Татьяна Сергеевна Сорокина История медицины Том I часть Первобытное общество



страница9/19
Дата27.04.2016
Размер4.4 Mb.
1   ...   5   6   7   8   9   10   11   12   ...   19
Арабоязычная культура и медицина

В VII в.; когда арабы захватили Иран, Сирию и Египет, в научных центрах этих стран развивались греческая наука и греческая философия. Самыми знаменитыми в то время были Александрийская школа в Египте и христианская несторианская школа в Гундишапуре (Джунди-Шапур). на юге Ирана. Из этой школы вышел придворный врач халифа ал-Мансура (754-776) Джурджус ибн Бахтишу (см. с. 161) – основатель династии придворных врачей-христиан, которые в течение двух с половиной столетий безупречно служили при дворе багдадских халифов. Осознавая значение античной науки, халифы и другие вожди мусульман содействовали переводу на арабский язык важнейших греческих сочинений (которые к тому времени сохранились в регионе по преимуществу на сирийском языке – языке преподавания в Гундишапуре и других центрах). Начало этой деятельности было положено в конце VIII в., однако основная работа переводчиков развернулась в правление халифа ал-Мамуна (813-833), который специально для этого организовал в Багдаде «Дом мудрости» (араб, bait al-hikma). В течение IX и X вв. на арабский язык была переведена практически вся доступная литература, представлявшая интерес для арабов.

Со временем переводы на арабский стали делать непосредственно с греческого. Большинство исследователей связывают этот переход с деятельностью самого известного переводчика эпохи халифатов – христианина-несторианца Хунайна ибн Исхака (Hunain ibn Ishag, 809-873) из Хиры. Он имел глубокие познания в медицине, был придворным врачом халифа ал-Мутаваккила (847-861) и преподавал медицину в Багдаде. Хунайн иби Исхак в совершенстве владел арабским, сирийским, греческим и латинским языками, в поисках рукописей научных и философских трудов совершил путешествие по Византийской империи, после чего собрал вокруг себя группу переводчиков, в которую входил и его сын Исхак.

Среди переводов, приписываемых входили сочинения Платона и Аристотеля, Сорана и Орибасия, Руфа из Эфеса и Павла с о. Эгина. В то время на арабском языке еще не существовало оригинальных текстов на темы переводимых им сочинений, и Хунайн ибн Исхак освоил медицинскую терминологию, ввел ее в арабский язык и заложил драгоценный лексический фундамент медицинских текстов на арабском языке.

Много текстов было переведено также и с персидского языка. Через персов арабы познакомились с достижениями индийской цивилизации, в особенности в области астрономии, медицины, математики. От индийцев они заимствовали и цифры, которые европейцы назвали «арабскими».

Переводческая деятельность арабов сыграла неоценимую роль в сохранении наследия предшествовавших им цивилизаций – многие древние труды дошли до средневековой Европы только в арабских переводах. Однако до наших дней, как полагают ученые, дошло не более 1% средневековых арабских рукописей.

Развитию книжного дела в значительной степени способствовало знакомство с секретом изготовления китайской бумаги, которая оказалась гораздо дешевле египетского папируса. Ее важность оценили незамедлительно: около 800 г. везир Харун ар-Раши-да – Йахйа Бармакид построил в Багдаде первую бумажную мельницу. Через Сирию и Северную Африку производство бумаги пришло на Запад – в Испанию, а позднее и в другие европейские страны. Первые бумажные мельницы в Италии и Германии появились в XIV в.

Наивысший расцвет средневековой арабоязычной культуры приходится на VIII-XI столетия. В этот период на базе староарабской поэзии, а также «Корана» сформировался классический арабский язык средневековья. В X-XV вв. сложился знаменитый сборник сказок «Тысяча и одна ночь», в который вошли переработанные и перенесенные в арабскую культуру мифологические сюжеты и сказки многочисленных народов, населявших в то время обширные территории Халифата или торговавших с ним (персидские, индийские, греческие и многие другие).

К X столетию сложился тип средней и высшей мусульманской школы – Мадраса (медресе).

Образование в Халифате в значительной степени испытало влияние ислама. В средневековом мусульманском мире все знания делились на две области: «арабские» (или традиционные, в основе своей связанные с исламом) и «иноземные» (или древние, общие всем народам и всем религиям).

«Арабские» гуманитарные науки (грамматика, лексикография и др.) формировались в связи с изучением хадисов (предания о высказываниях и деяниях Мухаммеда) и «Корана», знание которого для мусульман чрезвычайно важно (почти все мусульмане знают наизусть хотя бы часть «Корана»).

Изучение «иноземных» наук диктовалось потребностями развивающегося общества и отражало его интересы: география была необходима для точного описания подвластных земель; история служила основой для изучения жизни Пророка; астрономия и математика уточняли священный календарь. Возрос интерес и к медицине, которая со временем стала определяться как профессия, достойная хвалы и благословенная Аллахом: согласно исламской традиции, Аллах Ее допустит болезни, пока не создаст средство ее лечения; задача врача – найти это средство.

Соответственно делению наук на арабские и иноземные, их изучение также имело две сферы: 1) допустим: изучать Откровение 2) допустим: изучать окружающий мир. Поэтом; обучающийся врачеванию в исламе наряду с теологией обязательно изучал «иноземные науки», включая логику, что позволяло ему методично англизировать причины болезней, ставить диагноз, определять прогноз и применять обоснованное лечение. В этом смысле медицина средневекового арабоязычного Востока была тесно связана с окружающим миром и науками, его изучающими.

По мере того, как основные научные рукописи переводились на арабский язык, христиане утрачивали свою монополию на медицину, а центры науки и высшего образования постепенно перемещались в Багдад, Басру, Каир, Дамаск, Кордову, Толедо, Бухару, Самарканд. В каждом большом городе создавались библиотеки с читальными залами и комнатами для научных и религиозных дискуссий, помещениями для переводчиков и переписчиков книг. Со временем они выросли в крупные центры науки и образования, такие как «Дом мудрости» в Багдаде, основанный в правление ал-Мамуна, или «Дворец мудрости» (араб. Daf al-hikma), учрежденный в Каире халифом ал-Хакимом в 1005 г. Ученые, работавшие в этих научных центрах, объединялись в «Общества просвещенных» (араб. Maglis al-culama) — прообраз научных обществ и академий наук, возникших в Европе в XVII-XVIII вв.

Библиотека г. Кордовы насчитывала более 250 тыс. томов. Крупные библиотеки были в Багдаде, Бухаре, Дамаске, Каире. Некоторые правители и богатые люди имели собственные библиотеки. Так, в библиотеке главы дамасских врачей Ибн ал-Мутрана (Ibn al-Mutran, XIII в.), лечившего халифа Салах ал-Дина, было около 10 тыс. книг. Глава багдадских врачей Ибн ал-Талмид (Ibn al-Talmld, XII в.) – автор лучшей фармакопеи своего времени – собрал более 20 тыс. томов, многие из которых были переписаны лично им. В XII в., когда в Западной Европе было лишь два университета (в Салерно и Болонье), в одной только мусульманской Испании (Кордовском: халифате) функционировало 70 библиотек и 17 высших школ, в которых среди других дисциплин преподавалась и медицина.

Арабоязычная медицина в течение восьми веков занимала ведущее место в регионе Средиземноморья. Она сохранила, дополнила и возвратила в Европу в усовершенствованном виде все важнейшие знания, накопленные в регионе к периоду раннего средневековья.

В области теории болезни арабы восприняли древнегреческие учения о четырех стихиях (араб, аг-kari) и четырех телесных соках (араб. ahlat), изложенные в «Гиппократовом сборнике» и работах Аристотеля, а затем прокомментированные в трудах Галена. Согласно представлениям арабов, каждая из стихий и жидкостей участвует (в различных пропорциях) в создании четырех качеств: тепло, холод, сухость и влажность, которые определяют мизадж (араб, mizag – темперамент) каждого человека. Он может быть нормальным, в случае сбалансированности всех составляющих, или «неуравновешенным» (различных степеней сложности). Когда равновесие нарушено, задача врача – восстановить первоначальное состояние. Мизадж не является чем-то постоянным и изменяется с возрастом я под влиянием окружающей природы.

