Социальная инноватика



страница1/20
Дата26.04.2016
Размер5.56 Mb.
ТипУчебное пособие
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   20


МОСКОВСКИЙ ГУМАНИТАРНЫЙ УНИВЕРСИТЕТ
КАФЕДРА СОЦИОЛОГИИ
Б.Ф.Усманов


СОЦИАЛЬНАЯ ИННОВАТИКА

Учебное пособие
Издание третье, переработанное и дополненное

Рекомендовано

Научно-методическим советом Союза негосударственных

вузов Москвы и Московской области

для студентов гуманитарных вузов

Москва


2009

УДК 17


ББК 87.7

У75



Рецензенты:

Ю.Д.Красовский – доктор социологических наук,

профессор Государственной академии управления им.С.Орджоникидзе


В.А.Луков – доктор философских наук,

профессор Московского гуманитарного университета


В.А. Никитин – доктор философских наук,

профессор Московского гуманитарного университета

У 75
Усманов Б.Ф. Социальная инноватика: Учебное пособие. Изд.3-е,
перераб. и дополн. – М.: Социум, 2009. с.??
ISBN 978-5-98079-310-4
Пособие адресовано студентам, аспирантам, преподавателям, научным работникам, специалистам, которые профессионально занимаются теорией и практикой нововведений, проблемами социальной сферы и социальной политики, организуют и ведут социальную работу.

ББК – 87.7

© Усманов Б.Ф., 2009

© Московский гуманитарный университет, 2009
ОБ АВТОРЕ
Борис Фатыхович Усманов окончил Казанский авиационный институт. Работал инженером в ЦКБ машиностроения, которым руководил академик В.Н.Челомей.

Несколько лет был на комсомольской работе, избирался первым секретарем Балашихинского горкома ВЛКСМ Московской области.

После окончания аспирантуры Высшей комсомольской школы при ЦК ВЛКСМ защитил кандидатскую диссертацию по проблемам воспитания молодежи. С 1974 года на преподавательской работе.

В 1994 году защитил докторскую диссертацию «Проблемы стиля в политическом управлении: социологический аспект». Автор книг «Стиль управления: методологические и социологические аспекты» (1993), «Социальная инноватика» (2000), «Стиль управления и управление стилем» (2006, в соавторстве) и др.

Является профессором кафедры социальной политики и социальной работы Московского гуманитарного университета, читает будущим специалистам учебные курсы «Технология социальной работы» и «Социальная инновация».

Оглавление
Предисловие ко второму изданию ………………………………...6

Предисловие к третьему изданию ………………………………….9

Введение 13

РАЗДЕЛ ПЕРВЫЙ. ТЕОРИЯ И МЕТОДОЛОГИЯ
ИННОВАТИКИ ..21

Глава 1. Сущность предмета и основные научные понятия ..24

Глава 2. Философия и психология поиска: творчество без
границ и границы для творчества 42

Глава 3. Инновационная экономика и правовые факторы нововведений 64

Глава 4. Технологии управления инновационными
процессами …………………………………………………………89

Глава 5. Типология нововведений 113

Глава 6. Социальные инновации 133

РАЗДЕЛ ВТОРОЙ. ПРАКТИЧЕСКАЯ ИННОВАТИКА 155

Глава 7. Системная организация социальных нововведений 157

Глава 8. Причины торможения инноваций в
социальной сфере 175

Глава 9. Социальный эксперимент в


инновационном процессе 193

Глава 10. Отраслевая специфика социальной инноватики 216

Глава 11. Инновационный опыт социальных работников 238

Глава 12. Инновационные организации 260



РАЗДЕЛ ТРЕТИЙ. ЧЕЛОВЕК КАК СУБЪЕКТ И
ОБЪЕКТ НОВОВВЕДЕНИЙ 285

Глава 13. Самоорганизация и адаптация инноваторов


в условиях рынка 288

Глава 14. Творцы нововведений: роли и позиции 306

Глава 15. Единство индивидуального и коллективного 322

Глава 16. Учеба без конца 342

Глава 17. Инновационные игры как метод
генерирования идей 361

Глава 18. Инновационный потенциал и


возможности развития 385

РАЗДЕЛ ЧЕТВЕРТЫЙ. ИННОВАЦИОННЫЙ РЕСУРС
ЖИЗНЕСБЕРЕЖЕНИЯ 404

Глава 19. Приоритетные национальные проекты развития 408

Глава 20. Прикладная социализация,
или Фундамент жизнесбережения народа ……………………….429

