствует свойственный объекту принцип обратной связи и, как результат, механизм поведения – в качестве реакции на поступление и обработку информации. В этом случае мы говорим о наличии жизнедеятельности, то есть жизни. Таким образом, жизнь – это не только существование белковых молекул (органическая форма жизни), но, в первую очередь, способность объекта к обратной связи, к обмену информацией и поведенческим реакциям. Разум же – еще более высокая ступень развития материи. Отличие разума от рефлекторного механизма в том, что наделенный разумом объект способен к оценке и прогнозу – то есть к целенаправленному выбору. А способность к прогнозированию привела к необходимости осознанной трудовой деятельности (в отличие от бессознательной инстинктивной деятельности коллективных животных – пчел, муравьев, термитов).

Прогностические способности, трудовая деятельность и навыки в производстве и использовании орудий, более организованные общности, нежели стаи (племя → род → община → общество), общественные законы и мораль – характерные черты, отличающие человеческий разум. Развитие интеллекта и общественных отношений, производственная деятельность – все это привело к появлению наиболее высокой ступени развития материи – человеческого общества, человека, как разумного общественного существа.



Структура биосферы

Биосфера – живая оболочка Земли, сфера жизни – включает в себя фитосферу (растительную оболочку), зоосферу (животную оболочку) и антропосферу (человеческую оболочку). По сути, так как человек является видом царства животных, антропосфера в качестве составной части целого входит в зоосферу. Но ввиду наличия у людей разума и социальных отношений целесообразно выделять антропосферу в самостоятельную оболочку планеты.

Фитосфера – зеленый покров Земли – является единственным поставщиком кислорода в атмосферу и основным производителем органического вещества из неорганического (процессы фотосинтеза и хемосинтеза свойственны некоторым видам микроорганизмов). Отсюда крайне важное и жизненное значение фитосферы для человечества и всего царства животных. Любой живой организм живет и развивается, прежде всего благодаря процессам (функциям) питания и дыхания – поглощения и усвоения химических веществ и соединений, то есть свободной химической энергии. Поэтому без растительного царства не было бы и самой жизни на планете, так как, во первых, растения обеспечивают животных пищей (органическим веществом) и, во вторых, свободным кислородом, выделяемым в процессе фотосинтеза в атмосферу (преимущественно в тропосферу). При этом часть свободного кислорода (О2) под воздействием ультрафиолетового излучения Солнца превращается в озон (О3) и образует особый слой – озоносферу, предохраняющую все живое на планете от вредного космического излучения (солнечной ультрафиолетовой коротковолновой радиации).

Так как в современной биологической науке принято выделять микроорганизмы в особое, третье царство (ранее их включали в царство животных), то можно выделить как особую оболочку, входящую в состав биосферы, протистосферу. Действительно, микроорганизмы распространены повсеместно – в почве, воде, воздухе, в организмах живых существ, и играют важную роль в круговороте вещества на Земле. Благодаря им происходит миграция биогенного вещества – циклических химических элементов, газов, воды. Некоторые микроорганизмы в процессах фотосинтеза и хемосинтеза превращают неорганическое вещество в органическое. Протистосферу составляют микроскопические одноклеточные (Bacteria, Cyanobacteria, Protophyta, Protozoa) и неклеточные (Vira) организмы: микробы (бактерии, риккетсии, микоплазмы, хламидии, микроскопические грибы), микроскопические водоросли, простейшие и вирусы.






1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   13


База данных защищена авторским правом ©ekollog.ru 2017
обратиться к администрации

войти | регистрация
    Главная страница


загрузить материал