При лечении внутренних болезней первейшее внимание уделялось установлению правильного режима и только потом применялись лекарства, простые и сложные, в приготовлении которых арабы достигли высокого совершенства.

В значительной степени это связано с развитием алхимии. Заимствовав у сирийцев идею использования алхимии в области медицины, арабы сыграли важную роль в становлении и развитии фармации и создании фармакопеи. В городах стали открываться аптеки для приготовления и продажи лекарств.

Алхимики средневекового арабо-язычного Востока изобрели водяную баню и перегонный куб, применили фильтрование, получили азотную и соляную кислоты, хлорную известь и спирт (которому дали название алко-холь). Завоевав Пиренейский полуостров, они принесли эти знания в Западную Европу.

Выдающимся философом, врачом и химиком раннего средневековья был Абу Бакр Мухаммад ибн Закарийа Ар-Рази (Abu Bakr Muhammad ibn Zakarlya al-Razi, лат. Rhazes, 850-923). Родился он в Рее, недалеко от Тегерана. Медициной начал заниматься относительно поздно – когда ему было около 30 лет. Большую часть жизни провел в Багдаде, где основал и возглавил больницу, которая всегда была переполнена учениками. Дошедшие до нас сочинения Ар-Рази свидетельствуют о многогранности его таланта. Будучи прекрасным химиком, он изучал действие солей ртути на организм обезьяны. С именем Ар-Рази связано изобретение инструмента для извлечения инородных тел из гортани и применение ваты в медицине.

Ар-Рази составил первый в арабской литературе энциклопедический труд по медицине «Всеобъемлющая книга по медицине» («Kitab al-Hawi») в 25 томах. Описывая каждую болезнь, он анализировал ее с позиций греческих, сирийских, индийских, персидских и арабских авторов, после чего излагал свои наблюдения и выводы. В XIII в. «Kitab al-Hawi» была переведена на латинский язык, а затем на многие европейские языки, постоянно переиздавалась в средневековой Европе и вместе с «Каноном медицины» Ибн Сины (см. с. 164) в течение нескольких столетий была одним из основных источников медицинских знаний.

Другой энциклопедический труд Ар-Рази «Медицинская книга» в 10 томах («Al-Kitab al-Mansuri»), посвященная правителю Хорасана Абу Салиху Мансуру ибн Исхаку, обобщила знания того времени в области теории медицины, патологии, лекарственного врачевания, диететики, гигиены и косметики, хирургии, токсикологии и инфекционных заболеваний. В XII в. она была переведена на латинский язык, а в 1497 г. издана в Венеции.

Среди многочисленных сочинений Ар-Рази особую ценность представляет небольшой трактат «Об оспе и кори» («Al-gudari wal hasba»), который признается многими авторами самым оригинальным трудом средневековой арабоязычной медицинской литературы. По существу, это первое обстоятельное изложение клиники и лечения двух опасных инфекционных заболеваний, уносивших в, то время немало человеческих жизней. Даже сегодня он мог бы быть великолепным учебным пособием для студентов. В нем Ар-Рази четко сформулировал идею заразности этих заболеваний и описал их дифференциальную диагностику (считая оспу и корь разными формами одной болезни), лечение, питание больного, меры защиты от заражения, уход за кожей заболевшего. Первое печатное издание этой блистательной работы появилось в Венеции в 1498 г., после чего она неоднократно издавалась в Европе на латинском, греческом, французском, английском языках. Широко известно ее лондонское издание 1766 г. «De variolis et morbilis or Liber de pestilentia».

Известно, что исламские традиции не допускают вскрытия человеческого тела. Тем не менее врачи-мусульмане внесли существенный вклад в развитие отдельных областей анатомии и хирургии. Особенно ярко это проявилось в офтальмологии. Исследуя строение глаза животных, известный египетский астроном и врач Ибн ал-Хайсам (Ibn al-Haitam, 965-1039, известный в Европе как Alhazen) первым объяснил преломление лучей в средах глаза и дал названия его частям (роговица, хрусталик, стекловидное тело и т. д.). Изготовив модели хрусталика из хрусталя и стекла, он выдвинул идею коррекции зрения при помощи двояковыпуклых линз и предложил использовать их при чтении в пожилом возрасте. Капитальный труд Ибн ал-Хайсама «Трактат по оптике» («Kitab al-Manazir») прославил его имя в странах Востока и Западной Европы. К сожалению, арабский оригинал этой книги не сохранился. Она дошла до наших дней в латинском переводе – «Opticae thesaurus Alhazeni arabis» («Сокровища оптики араба Альхазена»).

К плеяде замечательных арабских окулистов принадлежит и Аммар ибн Али ал-Маусили (cAmmar ihn cAli al-Mausili, X в.), один из известнейших глазных врачей Каира. Разработанная им операция удаления катаракты путем отсасывания хрусталика при помощи изобретенной им полой иглы имела большой успех и получила название «операция Аммара».

Большой вклад в развитие учения о глазных болезнях внес Али ибн Иса (Ali ibn Isa), живший в Багдаде в первой половине XI в. В предисловии к своей знаменитой книге «Меморандум для окулистов» («Tadkirat al-Kahhalin») Иса отметил, что испытал значительное влияние Галена и Хунайна. Первая часть меморандума посвящена описанию глаза и его строения, вторая – болезням глаза, которые ощущаются органами чувств, третья — болезням глаза, которые незаметны для больного. Переведенная на латинский язык, эта книга в течение веков была главным учебным руководством для студентов и вплоть до XVII в. оставалась основным трудом по офтальмологии в Западной Европе.

Лечение глазных болезней явилось той областью медицины, в которой влияние арабской школы ощущалось в Западной Европе вплоть до XVII в.

К выдающимся достижениям арабов в области анатомии относится описание легочного кровообращения, которое сделал в XIII в. сирийский врач из Дамаска Ибн ан-Нафис (Ibn an Nafis), т. е. на три столетия раньше Мигеля Сервета (см. с. 185). Ибн ан-Нафис почитался как великий ученый своего времени, прославившийся комментариями к разделу анатомии в «Каноне» Ибн Сины.

Хирургия в средневековом арабоязычном мире была скорее ремеслом, чем наукой (как это имело место в древнем мире). Объяснялось это мусульманской традицией, которая запрещала как вскрытие трупов, так и вивисекции. Понятно, что в халифатах хирургия развивалась в меньшей степени, чем лекарственное врачевание.

Самым выдающимся хирургом средневекового арабоязычного мира считается Абу-л-Касим Халаф ибн Аббас аз-Захрави (Abu 1-Qasim Halaf ibn cAbbas az-ZahrawI, лат. Abulcasis; ок. 936-1013). Родился он близ Кордовы в мусульманской Испании (Кордовский эмират) и таким образом принадлежит к арабо-испанской культуре.

Аз-Захрави жил в «золотой период» ее развития (вторая половина X в.), когда арабо-испанская культура была самой передовой в Западной Европе, а наряду с византийской – и во всей Европе в целом. Основными научными центрами мусульманской Испании были университеты в Кордове, Севилье, Гренаде, Малаге.

В цепи исторического развития хирургии аз-Захрави стал связующим звеном между античной медициной и медициной европейского Возрождения (когда труды аз-Захрави были переведены на латинский и признаны в Западной Европе). Аз-Захрави блестяще оперировал. Знание анатомии он считал абсолютно необходимым для хирурга и рекомендовал изучать ее по трудам Галена. Критерием истины для него были собственные наблюдения и собственная хирургическая практика. Этим отчасти объясняется тот факт, что его сочинения содержат мало ссылок на чужие работы.

По сравнению с хирургией античности аз-Захрави сделал большой шаг вперед. К его приоритетам относятся: применение кетгута в абдоминальной хирургии и для подкожных швов, шов с литкой и двумя иглами, первое применение лежачего положения при операциях на малом тазе (ставшее потом классическим); он описал то, что сегодня называется туберкулезным поражением костей и ввел в глазную хирургию Запада операцию удаления катаракты (термин аз-Захрави); он был автором новых хирургических инструментов (более 150) и единственным автором античности и раннего средневековья, который их описал и представил в рисунках. Аз-Захрави разработал методику местного прижигания (каутеризация) в хирургических операциях и производил его чаще каутером (рис. 74), реже – прижигающими средствами (азотнокислое серебро и др.). Часто его обвиняли в том, что он заменил нож на раскаленное железо. Однако не следует забывать, что в то время еще не знали природы воспаления и инфекционного процесса и не умели бороться с ними. Аз-Захрави очень высоко оценивал метод прижигания (вспомним многовековой опыт традиционной китайской медицины) и успешно использовал его для лечения местных поражений кожи и других болезней.