Глава 21. Индекс социального развития:


страна – территория – личность 455

Глава 22. Социальные технопарки в зонах


управленческого партнерства …………………………………….476

ЗАКЛЮЧЕНИЕ 499

ВСПОМОГАТЕЛЬНЫЙ СЛОВАРЬ 506

ДОПОЛНИТЕЛЬНАЯ ЛИТЕРАТУРА 511

ОТВЕТЫ НА УЧЕБНЫЕ ЗАДАНИЯ 515




Предисловие ко второму изданию
С момента выхода «Социальной инноватики» в 2000 году прошло семь лет. Это в общем-то не так много. Но время до и после появления в свет учебного пособия существенно разнится для страны и способом политического правления, и выбором приоритетов общественного развития. Хотя хотелось бы, чтобы разница с ельцинской порой была бы еще значительнее, даже радикальнее. Желание подобного рода особенно усиливается, когда заново препарируешь все отправные мотивы предыдущего издания, сопоставляешь его содержание и, в частности, результаты социальной практики с ожидавшимися изменениями в жизни людей.

Впрочем, нельзя и преувеличивать реальные инновационные скорости, тем более в столь уязвимой всегда сфере, как социальная политика. В условиях глобального российского передела этап длиною меньше чем в два президентских срока все же не очень велик, чтобы успеть компенсировать накопившиеся за полтора десятка лет социальные потери. Что же касается уже не политики и практики, а теории вопроса, то тут в такие короткие сроки больших качественных накоплений и принципиально быть не может. Другое дело, что естественным образом идут уточнения подходов, позиций, адаптация инновационных технологий к специфике вялотекущих отечественных реформ. И эта сторона научных исследований неизбежно находит свое отражение в учебных программах, методах вузовской подготовки будущих специалистов.

Выделю при этом два важных ситуационных отличия в подходах к теме. Во-первых, стала очевидной общегосударственная проблема, которую можно обозначить как аварийный поиск ресурсов жизнесбережения, имея в виду острый демографический кризис, дефицит деторождения, высокую смертность населения в трудоспособном возрасте. Во-вторых, налицо рост потребностей в социальных инновациях, поскольку в России начали действовать долгосрочные национальные проекты, ориентированные на социальную сферу (включая здравоохранение, образование, доступное жилье). Социальные инновации в таком нерядовом контексте должны приобретать системный и целенаправленный характер, становиться первейшим средством жизнесбережения, а главное – входить в обойму институционально признанных государством и обществом инструментов кризисного управления.

Полагаю, что возобновление спроса на социальную тематику в науке и учебном процессе – закономерный ответ не только на сами обнажившиеся проблемы народной жизни, но и на растущие в последние годы возможности в бюджетном финансировании социального сектора. Устранение явных и видимых всеми перекосов в доходах, общественном благополучии разных слоев населения приобретает стратегическое значение. Государству сегодня есть что вкладывать в развитие страны и своего народа, а вот как справедливо реализовать вложение средств действительно стратегически – получается пока плохо. Научимся этому – сможем вернуть обществу его совокупное здоровье. Не научимся (не захотим), значит останемся сидеть на социальной пороховой бочке.

Именно появление и осознание новых задач определили дополнения и коррекции в содержание книги, дали основание ввести ранее отсутствовавшие главы и целый самостоятельный раздел. Подверглись изменениям многие примеры из практики и дидактический материал, расширена источнико-библиографическая база.

Как и первое, новое издание, разумеется не может претендовать на всеобъемлющий характер. Границы вузовского курса тем не менее позволяют варьировать и углублять тематику предмета. Собственно, и сам предмет таков, что требует изменений.