Энциклопедический труд аз-Захрави «Книга о представлении медицинских знаний в распоряжение тому, кому не удается их составление» («Kitab at-Tasrif li-man cagiza can at-talif»), широко известный как «Китаб ат-тасриф», содержит 30 томов, в которых обобщен опыт всей его жизни. Из них особый интерес ученых всегда вызывал тридцатый трактат, посвященный хирургии и хирургическим инструментам. Первый перевод этого грандиозного сочинения на латинский язык был сделан во второй половине XII в., сразу же он стал настольной книгой хирургов средневековой Европы, многократно переписывался и издавался и на протяжении пяти столетий был одним из основных учебников по хирургии.

Абу л-Касим аз-Захрави снискал славу крупнейшего хирурга средневекового мусульманского мира – никто в ту эпоху не превзошел его в искусстве хирургии и новаторстве в ней.

Организация больничного дел а получила в халифатах значительное развитие. Изначально учреждение больниц было делом светским. Название больницы – бимаристан (bimaris-tan) — персидское; это лишний раз подтверждает, что больничное дело в халифатах испытало значительное влияние иранских и византийских традиций.

Согласно сообщению историка ал-Макризи (al-Macrizi, 1364-1442), первая известная больница в мусульманском мире была сооружена во времена Омейядов при халифе ал-Валиде (705-715). Больница в современном смысле этого слова появилась в Багдаде около 800 г. По инициативе халифа Харун ар-Рашида ее организовал армянский врач-христианин из Гундишапура – Джибраил ибн Бахтиши (Gibrail ibn Bahtishi), третий в знаменитой династии Бахтишу. Его дед Джурджус ибн Джибраил ибн Бахтишу (Girgis ibn Bahtishi) – основатель династии и глава врачей медицинской школы в Гундишапуре – в 765 г. излечил тяжело больного халифа ал-Мансура, которого никто не мог вылечить. И несмотря на то, что Джурджус ибн Бахтишу был христианином и не принял ислама, халиф назначил его главой врачей столицы Халифата — Багдада. Он и все его потомки на протяжении шести поколений успешно служили придворными врачами халифов, были известны в мусульманском мире и высоко почитались правителями до начала XI в.

Больницы, основанные мусульманами, были трех видов.

К первому виду относились больницы, учрежденные халифами или известными мусульманскими деятелями и рассчитанные на широкие слои населения. Они финансировались государством, имели штат врачей и не медицинского обслуживающего персонала. При больницах создавались библиотеки и медицинские школы. Обучение было теоретическим и практическим: учащиеся сопровождали учителя во время его обхода в больнице и посещали вместе с ним больных на дому.

В Египте первая большая больница была основана в 873 г. правителем Ахмадом ибн Тулуном. Она предназначалась исключительно для бедных слоев населения (ни солдат, ни придворный не имели права получить там лечение). Правитель отпускал на ее нужды 60 тыс. динаров в год и посещал больницу каждую пятницу. Кроме того, при своей дворцовой мечети Ахмад ибн Тулун учредил аптеку, где каждую пятницу врач бесплатно лечил приходящих больных. Согласно традиции, больница имела мужскую и женскую половины, мужскую и женскую бани; больные распределялись по отделениям в соответствии с их заболеваниями.

В Багдаде в 916 г. было пять таких больниц. В 918 г. открылись еще две: на содержание первой халиф выделял в виде пожертвования 2 тыс. динаров в месяц, на содержание второй больницы (учрежденной его матерью) – 600 динаров. В 978 г. Адуд ал-Даул завершил строительство еще одного большого лечебного учреждения на западном берегу р. Тигр, где в свое время стоял дворец Харуна ар-Рашида; его обслуживали врачи, санитары (араб. mucaliguna), слуги (араб, huz-zan), привратники (араб, bawwabuna), управители (араб, wukala) и надзиратели. К 1160 г. в Багдаде насчитывалось более 60 больниц.

Одной из самых крупных была больница «ал-Мансури» в Каире. Открытая в 1284 г. в помещении бывшего дворца, она, по свидетельству историков, была рассчитана на 8 тыс. больных, которых размещали в соответствии с их заболеваниями в мужских и женских отделениях. Обслуживающие ее врачи обоего пола специализировались в различных областях медицинских знаний.

Больницы второго вида финансировались известными врачами и религиозными деятелями и были небольшими.

Третий вид больниц составляли военные лечебные учреждения. Они передвигались вместе с армией и размещались в палатках, замках, цитаделях. Во время военных походов наряду с врачами-мужчинами воинов сопровождали и женщины-врачи, которые ухаживали за ранеными. Некоторые женщины-мусульманки, занимавшиеся медициной, заслужили широкое признание. Так, при Омейядах прославилась женщина-окулист Зайнаб из племени Авд. Высокими познаниями в лечении женских болезней обладали сестра Ал-Хафида ибн Зухр и ее дочери (их имена нам не известны); они были единственными врачами, которым дозволялось лечение в гареме халифа ал-Мансура.

Высокий уровень организации медицинского дела на средневековом Востоке тесно связан с развитием гигиены и профилактики заболеваний. Запрет производить вскрытия, с одной стороны, ограничил исследования строения тела и его функций, а с другой — направил усилия врачей на поиск иных путей: сохранения здоровья и привел к разработке рациональных мероприятий гигиенического характера. Многие из них закреплены в «Коране» (пятикратные омовения и соблюдение чистоты тела, запрет пить вино и есть свинину, нормы поведения в обществе, семье и т. п.). Согласно преданию, Пророк Мухаммед получил свои познания в области медицины от врача ал-Харита ибн Каладаха (al-Harit ibri Kalada), который родился в Мекке в середине VI в., а медицине обучался в Гундишапурской медицинской школе. (Если этот факт имел место, гигиенические рекомендации «Корана» восходят к традициям Гунди-шапура, впитавшего традиции древнегреческой и индийской медицины.)



Медицина в государствах Средней Азии (X-XII вв.)

В IX-XI вв. одним из важнейших центров научной мысли Востока стала Средняя Азия. После распада Халифата в конце IX в. наместник Маверан-нахра (территория в Средней Азии) и Хорасана (территория в Иране) Исмаил Саманид, правивший в 892-907 гг., объединил эти земли в единое государство, которое достигло своего расцвета в X в. Разговорным языком в государстве Саманидов оставался язык дари (фарси), в то время как арабский был языком религии и науки. Столицей государства Саманидов была Бухара — один из богатейших городов Востока.

В 980 г. недалеко от Бухары, в селении Афшана (ныне Узбекистан) родился будущий аш-Шейх ар-Раис (араб, as-saih ar-rais – Глава ученых) — так называли на Востоке Ибн Сину – великого ученого-энциклопедиста средневекового Востока, преуспевшего в 12 науках, о чем свидетельствуют 12 стел над его мавзолеем в Хамадане (территория Ирана, рис. 75).

Абу Али ал-Хусейн ибн Абдаллах ибн ал-Хасан ибн Али ибн Сина (Abu Аli al-Husayn ibn Abdallah ibn al-Hasan ibn Ali ibn Sina, лат. Avicenna, 980-1037) жил в плодотворный период истории Среднего Востока, взрастившего таких ученых и мыслителей, как врач Абу Бакр ар-Рази, астрономы Абу Махмуд Ходженди и Улугбек, энциклопедисты ал-Фараби и ал-Бируни, поэты Рудаки и Фирдоуси.

К 16 годам Ибн Сина стал признанным врачом. Вот как пишет об этом сам Ибн Сина в своем «Жизнеописании»: «Медицина не из трудных наук, и поэтому за короткое время я настолько овладел ею, что даже самые превосходные мужи медицины стали учиться у меня науке врачевания. Я стал посещать больных, благодаря приобретенному опыту передо мною открылись неописуемые врата врачевания. В это время я был юношей шестнадцати лет».

Во время болезни правителя Бухары Нух ибн Мансура, которого никто из врачей не мог вылечить, Ибн Сина был приглашен во дворец. «Поскольку мое имя, – пишет он, – было известно в их среде благодаря моей начитанности, они упомянули ему обо мне и попросили его вызвать меня. Я явился и принял с ними участие в его лечении, и отличился при этом. Однажды я спросил у Нух ибн Мансура разрешение пойти в его библиотеку, чтобы изучить имеющиеся там книги по медицине. Он разрешил мне, и я вошел в здание, где было множество комнат. В каждой комнате были сундуки с книгами, поставленные один на другой. Я увидел там книги, названия которых многие люди никогда не слышали, и сам я не видел их ни ранее, ни после того. Я прочел те книги, усвоил все полезное, что было в них. Когда я достиг восемнадцати лет, я завершил изучение всех наук».

После смерти отца в 1002 г., т. е. в возрасте 22 лет, Ибн Сина покинул Бухару – город, где прошло его становление как ученого-энциклопедиста, город, который во времена правления Саманидов был «местом собрания выдающихся людей эпохи», центром литературной, научной и богословской жизни.

За свою недолгую жизнь Ибн Сина посетил многие города Средней Азии и Ирана. В течение ряда лет он жил в процветавшем Хорезме и входил в «Академию Мамуна» («Дом мудрости» в Хорезме) вместе с такими выдающимися учеными, как энциклопедист Абу Рейхан ал-Бируни, математик, астроном и врач Абу Сахл ал-Масихи, которые оказали большое влияние на формирование философских и естественнонаучных воззрений Ибн Сины.

В Хорезме Ибн Сина начал работу над «Каноном медицины» («Al-Qanun fi t-tibb») и писал его около 20 лет.

«Канон медицины» явился энциклопедией медицинских знаний того времени. Он состоит из пяти книг. Каждая книга в свою очередь делится на части (фан), отделы (джумла), статьи (макала) и параграфы (фасл).

Первая книга посвящена общим принципам медицины и гигиеническим воззрениям Ибн Сины. Одна из ее частей – «О сохранении здоровья» является крупнейшим гигиеническим компендиумом древности. «Кто освоил первый том канона, – писал Низами ал-Арузи Самарканди спустя сто лет после смерти Ибн Сины, – для того ничто не остается скрытым из общих и основных принципов медицины».

Вторая и пятая книги посвящены лекарствоведению. Во второй описаны простые лекарства, «в которых нет искусственно изготовленного состава», в пятой – «сложные» лекарства, яды и противоядия. В целом в «Каноне» описано 811 лекарственных средств растительного (526), животного (125) и минерального (85) происхождения с указанием их действия, способов применения, правил сбора и хранения. Многие из них несправедливо забыты, и только около 150 используются в современной медицине.

В третьей книге описаны отдельные болезни (головы, ушей, носа, глаз, гортани и далее по органам – «от головы до пят»), их диагностика и лечение.

Четвертая книга посвящена хирургии (лечению вывихов, переломов, опухолей, гнойных воспалений и т. д.) и общим заболеваниям организма (лихорадки, заразные болезни, кожные болезни, косметика, учение о ядах).

В XII в. «Канон» был переведен на латинский язык. После изобретения книгопечатания по числу изданий он соперничал с «Библией» и, по мнению ряда исследователей, явился самым изучаемым трудом в истории человечества. В XV в. он издавался 16 раз, в XVI в. — 20 (рис., 76), не считая изданий отдельных его частей. Тяготение к нему ученых различных эпох объясняется тем, что его автор обобщил весь опыт древности и раннего средневековья и, используя свои многочисленные наблюдения, дал «счерпывающее оригинальное для своего времени изложение медицинской теории и практики. Влияние Ибн Сины сказалось во всех исламских землях и через мусульманскую Испанию достигло Европы, где оно ощущалось в течение многих веков.

В области медицины народы средневекового арабоязычного Востока прежде всего сохранили, отредактировали, дополнили и возвратили обратно в Европу в усовершенствованном виде все важнейшие знания эпохи. Одного этого уже достаточно, чтобы воздать им славу, даже если бы они больше ничего не сделали. Но им принадлежат и собственные заслуги: становление и развитие фармации и фармакопеи; учреждение высокоорганизованных больниц; распространение врачебной помощи на все слои населения; высокий уровень организации медицинского дела и контроль за работой врачей и фармацевтов; выделение хирургии как самостоятельной и почетной области медицины; более того, они пытались отделить науку от религии и значительно ускорили развитие наук в Западной Европе.

Средневековая арабоязычная культура в течение столетий находилась во главе цивилизации. Она оказала значительное влияние на страны Азии, Африки и Европы и заполнила собой огромное расстояние между древними школами и наукой позднего средневековья, – „вычеркните арабов из истории, и возрождение наук в Европе отодвинулось бы на несколько столетий“, – писал С. Г. Ковнер.

Медицина в государствах Закавказья (X-XVII вв.)

Одним из древнейших центров мировой цивилизации была Армения После свержения власти Халифата (IX в.) армянский народ восстановил свою государственность. В XI-XIII вв. в ряде городов Армении: Ани, Ахпате, Санаине, Гладзоре и др. — возникли школы высшего типа, в которых изучались анатомия (в Армении того времени производились анатомические вскрытия), внутренняя медицина, лекарствоведение, хирургия.

Крупнейшим представителем медицины средневековой Армении был философ, врач и астроном Мхитар Гераци (рис. 77). В 1184 г. он составил свой основной труд „Утешение при лихорадках“, в котором описал причины, развитие и лечение острых заразных заболеваний, а также, на пять веков раньше Бериардино Рамаццини (см. с. 310) рассуждал о связи заболеваний с профессиями – кузнецов, стеклодувов и т. п.

Большой вклад в развитие армянской медицины внес Амирдовлат Амасиаци (XV в.) — автор трактатов „Польза медицины“, „Ненужное для неучей“ и „Лекарствоведение“.

В средние века центры национальной армянской культуры существовали и за пределами Армении. Среди них наиболее известны три: в г. Кессария (Византийская империя), где уже в IV в. славилась больница (Basilea), основанная в 370 г. епископом Кессарии Василием Великим (см. с. 143); медицинская школа в Гунди-шапуре (юг Ирана, территория Халифата), где в VIII-IX вв. работала знаменитая династия армянских врачей Бахтишуа (см. с. 161), и центр врачевания в г. Себастии (недалеко от Кессарии), где жили и работали видные армянские врачи Авасап (XVI в.) – автор „Отменного лечебника кардинальных влаг“, Буниат (XVI-XVII вв.), составивший „Книгу о медицине“ (ее рукопись хранится в Матенадаране им. Маштоца, Ереван), и Асар (XVII в.) – автор известной „Книги о врачебном искусстве“.

В Грузии после освобождения от арабского владычества (X в.) главным очагом медицинской культуры была Гелатская академия, основанная царем Давидом IV в XII в. при монастыре недалеко от Кутаиси. Наряду с церковно-монастырской существовали профессиональная и народная медицина.

Выдающимися представителями медицины феодальной Грузии были: Кананели (XI в.) – автор медицинского сочинения „Несравненный карабадин“; глава Гелатской академии философ Иоаннэ Петрице (XI-XII вв.); Ходжа Копили (XIII в.), написавший „Книгу медицинскую“; Заза Панаскертели-Цицишвили (XV в.), составивший „Лечебную книгу“, и Давид Батонишвили (XVI в.) – автор „Книги царя Давида“.

Монголо-татарское нашествие, а затем вторжение персов и турок значительно задержали развитие медицины в феодальной Грузии.



Медицина в государствах Восточной и Юго-Восточной Азии (IV-XVII вв.)

Традиции этого региона в значительной степени сохраняли стабильность на протяжении столетий.

В Китае феодальный строй начал утверждаться в III-IV вв. и сохранялся до начала XX в. Традиционные методы диагностики, лечения и предупреждения заболеваний, зародившиеся в древнем (рабовладельческом) Китае, в средние века достигли наивысшего расцвета.