Ни в одной области, говорил известный всем классик-социолог К.Маркс, не может происходить развития, не отрицающего своих прежних форм существования. Применительно к инноватике это вдвойне справедливо. Изучая суть и особенности применения нововведений, мы наращиваем и развиваем знание, поисковые навыки. И пределов у такого процесса нет и быть не может. Здесь все взаимозамещаемо и открыто для совершенствования.
Б.Усманов

Март 2007 года



Предисловие к третьему изданию
Кризисная ситуация 2008-2009 годов заставила мировое сообщест­во критически взглянуть на многие прежние приоритеты. Обнаружившаяся вдруг несостоятельность финансовой системы, резкий спад производства, прибыли, ВВП и нынешний натужный вывод экономики на путь оздоровления нарушили привычный ход развития. Обострились социальные болезни, возник новый дисбаланс на рынке труда и потребления. Причем российская действительность и здесь продемонстрировала свою особость.

Все более очевидны сырьевая однобокость отечественной экономики, дефицит высоких технологий, противоестественная для столь богатой ресурсами страны продуктовая импортная зависимость и целый ряд других слабостей, которые явно противоречат интересам общества и государства, стремлению правительства и в условиях кризиса сохранить населению социальные преференции, компенсировать пенсионерам, инвалидам, малоимущим семьям нескончаемые инфляционные потери.

На этом фоне мы наблюдаем картину двойственную и одновременно неизбежную в момент девальвации (и даже банкротства) определенных общественных ценностей. Декларируемые государством инновационные цели, желание добиться технологического прорыва и вместе с тем приучить постсоветский бизнес к социальной ответственности плохо сочетаются с поглотившей экономику торгашеской психологией, для которой гораздо важнее сиюминутная и максимально возможная выгода, чем стратегически ценные результаты, касающиеся здоровья нации и общего жизнесбережения, ресурсной достаточности, промышленного и сельскохозяйственного воспроизводства, конкурентного потенциала страны. То есть, с одной стороны, никто не отменял с появлением глобального кризиса лозунгов и программ инновационного экономического и научно-технического развития, а с другой – понятен и вопрос, насколько могут совмещаться призывы к нововведениям с принудительным отступлением назад, на уровень прожиточных министандартов, признанием нормой (пусть и на время) высокой безработицы и необеспеченной старости.

Вопрос кому-то наверняка покажется риторическим. Хотя, может быть, риторику в данном случае лучше вспоминать в последнюю очередь. Ведь чем, как не новыми идеями и решениями, легче всего, казалось бы, стимулировать поиск антикризисных начинаний, инновационных технологий, социальных нововведений на государственном или местном уровне.

Между тем, замечено уже многими, тотального наступления инноваций на российских просторах не наблюдается, пока мало кто готов воспользоваться предлагаемыми идеями и готовыми проектами и уж тем более не находится желающих радикально изменить систему самого поиска новых творческих решений, модернизировать существующие инновационно-внедренческие подходы и формы организации научно-технических исследований в академических, вузовских, производственных коллективах.

Публикуемые в открытой печати данные показывают весьма неодно­значную динамику изменений в сфере инновационных разработок. До начала кризиса темпы роста финансирования научных исследований в последние два-три года достигли примерно 20%. Это значительный ежегодный прирост. Тут Россия обогнала Италию и приблизилась к Англии. Но характерно прежде всего другое: удельный вес инновационной продукции в общем объеме промышленного производства в нашей стране составляет сегодня лишь 5%, а тот же показатель в Финляндии – более 30%, в Италии, Португалии, Испании - от 10 до 20%. Причем у нас доля инновационно активных предприятий (тех, где в течение трех лет применили хотя бы одну инновацию) не превышает 10%.