Первая в истории Китая государственная Императорская медицинская школа была основана во времена династии Суй (681-618) (до этого навыки традиционного метода чжэнь-цзю передавались от учителя к ученику). В школе обучалось 20 учеников; преподавание чжэнь-цзю вели: один преподаватель, его помощник и 10 инструкторов. При школе работали 20 мастеров по изготовлению игл.

В целях облегчения преподавания и практики иглоукалывания в средневековом Китае начали создавать цветные таблицы, изображавшие каналы и точки на поверхности тела человека в трех проекциях. Первый в Китае иллюстрированный трактат „Цянь цзинь яо фан“ („Тысяча золотых прописей“) составил известный врач эпохи Тан – Сунь Сымяо (581-682). Первые бронзовые фигуры для обучения методу чжэнь-цзю были отлиты также в средние века. Их автор врач Ван Вейи (XI в.) тщательно изучил опыт своих предшественников, дополнил его своими наблюдениями и в 626 г. составил трактат, который впоследствии получил название-„Иллюстрированное руководство о точках для акупунктуры и прижигания на бронзовой фигуре“. Работая над текстом, Ван Вейи организовал производство двух бронзовых фигур в человеческий рост, которые были готовы в 1027 г. На поверхности фигур были обозначены 354 точки и их названия; каждой точке соответствовал глубокий канал для введения игл. Снаружи фигура покрывалась воском, а изнутри заполнялась водой, – если ученик вводил иглу правильно, вода появлялась на поверхности фигуры. Двести лет спустя бронзовые фигуры были перевезены в новую столицу династии Юань – г. Даду (ныне Пекин) я установлены в храме Трех императоров, который располагался на территории Императорской школы. Копирование фигур началось в XIII в. (рис. 78).

Китайский эмпирический метод чжэнь-цзю распространился в различных государствах Азии (Япония, Корея, Вьетнам). В XIII-XVII вв он проник в Европу (Франция, Германия, Англия). В 1828 г. о нем писал русский профессор П. А. Чаруковский.

Со временем преподавание медицины совершенствовалось. В государстве Цзинь (1115-1234) подготовкой врачей ведала Главная медицинская палата (тайиюань). Во врачебной школе, которая входила в состав университета (гоцзыцзянь), обучали общей медицине, хирургии и чжэнь-цзю. Имелась и более узкая специализация: детские болезни, родовспоможение и женские болезни, болезни глаз, болезни рта, зубов и горла, переломы и ранения, опухоли и язвы, внушения и заклинания. Обучение велось с демонстрацией больных. Лучшие выпускники принимались на государственную службу, остальным разрешалась частная практика.

Таким образом, в XII в. элементы государственной медицины в Китае были достаточно развиты.

Сильной стороной медицины средневекового Китая было лекарствоведение. Ему посвящены два капитальных труда: уже упоминавшийся 30-томный трактат Сунь Сымяо „Тысяча золотых прописей“ (который до наших дней не сохранился) и широко известный монументальный труд Ли Шичжэня (1518-1593) в 52 томах „Бяньцао ган му“ („Великий травник“). Работа над ним продолжалась более 26 лет, причем написанное проверялось еще в течение 10 лет. Эта книга явилась бесценным вкладом в дело изучения и классификации растений Китая и по сей день не утратила своей научной ценности. Она содержит описание 1892 лекарственных средств (включая правильные названия, способы заготовки, отличительные особенности и действие на организм), 13096 различных прописей и более тысячи рисунков.

„Великий травник“ частично переведен на латинский (1659), французский (1735), японский (1783), русский (1857), английский (1928-1941) языки.

Из китайской традиционной медицины вошли в мировую практику многие лекарственные средства: из растений – жэньшень, лимонник, камфора, чай, ревень, смола; животного происхождения – панты оленя, печень, желатина; из минеральных веществ – железо, ртуть, сера и т. д.

В Индии феодальный строй начал устанавливаться в IV в. К VII в. на ее территории было около 70 мелких самостоятельных государств.

На протяжении всего средневековья их территории подвергались вторжению завоевателей, разорявших страну, что серьезно отразилось на развитии культуры. В XVI в. на территории Индии была создана империя Великих Моголов. Однако традиционная медицина сохранила наследие древнеиндийских цивилизаций, сочетал его с привнесенной исламской и другими культурами.

Одним из первых европейцев, посетивших Индию, был русский купен Афанасий Никитин. Его записки „Хожение за три моря“ – Каспийское. Персидский залив и Черное (1466-1472), содержат сведения о ПЛОТНОСТИ! населения, кастовых различиях и религиях Индии, санитарном быте индийского народа, питании и торговле лекарственными товарами с соседними странами, родовспоможении, о погребальном обряде сожжения мертвых. „А кто у них умрет, – пишет Афанасий Никитин, – тех жгут, а пепел сыплют на воду. А когда у жены родится дитя,; то принимает муж, имя сыну дает отец, а дочери – мать“. Записки тверского купца полны уважения к древней культуре индийского народа.

В средние века опыт индийской традиционной медицины был заимствован тибетскими врачевателями.

Тибетская медицина развивалась на основе древнеиндийской традиционной системы, в связи с чем ее нередко называют индо-тибетской. То, что мы называем „тибетской медициной“, – писал известный востоковед Е. Е. Обермиллер, – в основе своей отнюдь не является оригинальным созданием тибетской почвы. И здесь, как и во всех прочих областях культуры Тибета, первоначальной родиной является Индия. Распространение (начиная с VII в. н. э.) в Тибете буддизма сопровождалось проникновением в Тибет и индийской медицины». Так, уже в VII в. при дворе основателя Тибетской империи Сронцзан Тампо (617-698) служил легендарный индийский врач Бхарадваджа (тибет. Жасаа Гонд-жой). Вместе с китайским врачом Хуан Ханом (тибет. Кенто Лонхан) и персом Галеносом (тибет. Данциг Ла-ной), приглашенными ко двору, он перевел на тибетский язык несколько индийских медицинских сочинений.

Основополагающий канон тибетской медицины – «Чжуд-ши» («Тайное восьмичленное учение тибетской медицины») в его первоначальном виде (VII в.) также является переводом на тибетский язык с санскрита древне-зндийского аюрведического сочинения, во многом сходного с восьмичленным трактатом Чараки (см. с. 72). Однако, согласно преданию, автором оригинала текста «Чжуд-ши» на санскрите считается прославленный индийский врач Дживака (тибет. Цо-чжед Шон-ну), современник Будды, живший в VI в. до н. э. (см. с. 77). Перевод этого текста на тибетский язык был сделан в период правления Тисрон-Дэвцзана (790-845) индийским врачом Чандранандой и переводчиком Вайрочаной.

«Чжуд-ши» записан в стихотворной форме, согласно литературным традициям Индии и Тибета того времени, и предназначен для заучивания наизусть. Он состоит из четырех частей (156 глав). Первая – «Цза-чжуд» (тибет. — исходная основа) раскрывает сущность тибетской медицины, ее теоретические и практические устои. Вторая – «Шад-чжуд» (тибет. – объяснительная основа) содержит теоретические представления о жизнедеятельности организма, его строении и развитии, о формировании болезней и подходах к их лечению, а также об этике врача. Самый обширный третий том «Манаг-чжуд» (тибет. — основа наставлений) представляет собой практическое руководство по лечению внутренних болезней; в его 92 главах описаны 404 группы заболеваний, различаемых по их происхождению, развитию, локализации, полу и возрасту больного, признакам болезней и их лечению. Четвертая часть «Чимэй-чжуд» (тибет. — дополнительная основа) посвящена диагностике по пульсу, исследованию мочи, способам заготовки лекарственного сырья, а также направлению, которое сегодня мы называем рефлексотерапией.

Сложность трактата «Чжуд-ши» обусловила появление многочисленных комментариев к отдельным его разделам. Наиболее полным и популярным среди них является сочинение «Вайдурья-онбо» («Голубой лазурит»), составленное в 1688-1689 гг. и ставшее основным учебным пособием в медицинских школах при буддийских монастырях. Его автор Дэсрид Санчжай-Чжамцо (1653-1705)-потомок тибетских царей, был врачом и государственным деятелем при дворе далай-ламы V – Агван-Лобсан-Чжамцо. По своей структуре «Вай-дурья-Онбо» полностью повторяет трактат «Чжуд-ши», однако по объему превышает его почти в три с половиной раза, т. к. содержит подробные толкования специальных терминов и понятий, идей и принципов трактата «Чжуд-ши», дополнения к его тексту, а также взгляды авторов более древних медицинских сочинений.

Трактат «Вайдурья-онбо» дополнен уникальным «Атласом тибетской медицины», выполненным по заказу автора (Дэсрид Санчжай-Чжамцо) в буддийском монастыре Сэртог-манбо в Восточном Тибете. Полный комплект атласа (ныне он хранится в Республиканском краеведческом музее г. Улан-Уде) состоит из 77 листов, на которых представлено более 10 тысяч цветных иллюстраций, изображающих лекарственные средства Тибета и способы их использования (рис. 79).

В течение нескольких веков тибетская медицина развивалась только в Тибете. В XIII в. вместе с буддизмом она проникла в Монголию, к XVII в. – в Туву, Калмыкию, Забайкалье. Причем в каждом из этих регионов она развивалась на базе своего местного лекарственного сырья: так, тибетские ламы-лекари нашли заменители индийскому привозному сырью во флоре Тибета, а в Монголии аналогичной переработке подвергались труды тибетских авторов. В Европе первые сведения о тибетской медицине появились в конце XVIII в. (после экспедиции английского посольства ко двору Тешо-ламы). В России первый перевод трактата «Чжуд-ши» был выполнен в 1908 г. А. М. Позднеевым.

Таким образом, медицина народов Востока в период классического средневековья, с одной стороны, способствовала взаимному обогащению культур региона, а с другой – оказывала влияние на развитие медицины и образования в странах Европы и Азии.



Медицина в западной Европе в периоды раннего и развитого средневековья (5-15 века)


История
Началом истории средних веков в Западной Европе (как уже отмечалось выше) условно считается 476 г., когда был низложен последний император Западной Римской империи – Ромул Аугустул.

В то время в Северо-Западной Европе еще не было ни одного государства. Ее земли были покрыты дремучими лесами и болотами, а населявшие ее народы (германцы и славяне) сохраняли родоплеменные отношения.

В первые века нашей эры Евразию, охватило «великое переселение народов»: в поисках лучших земель многочисленные племена двинулись с востока на запад и с севера на юг. Ослабевшая к тому времени Западная Римская империя не смогла сдержать натиска варваров; и в V в. они расселились по всей ее территории: вестготы – в Испании, остготы – в Италии, франки – в Галин, англы и саксы – в Британии, вандалы – в Северной Африке. Рабы и колоны (лат. colonus – земледелец, зависимый от своего хозяина) переходили на сторону завоевателей.

Варварские народы, завоевавшие территорию Западной Римской империи, находились на стадии формирования классов и государств – процесс становления цивилизаций у них только начинался. В силу этого они не могли стать полнокровными преемниками и продолжателями позднеантичных традиций. Для того чтобы освоить эту культуру, им нужно было время. Вот почему феодальный Запад долгое время отставал от средневекового Востока, где экономический и культурный подъем I тысячелетия нашей эры проходил на прочном фундаменте — восточно-римских и византийских традиций.

Однако было бы несправедливо думать, что средневековье в Западной Европе явилось шагом назад в культурной истории человечества – западно-европейский феодализм был результатом синтеза влиявших друг на друга римских и германских традиций (рабовладельческих, с одной стороны, и общинно-родовых – с другой). Народы Западной Европы прошли сложный путь от родоплеменных отношений до развитого феодализма, становление которого завершилось к XI в. Они создали своеобразную культуру, ставшую фундаментом последующего развития.

Средневековая схоластика и медицина

В период классического средневековья идеология западно-европейского общества определялась прежде всего церковью. До середины XI в. христианская церковь была единой. В 1054 г. она раскололась на западную (или католическую) и восточную (или православную), после чего каждая из церквей обособилась, и они стали полностью самостоятельными.

Согласно христианской религии, знание имеет два уровня: сверхъестественное знание, даваемое в «откровении» и содержащееся в текстах «Библии», и естественное – отыскиваемое человеческим разумом и выраженное в текстах Платона, Аристотеля и некоторых других античных авторов, признанных или канонизированных христианством. Задача ученых сводилась лишь к подтверждению этих текстов новыми данными.

На этой основе сформировалась средневековая схоластика (от греч. Schole – школа) – тип религиозной философии, характеризующийся принципиальным подчинением мысли авторитету догмата веры.

В области медицины главными авторитетами были Гален, Гиппократ и Ибн Сина (лат. Avicerma). Их сочинения, отобранные и отрецензированные церковными служителями, заучивались наизусть. Средневековые схоласты исключили из учения Галена его выдающиеся экспериментальные достижения в области строения и функций живого организма, в то время как некоторые его теоретические представления (о целенаправленности всех жизненных процессов в организме человека, о пневме и сверхъестественных силах) были возведены в религиозную догму и стали знаменем схоластической медицины средневековья. Таким образом возник галенизм – искаженное, одностороннее толкование учения Галена. Опровержение галенизма, восстановление истинного содержания учения Галена, а также анализ и исправление его ошибок потребовали колоссального труда и титанических усилий многих медиков эпохи Возрождения и последующего периода.

Попытки заново осмыслить или переработать освященные церковью догматы жестоко преследовались. Примером тому может служить судьба Роджера Бэкона (R. Bacon, 1215-1294) – выдающегося мыслителя своего времени, воспитанника Парижского и Оксфордского университетов, обратившегося к первоисточникам и опытному методу исследования: он провел в тюрьме 24 года и вышел оттуда глубоким стариком.

Деятельность Р. Бэкона, получившего прозвище «чудесный доктор», теснейшим образом связана с развитием средневековой алхимии.

Часто алхимию называют лженаукой. На самом деле это закономерный исторический этап становления современной химии, которая прошла в своем развитии несколько периодов (алхимия, ятрохимия, флогистика и др.).

Как уже отмечалось, истоки алхимии восходят к искусству древнеегипетских жрецов, которые изготовляли сплавы различных металлов (в них входило и золото). «Металлические земли» использовались в древнем Египте для изготовления орудий труда, ювелирных изделий и предметов погребального культа. В Лейденском и Стокгольмском папирусах, найденных в 1828 г. при раскопках в г. Фивы, и относящихся к 300 г. н. э., описано 250 рецептов для выделения и обработки химических веществ. Искусство древних египтян было воспринято древними греками, которые переводили слово «chymeia» как «настаивание», или «наливание». В VII в. арабы прибавили к нему приставку «а!» (см. с. 157), которая была отброшена лишь в начале XVI в.

Перевод арабских алхимических рукописей на латинский язык, начавшийся в XI в., подготовил «алхимический бум» в Западной Европе. В период с XII по XVI в. европейские алхимики открыли железный купорос, углекислый аммоний, сурьму и ее соединения, освоили способы приготовления бумаги и пороха. Ставя перед собой определенные практические задачи, они разработали много химических методов и создали соответствующую своему времени теорию вещества.

Однако мертвящее влияние схоластики сказалось и на алхимии, а вместе с ней – на фармации. Главной целью европейской средневековой алхимии стало превращение «неблагородных» металлов в «благородные» (золото и серебро). Полагали, что оно происходит под влиянием «философского камня», на поиски и открытие которого были направлены усилия многих поколений алхимиков. «Философскому камню» приписывались также чудодейственные свойства исцеления от всех болезней и возвращение молодости. Алхимией стали заниматься короли и вельможи, богословы и врачи и даже люди без определенных занятий.

Тем не менее подлинные ученые периода развитого средневековья стремились подойти к вопросу о превращении веществ с естественных позиций. Среди них были Арнольд из Вил-лановы (см. ниже), написавший трактат «О ядах», и Роджер Бэкон – автор трудов «Могущество алхимии» и «Зеркало алхимии». «Не надо прибегать к магическим иллюзиям, – писал Р. Бэкон, – когда сил науки достаточно, чтобы произвести действие». Одним из первых он выступил с критикой схоластики и провозгласил опыт единственным критерием знания. В понятие «алхимия» он включал изучение растений, почв, животных, а также и медицину. В то время алхимия и врачебное искусство тесно соприкасались друг с другом, замечательные врачи и лекарствоведы были одновременно и великими алхимиками.