Сознаваемый специалистами парадокс в том, что экономический кризис может стать стратегически выгодным моментом, чтобы избавиться от страха обновления, вырваться из консервативных пут, поль­зуясь возникшими форс-мажорными обстоятельствами. Показательно, что те же правительственные чиновники прямо говорят о необходимос­ти экономически помогать только тем предприятиям, которые нацеле­ны модернизировать производство, технологии.

Вплоть до сдачи третьего издания "Социальной инноватики" в пе­чать я отмечал все новые усилия руководителей страны к тому, чтобы дополнительно стимулировать инициативу потен­циальных инноваторов, придать научно-техническому творчеству анти­кризисную направленность.

Отдельного внимания здесь, полагаю, заслуживает факт награжде­ния лучших молодых ученых премиями Президента РФ в области науки и инноваций. Поздравляя лауреатов в феврале 2009 года, Д.А.Медведев подчеркнул, что конкурентоспособность государств и экономик определяется их готовностью создавать новое. Причем это касается не только технологий или культуры производства, но и новых образцов, стандартов жизни - то есть умения предвидеть, находить но­вые точки роста, столь важные именно в условиях кризиса.

В русле антикризисных мер правительство и парламент страны подготовили, а президент РФ подписал закон об инновационных предприяти­ях при вузах и научных учреждениях. Знаменательно и то, что пред­седатель правительства В.В.Путин при обсуждении в августе иннова­ционных перспектив приоритетных национальных проектов сделал осо­бый акцент на их значении в решении кризисных социальных задач.

И наконец радикальный вывод в недавнем ноябрьском Послании президента Д.А. Медведева Федеральному Собранию о значении модернизации, обновления всей производственной сферы и общественной системы как непременного условия выживания нашей страны в современном мире. Вывод, делающий задачи инновационного развития приоритетными не только на ближайший обозримый период времени.

Естественное для нынешней экономической ситуации восприятие инновационных программ как лучшего средства против глобальных угроз делает представленную в книге тематику еще более актуальной, чем прежде. Соответственно этому сделанные автором дополнения и коррекции призваны приблизить содержание материала к проблемам нового порядка – в полной мере модернизационного, ориентированного на конструктивное и социально мотивированное творчество.

Б.Усманов

Ноябрь 2009 года



Введение
Парадокс, подмеченный еще древними греками, но не менее задевающий и нас: «Если мы не знаем, что ищем, то как искать? А если знаем, что ищем, то зачем искать?»

Подтекст парадокса можно, разумеется, прочитать по-разному. Ведь, как известно, «о том каждый говорит, что у него болит». И все же приподнимемся над сугубо личным восприятием функции поиска. Когда природа этой функции социальна (а она в большинстве случаев социальна изначально, по сути своей, независимо от сферы применения – производство ли это, техника, социальная работа, образование или что-то иное), то на первый план выходит очевидная для всех диалектика.

Человек ищет и ищет постоянно, потому что хочет улучшить свою жизнь. Он не всегда знает, чем ее улучшить, но знает, где она слаба или скупа. И знает, что только неустанный поиск, настойчивость, игра ума приведут в конце концов к нужному решению, обновят некое устаревшее, одряхлевшее социальное качество. Опыт человека, многовековой и всепланетный, убедили его: вся свита разума – и воля, знания, и эмоции, вдохновение, и интуиция, случай – не останутся без дела, когда начнется процесс творчества.

В социальной жизни нет неизменных объектов. Динамика общественных преобразований с каждым новым поколением все выше. Кто-то даже склонен воспринимать ее в геометрической прогрессии. Это если иметь в виду глобальные измерения, мировое сообщество и земную цивилизацию.

Феномен жизни, однако, не столь однороден. В разных странах, разных обществах возникают свои аномалии развития. Далеко не везде, даже в пределах одного континента, одинаково быстро и с равным желанием реагируют на социально выгодные нововведения. Неприятие развивающего начала, торможение общественных «скоростей» неизбежно порождают застой, создают социальные аномалии с признаками регресса. Нединамичное, закостеневшее общество отстает от других обществ, стремящихся к инновациям, и не может претендовать на благополучие в социальной жизни, и в то же время сами носители «социальности», люди, будучи в роли «социальных пассионеров», способны стать субъектами качественных изменений, если их волевое начало совпадает с тенденциями развития социальной сферы общества /1/.