Образование и медицина

Первые высшие школы в Западной Европе появились в Италии. Старейшая среди них – Салернская медицинская школа, основание которой относят к IX в. Школа в Салерно (недалеко от Неаполя) имела светский характер и продолжала лучшие традиции античной медицины. Слава о ней была так велика, что даже после появления в Салерно школ юристов и философов город продолжали называть civitas Hippocratica (город Гиппократа). По велению императора Священной Римской империи Фридриха II (1212-1250) ей – единственной в стране – было дано право присвоения звания врача; без лицензии этой школы заниматься медициной запрещалось. В 1213 г. Салернская школа была преобразована в университет. Обучение в Салерно продолжалось пять лет, после чего следовала обязательная врачебная практика в течение одного года. Со всей Европы стекались в Салерно страждущие исцеления и знаний:

Каждый согласен: по праву

Салерно – бессмертная слава.

Целого света стеченье туда, чтоб найти исцеленье.

Я полагаю, что верно учение школы Салерно.[4]

Салернская школа оказала большое положительное влияние на медицину средневековой Европы. Она была тем центром, откуда распространялись идеи, далекие от схоластики (рис. 80). Лучшим сочинением Салернской медицинской школы за всю ее тысячелетнюю историю явилась небольшая поэма «Салернский кодекс здоровья» («Regimen sanitatis Saler-nitanum»). Ее автор – Арнольд из Виллановы (Arnaldo de Villanova, 1235-1311), прославленный ученый, врач и химик средневековья, впоследствии – магистр университета в Монпелье. Поэма посвящена диететике и предупреждению болезней. В ней приведены также некоторые сведения о строении человеческого тела (например, о количестве костей, зубов и крупных кровеносных сосудов). В красочной форме описал Арнольд четыре темперамента у людей. Вот каким он видел сангвиника:

Каждый сангвиник всегда весельчак и шутник по натуре,

Падкий до всякой молвы и внимать неустанно готовый.

Вакх и Венера – услада ему, и еда, и веселье;

С ними он радости полон, и речь его сладостно льется.

Склонностью он обладает к наукам любым и способен.

Чтоб ни случилось, – но он не легко распаляется гневом.

Влюбчивый; щедрый, веселый,.смеющийся, румянолицый,

Любящий песни, мясистый, поистине смелый и добрый.[5]

Труд Арнольда из Виллановы, изданный впервые в 1480 г., был переведен на многие европейские языки и переиздавался более 300 раз.

В средние века объединения (сообщества) людей одной профессии (купцов, ремесленников и др.) назывались universitas (лат. совокупность). По аналогии с ними так стали называть а корпорации преподавателей и учеников – universitas magistrorurn et scolarium. Так появился термин университет. Становление университетов в средневековой Западной Европе тесно связано с ростом городов, развитием ремесла и торговли, потребностями хозяйственной жизни и культуры.

В 1158 г. статус университета получила юридическая школа в Болонье (Италия). Затем статус университета был присвоен школам в Оксфорде и Кембридже (Британия, 1209), Париже (Франция, 1215), Саламанке (Испания, 1218), Падуе (Италия, 1222), Неаполе (Италия, 1224), Монпелье (Франция, 1289), Лиссабоне (Португалия, 1290), Праге (Чехия, 1348), Кракове (Польша, 1364), Вене (Австрия, 1365), Гейдельберге (Германия, 1386) (рис. 81), Кёльне (Германия, 1388), Лейпциге (Германия, 1409) и др.

Как правило, средневековые университеты имели четыре факультета: один подготовительный и три основных. Термин факультет (лат. facultas – способность, умение, талант) был введен в 1232 г. папой Григорием IX для обозначения различных специальностей в Парижском университете, открытом церковными властями, которые стремились таким образом утвердить свое влияние на подготовку ученых.

Обязательным для всех учащихся был подготовительный (или артистический) факультет (от лат. artes — искусства), где преподавались семь свободных искусств (septem artes liberales, см. с. 144). После овладения программой trivium (грамматика, риторика, диалектика) и сдачи соответствующих экзаменов учащемуся присуждалась степень бакалавра искусств. После овладения курсом quadrivium (арифметика, геометрия, астрономия, теория музыки) учащийся получал степень магистра искусств и право продолжать обучение на одном из основных факультетов: богословском, медицинском или юридическом, по окончании которого студенту присуждалась степень магистра (доктора) в соответствии с профилем факультета.

Слово студент произошло от латинского studere – учиться. Студентами называли всех учащихся университета, которые; как правило, были зрелыми людьми с весьма высоким положением в обществе: архидьяконы, прелаты, светские феодалы. Сроки обучения и возраст студентов обычно не ограничивались. Средневековые университеты были многонациональными учебными заведениями, где студенты объединялись в землячества.

Количество студентов было небольшим и в пределах одной специальности редко превышало число 10. Для руководства ими из состава учеников избирался староста десятки – декан (от лат. decem – десять). Во главе университета стоял rector magnificis-simus (лат. rector — управитель). Оба эти поста занимали лица, имевшие высокий духовный сан. В церковных университетах (например Парижском) они назначались и оплачивались церковными властями, а в университетах, основанных по указу короля (например в Неаполе) – королевской властью.

Термин профессор (лат. professor – знаток, публично объявленный учителем) пришел из древнего Рима (первым профессором риторики в Риме был Квинтюшан, с 68 г. н. э.). В средневековых университетах Европы (примерно с XV-XVI вв.) профессорами стали называть преподавателей – магистров (лат. magistri) и докторов (лаг. doctores).

Как уже отмечалось, языком средневековой учености в Западной Европе была латынь. Книга в средние века являлась большой редкостью и стоила очень дорого. Ее листы изготовлялись из пергамента – особым образом обработанной кожи животных (ее производство началось в г. Пергаме ок. 180 г. до и. э.). Переписчики-монахи трудились над каждой книгой по нескольку лет. Наиболее ценные и редкие книги прикреплялись цепями к полкам или кафедре. Достаточно отметить, что в XV в. на медицинском факультете Парижского университета было всего лишь 12 книг.

Преподавание в средневековых университетах носило догматический характер. Отрецензированные церковью произведения Галена, Гиппократа и Ибн Сины заучивались наизусть. Практических занятий, как правило, не было.

Представления студентов о строении человека были весьма поверхностными. Церковь запрещала «пролитие крови» и вскрытие человеческих трупов. (Заметим, что в Александрии в эллинистическом Египте еще в IV в. до н. э. Герофил и Эразистрат проводили систематические вскрытия умерших и казненных преступников, что положило начало созданию описательной анатомии.)

Первые вскрытия умерших в Западной Европе стали производиться в наиболее прогрессивных университетах (Салерно и Монпелье) с особого разрешения монархов лишь в XIII-XIV вв. Так, в 1238 г. Фридрих II разрешил медицинскому факультету в Салерно вскрывать один (!) труп в пять лет. В 1376 г. Людовик, герцог Анжуйский и правитель Лангедока, приказал своему суду отдавать университету в Монпелье один труп в год.

Университет в Монпелье был одним из самых прогрессивных в средневековой Европе. Свидетельство тому – обязательная врачебная практика за пределами города. Так, в 1240 г. студенты арестовывались только после работы в больнице в течение шести месяцев; в 1309 г. требовалась уже 8-месячная практика вне Монпелье. Имеются также сведения, о том, что студенты Монпелье уже в XIII в. посещали операции своих учителей-магистров и обучались «слушая и видя».

Однако в подавляющем большинстве средневековых университетов хирургия не преподавалась и в число медицинских дисциплин не входила. Ею занимались банщики, цирюльники и хирурги, которые университетского образования не имели и в качестве врачей не признавались. Первые перемены в отношении к хирургии наметились после распространения в Западной Европе переводов арабских рукописей, а также в связи с крестовыми походами.