О совпадении начал и тенденций при выборе инновационных вариантов следует говорить особо пристрастно с учетом недавно нажитого страной опыта. И прежде всего надо четко представлять себе, насколько опасна ситуация форсированного передела общественных стандартов. Резкая смена ориентиров создает обществу экстремальность на грани выживания.

Примерно в этой ситуации оказалась после 1985 года Россия, находившаяся тогда в границах СССР. Позднее, после декабря 1991 года, в стране наступил тотальный кризис – естественная реакция на слом прежних экономических, социальных и политических структур, отношений форм собственности на средства производства, землю, жилье. Возвращение, как говорят одни с иронией, а другие с пафосом, «на магистральный путь развития человечества» сопровождалось таким обвальным уровнем социальных издержек, какого не мог предвидеть никто.

Социальная сфера в условиях реформ 90-х годов пострадала больше всех по понятным причинам. Государственный бюджет при разрушенной экономике и отсутствии эффективной налоговой системы перестал обеспечивать тот гарантированный минимум, который шел на социальные нужды при социализме. Государственные отрасли, ведавшие бытом, образованием, здравоохранением, отдыхом, социальной защитой населения, лишились привычной материальной базы. И были абсолютно не готовы к кризисному развитию событий, а тем более к какой-либо борьбе, поиску альтернатив и нововведений. Пореформенная социальная среда складывалась, по сути, заново, в обстановке, когда подавляющая часть россиян едва сохраняла за собой подобие прожиточного минимума, и помочь преодолеть огромный разрыв в имущественной дифференциации не могут до сих пор ни государственные службы, ни общественные благотворительные организации и фонды.

Как свидетельствуют научные исследования того периода, в частности проведенные в Институте молодежи (ныне Московский гуманитарный университет) /2/, государство, инициируя рыночные и демократические реформы, так и не сумело выполнить роль гаранта экономических, социальных и других прав человека, предусмотренных Конституцией РФ и общепринятыми международными стандартами. В то же время мировое сообщество на пороге XXI века в качестве приоритетной выдвинуло задачу активизации социального развития на принципе социальной справедливости, а в качестве стратегической цели – обеспечение социальной защиты людей. По мнению ООН, с точки зрения социального развития реальный экономический прогресс невозможен без прогресса в социальной сфере. При этом важно заметить: тогдашний Генеральный секретарь ООН Кофи Аннан не просто ставил вопрос «как изменить» мировое социальное пространство, а прямо призывал в новом веке осваивать «управление процессом преобразований» /3/.

Накопление негативных тенденций в социальной практике разных стран находит отражение в социальном заказе. Слова Аннана характерны именно тем, что такой заказ гласно или негласно, но существует. Управлять нововведениями, понимать природу инновационного процесса, стимулировать интерес к поиску новых решений стало актуальной научно-практической задачей. В условиях трансформирующейся России теория и практика смыкаются в русле этой задачи все плотнее и плотнее. Приходит понимание того, что современное развитие невозможно без инноваций, которые являются формой обновления общества, а уровень развития стран все больше начинает оцениваться по их инновационной способности /4/.

С одной стороны, отечественная наука под влиянием быстробегущих событий уже не в состоянии довольствоваться требованием «успеть за изменениями», которым достаточно смело руководствовались, к примеру, социологи 1980-х годов, и сменила прежний девиз на вполне реформаторский: «жить и продуктивно работать в непрерывно меняющемся мире» /5/. С другой стороны, чтобы двигаться сообразно времени, от науки логично ждать более действенных методов исследования природы социальных изменений и конструирования новообразований, в том числе лучшего, чем сейчас, представления о механизмах управления инновациями.