Первый в Западной Европе учебник по анатомии, был составлен в 1316 г. магистром Болонского университета Мондино де Луцци (Mondino de Luzzi, 1275-1326) (рис. 82). Его сочинение базировалось на вскрытиях всего лишь двух трупов, которые ввиду крайней редкости этого события производились весьма тщательно, в течение нескольких недель. Многое в этой книге заимствовано из труда Галена «О назначении частей человеческого тела». По учебнику Мондино де Луцци учился анатомии Андреас Везалий, ставший впоследствии основоположником научной анатомии.

Одним из выдающихся воспитанников университетов в Болонье и Монпелье был Ги де Шолиак (Guy de Chauliac, ок. 1300-1368). Его компилятивный труд «Collectorium artis chirurgicalis medicinae» («Обозрение хирургического искусства медицины», 1363) представляет собой хирургическую энциклопедию того времени. До XVII столетия он был наиболее распространенным учебником хирургии в Западной Европе.

Однако в целом средневековая наука и образование в Западной Европе носили схоластический характер. Господствовали культ цитат, механическое заучивание научных текстов, пренебрежение к практическому опыту:

Словами диспуты ведутся,

Из слов системы создаются,

Словам должны мы доверять,

В словах нельзя ни йоты изменять.[6]

Известный французский карикатурист Оноре Домье (1808-1879) великолепно представил яростный спор докторов-схоластов: пока каждый из них, повернувшись спиной к больному, доказывает правильность своей цитаты, – смерть уносит больного (рис. 83). Средневековая схоластическая медицина Западной Европы во многих отношениях стояла спиной к больному. Однако со временем накопление знаний привело к вызреванию объективных предпосылок для развития нового опытного метода в науке.

Эпидемии повальных болезней

Опустошительные эпидемии и пандемии инфекционных болезней имели место во все периоды истории человечества. Число их жертв достигало, а порой и превышало потери во время военных действий. Достаточно вспомнить пандемию гриппа во время первой мировой войны («испанка»), поразившую 500 млн человек, из которых умерло около 20 млн. И все же самой печальной страницей в истории инфекционных болезней являются средние века в странах Западной Европы, где особенности социально-экономического, политического и культурного развития феодальных государств в значительной степени способствовали распространению массовых заразных болезней.

Средневековые города в Западной Европе возникли в IX-XI вв., однако водопроводы и водоотводы в них стали сооружаться лишь несколько столетий спустя (в Германии, например, с XV в.). Для сравнения отметим, что древнейшие из известных на нашей планете санитарно-технические сооружения (колодцы, канализация, бани, бассейны) были построены в середине III тысячелетия до н. э. в долине р. Инд в городах Хараппа, Мохенджо-Даро, Чанху-Даро и др. на территории современного Пакистана. В средневековой Западной Европе весь мусор и пищевые отходы горожане выбрасывали прямо на улицы; узкие и кривые, они были недоступны для лучей солнца. В дождливую погоду улицы превращались в непроходимые болота, а в жаркий день в городе было трудно дышать из-за едкой и зловонной пыли. Понятно, что в таких условиях повальные болезни не прекращались, а во время эпидемий чумы, холеры и оспы именно в городах была самая высокая смертность.

Широкому распространению многих заразных болезней способствовали также крестовые походы – военно-колонизационные кампании европейцев на Востоке (1096-1270), осуществлявшиеся, как утверждалось, во имя спасения «гроба Господня». Главная цель походов – приобретение новых земель на Востоке – не была достигнута. Однако для Западной Европы они имели значительные культурные и хозяйственные последствия: появились новые сельскохозяйственные растения (гречиха, рис, абрикосы, арбузы и др.), вошел в употребление сахар; были заимствованы некоторые восточные обычаи (ношение бороды, омовение рук перед едой, горячие бани). По примеру Востока в западно-европейских городах стали строить больницы светского типа – до этого больницы в Западной Европе, как и в Византийской империи, создавались при монастырях: Hotel-Dieu (Дом божий) в Лионе (VI в.), Париже (VIII в., рис. 84) и др.

С другой стороны, именно во времена крестовых походов наиболее широко распространилась проказа (или лепра). В средние века ее считали нелечимой и особо прилипчивой болезнью. Человек, который признавался прокаженным, изгонялся из общества. Его публично отпевали в церкви, а затем помещали в лепрозорий (приют для прокаженных), после чего он считался мертвым как перед церковью, так и перед обществом. Он не мог ничего зарабатывать или наследовать. Поэтому прокаженным предоставлялась свобода просить милостыню. Им выдавалось особое платье из черной материи, специальная шляпа с белой лентой (рис. 85) и трещотка, звуки которой должны были предупреждать окружающих о приближении прокаженного. При встрече с прохожим он должен был отступать в сторону. Вход в город разрешался прокаженным лишь в определенные дни. Делая покупки, они должны были указывать на них специальной тростью.

Рис. 85. Прокаженный и калека у ворот г. Иерусалима. Миниатюра из рукописи Винцента де Бове «Историческое зерцало». XV в.

Идея изоляции прокаженных от общества возникла в Западной Европе еще в VI в., когда монахи ордена св. Лазаря (на территории Италии) посвятили себя уходу за прокаженными. После крестовых походов, когда лепра распространилась в Европе, как никогда и нигде в истории человечества, количество лепрозориев на континенте достигло 19 тысяч. В одной только Франции времен Людовика VIII. (ее территория была тогда вдвое меньше современной) насчитывалось около 2 тысяч лепрозориев. В эпоху Возрождения, в связи с улучшением санитарного быта городов, лепра в Западной Европе почти полностью исчезла.

Другой страшной повальной болезнью периода классического средневековья была чума (см. схему 5). В истории чумы известны три колоссальные пандемии. Первая – «чума Юстиниана», которая, выйдя из Египта, опустошила почти все страны Средиземноморья и держалась около 60 лет. В разгар эпидемии в 542 г. только в Константинополе ежедневно умирали тысячи человек. Вторая и самая зловещая в истории Западной Европы – «черная смерть» середины XIV в. Третья – пандемия чумы, начавшаяся в 1892 г. в Индии (где погибло более 6 млн человек) и отразившаяся эхом в XX в. на Азорских островах, в Южной Америке и других районах земного шара, где долго не умолкал ее погребальный звон.

«Черная смерть» 1346-1348 гг. была завезена в Европу через Геную, Венецию и Неаполь. Начавшись в Азии, она опустошила Фракию, Македонию, Сирию, Египет, Каир, Сицилию, территорию современных государств: Италии, Греции, Франции, Англии, Испании, Германии, Польши, России. Гибель заболевших наступала через несколько часов после заражения. В Кессарии никто не остался в живых. В Неаполе умерло около 60 тыс. человек, в Генуе – 40 тыс. (50% населения), в Венеции – 100 тыс. (70%), в Лондоне – девять десятых населения. Живые не успевали хоронить мертвых (рис. 86). Такие народные бедствия, как война или голод, «кажутся ничтожными перед ужасами повальной болезни, которая, по умеренным подсчетам, похитила во всей Европе около трети жителей», – писал немецкий историк медицины Г. Гезер. Всего на земном шаре в XIV в. погибло от этого заболевания более 50 млн человек.

Бессилие человека того времени перед лицом смертельной опасности в разгар эпидемии ярко выражено в строках поэмы А. С. Пушкина «Пир во время чумы»:

Царица грозная Чума Теперь идет на нас сама: И льстится жатвою богатой; И к нам в окошко день и ночь Стучит могильною лопатой. Что делать нам? и чем помочь?

Задолго до разработки научно обоснованных мер борьбы с инфекционными болезнями в средневековой Европе стали применять задержание людей и товаров на пограничных пунктах в течение 40 дней, откуда и возник термин карантин (итал. quarantena от quaranta gironi — сорок дней). Первые карантины были введены в портовых городах Италии в 1348 г. в XV в. на острове св. Лазаря близ Венеции были организованы первые лазареты для заболевших на морских судах во время карантина.

Медицина в средневековой Европе развивалась в сложных и неблагоприятных условиях. Тем не менее объективные закономерности развития общества и логика научного мышления неизбежно способствовали формированию в ее недрах предпосылок будущей медицины великой эпохи Возрождения.



Поделитесь с Вашими друзьями:
1   ...   5   6   7   8   9   10   11   12   ...   19


База данных защищена авторским правом ©ekollog.ru 2017
обратиться к администрации

войти | регистрация
    Главная страница


загрузить материал