По тем же критериям формируется и своя доля заказа для практики. В период перестройки общества деятели социальной сферы, социономы – специалисты по социальной работе вынуждены оперативно решать сложнейшие социальные проблемы. Приходится на ходу приспосабливаться к изменяющимся условиям жизни, динамичной окружающей среде. И такая адаптация, понятно, связана прежде всего с обновлением, поиском и разработкой оригинальных подходов и идей. Одним словом – с инноватикой. Причем ее направления и содержательные уровни, если посмотреть ретроспективу последних десятилетий, самые разнообразные. Они так или иначе отражают намерение реформируемой России передать подрастающему поколению эшелонированную систему надежно действующих, профессионально оформленных инновационных технологий.

Может быть, утверждать это не совсем правомерно, но социальные инновации на фоне глобализации международной конкуренции, торговли и рынка труда играют ныне гораздо более универсальную роль, чем еще сравнительно недавно. Если принято считать, что инновации в целом превратились в «промышленную религию» и активно содействуют перемещению ресурсов в сферу наиболее высоких производительности и прибыли /6/, то специфика социальных инноваций позволяет, на мой взгляд, говорить о них как реальном средстве накопления конкурентных преимуществ в соревновании стран и регионов за сохранение своих жизненноважных ресурсов на собственных территориях.

Естественный в разговоре о социальной инноватике акцент на социальной работе и социономах, социальной сфере будет присутствовать в тексте учебного пособия и дальше. Вычленяя социальную инноватику как жизненно важную часть научно-практического поиска, нельзя забывать, конечно, о ее принадлежности к базовой дисциплине. Вместе с тем и любая из особенностей рассматриваемого предмета, и вся преамбула к ним нужны, чтобы подчеркнуть тот факт, что не случайно, а более чем мотивированно государственным образовательным стандартом по специальности «социальная работа» в перечень обязательных дисциплин был ранее включен учебный курс «Социальная инновация». Сейчас он в ином статусе, его включают в учебные программы по усмотрению самого вуза. Но так ли это верно? И так ли отвечает заявленным нацпроектам?

Стоит напомнить, что социальная работа как область научного знания и профильная дисциплина относительно недавно вошла в российскую образовательную обойму. Нынешнему ее положению, помимо прочего, способствовало укрепление во многих странах приоритетной роли государственной социальной политики. Именно государственной, ибо эффективность здравоохранения, образования, науки, условия труда и быта человека всегда остаются заботой официальной власти.

Политический аспект приобрел в социальной сфере России новое звучание по причине, особо понятной после неудачной попытки монетизации льгот. Абстрактные методы рыночного менеджмента столкнулись с высокой политикой, гражданскими интересами – и реформа забуксовала.

Политизацию такого рода В.Толстых объясняет просто и доступно. Для менеджера (читай: администратора, чиновника) важно добиться успеха любой ценой – надо ради прибыли, так он отключит свет в жилых домах, солдатских казармах, больницах. Политик же мыслит и поступает иначе. Любую проблему он будет решать с учетом интересов производства и воспроизводства общества и народонаселения. Политика, как ее ни толкуй (по Максу Веберу или Владимиру Ленину), подчеркивает Толстых, будучи по форме властвованием, по сути – способ соотнесения и согласования интересов всех существующих в стране классов, социальных групп, этносов и наций. Она обречена на поражение, если власть имущие проигнорируют известный еще с древних времен принцип «общего блага» /7/.

Серьезное восприятие социальной работы именно в таком масштабе и таком качестве постепенно поднимает значение и связанных с ней научных исследований, обучающих программ, опыта организации отраслевой, территориальной и индустриальной практики.

Социальная работа, рискну сказать, перестала замыкаться на сравнительно узких, приземленных проблемах и адресах. Ее институты занимаются комплексным изучением закономерностей индивидуального и общественного благосостояния, проблемами разумного использования человеческих ресурсов, физического, психического и социокультурного развития людей. Профессиональная среда понимает, что в отличие от других наук о человеке социальная работа рассматривает параметры индивидуального благосостояния в контексте общественных процессов, как системообразующее единство, совокупность категорий, сущность которых может быть количественно и качественно определена, описана и прогнозируема на различных уровнях социума.

Говорить о полномасштабности социальной работы следует, разумеется, с учетом и задач социального образования. С этой точки зрения, как выявили сравнительные исследования в постсоветских и западных странах, в равной мере важны и приобретаемые знания, и практические умения, но достичь такого равенства мало кому из выпускников вузов пока удается. В России, Беларуси, Украине студенты показывают очень высокие результаты по критериям "знание", "понимание" и очень низкие – по критериям "применение знаний на практике", "анализ", "синтез", "оценивание". Студенты же таких стран, как США, Франция, Канада, Израиль, демонстрируют другой крен: у них высоко развиты навыки анализа, синтеза, умение принимать решения при общем невысоком уровне показателя "знание" /8/. Здесь не стоит вопрос, какие крайности лучше или хуже, но с очевидной остротой (и одновременно простотой) констатируется царящее на нынешнем рынке труда настроение: востребованы не знания сами по себе, а способность применять их на практике, иметь необходимый для того опыт.

Конечно, опыт – не только отечественный, но совокупный мировой – многое определяет в выборе стратегии и тактики социальной работы, в оценке инновационных идей. Однако лучший вариант – баланс опыта, оперативных, на злобу дня решений и прогнозируемых для тех или иных видов деятельности перспектив, на которые, собственно, и должны в значительной мере ориентироваться как непосредственный инновационный процесс, так и программа обучения социальной инноватике.

Учебный курс «Социальные инновации» читается автором в Московском гуманитарном университете (ранее Институт молодежи) с 1994 года. В ходе лекций, семинарских и практических занятий прошли своеобразные испытания почти все предлагаемые здесь концептуальные подходы и взгляды.

Структура учебного пособия учитывает специфику усвоения теоретических основ социальной инноватики, инновационных технологий. Содержание разделов книги построено таким образом, чтобы наука, практическая инноватика, социальные инновации в качестве ресурса жизнесбережения и человек как субъект и объект нововведений предстали перед студентами в системном виде. Каждая глава любого из обозначенных разделов выполняет свою функциональную роль и одновременно дополняет другие, связывает их в единую логическую цепь. Дидактический аутотренинг в конце очередной главы позволяет закрепить прочитанное, проверить знание предмета по ходу анализа и оценки предложенных фактов и типовых проблемных ситуаций.
Источники


  1. См.: Никитин В.А., Отюцкий Г.П. Теоретико-методологические вопросы социальной работы. – М., 2006. – С.4-5; Фролов С.С. Социология. – М., 1996. – С.273.

  2. См.: Козенко Н.Г. Социальное самообеспечение как принцип и направление развития местного самоуправления / Автореф. дис… канд. социол. наук. – М., 1999. – С.3.

  3. Аннан К.А. Обновление на переходном этапе. – Нью-Йорк, 1997. – С.14.

  4. См.: Крючкова С.Е. Инновации: философско-методологический анализ / Автореф. дис… док. филос. наук. – М., 2001. – С.3.

  5. Дудченко В.С. Основы инновационной методологии. – М., 1996. – С.3.

  6. Исаченко Т.М., Волков А.А. Инновационная политика и трудовые ресурсы // Труд за рубежом. – 2003. – №2. – С.4.

  7. Толстых В. Реформы – для большинства! // Литературная газета. – 2005. – 6-12 апреля.

  8. Колков В.В. Болонские парадоксы и ответ МосГу в области социального образования // Высшее образование для ХХI века: V международная научная конференция / Доклады и материалы. Секция 8. Социальное образование.- М.: МосГУ, 2008.- С.38-39.

РАЗДЕЛ ПЕРВЫЙ. ТЕОРИЯ И МЕТОДОЛОГИЯ ИННОВАТИКИ
В основе сущего лежит

циклическое творческое усилие…

Леонид Леонов
Всегда, прежде чем может

быть возведено что-то новое,

должен быть поколеблен

авторитет уже существующего.



  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   20


База данных защищена авторским правом ©ekollog.ru 2017
обратиться к администрации

войти | регистрация
    Главная страница


загрузить материал